Несмотря на шутливые интонации, я почувствовал, что Ренка рассердилась. Всё же я подобно маленькой рыбьей косточке, вроде, и не мешаю есть, не беспокою, но раздражаю. Не даю получать удовольствие от приёма пищи.
— Нет, теперь ты послушай, — президент компании проявила твёрдость. — Не можешь сработаться со своим сотрудником, не делай из этого трагедии. Я каждого твоего уволенного секретаря и заместителя до сих пор по фамилии помню.
Раз она демонстративно подняла эту тему при мне, не приглушая голоса, значит, хотела, чтобы я услышал этот разговор. Неужели на ходу, мгновенно придумала новую интригу с учётом новой информации?
— Сделаем проще. Дадим Мацумото-сан право самому решать, где он хочет работать и хочет ли, вообще, а то уже я не хочу постоянно спотыкаться об один и тот же камень.
Не убирая телефона от уха, она посмотрела на меня и доброжелательно поинтересовалась.
— Мацумото-сан, в каком отделе хочешь работать? В финансовом, маркетинговом или инспектором паркового хозяйства, — перечислила доступные варианты.
Думать пришлось не просто быстро, а очень быстро, анализируя ситуацию. Разу уж Ренка задала такой вопрос, вгоняя в ступор Накамуру, немедленно сообразившую, кто сейчас находится рядом с президентом компании, значит, советует мне подумать над переводом. Логично, учитывая мой доступ к чувствительной финансовой информации и планам компании Теннояма, при нежелании раскрывать все свои карты. Случай с отелем, в который лично вмешался отец и, через её голову, сейчас ровнял там всех под красивый, чистенький, идеально подстриженный газон, Ренка определённо не забыла.
Работа в финансовом отделе казалась предпочтительнее, если бы Накамура-сан не стала под меня копать, ребята смотреть косо, да и свободного времени там по-прежнему не предвиделось. Становиться рекламщиком я не планировал. Да ещё под руководством отца Накамуры. Там она до меня всё равно доберётся. Уж кто-кто, а родственники между собой договорятся.
Работа с парками выглядела куда заманчивее. Куча поездок, ненапряжённая, привычная мне работёнка, свежий воздух, спокойная обстановка, новые люди, а главное, возможность получить кучу свободного времени по законному поводу. Там я буду более независим. Поехав в один парк, могу завернуть по пути в Мацудара-корп или ещё куда. Во второй, встретиться с кем-нибудь в подходящей обстановке. Также в их отделе совсем другие требования к внешнему виду. Чем представительнее ты выглядишь, тем лучше. Да и интересно же узнать, чего это Мори-сан так засуетился? Ему-то я где успел наступить на хвост? Всё эти размышления не заняли и пары секунд, никак не отразившись на лице «простого и понятного» Мацумото.
— Я бы хотел поработать с парками, госпожа Фудзивара. Люблю природу, деревья, цветочки, медведей, — невозмутимо ответил, вызвав у президента новую улыбку.
Шутку с медведями она оценила. Мои слова были сказаны одной женщине, но услышаны двумя, как Ренка того и хотела. Первой мыслью шокированной Накамуры должна стать — «Что они делают вместе? Неужели?!.» Второй — «Сейчас обед, Мацумото уехал в ресторан, голос директора был весел и непринуждён. Вряд ли.» Третьей — «Возможно, они там не одни. Значит, у Мацумото в компании есть надёжная крыша и на него лучше не наезжать. По крайней мере, прямо сейчас. Нужно сворачивать с опасной темы, пока не сделала себе же хуже.»
Так и состоялся мой перевод, чьи детали будут согласованы позже, в установленном порядке. Накамура для сохранения лица немного посопротивлялась, отстаивая своего сотрудника, но и только. Спорить с президентом при посторонних она не захотела. Задумала как следует меня проучить, добавив к прянику кнут, а получила, что получила. Мне же сделала лучше. Я не хотел сталкиваться с Такэути так скоро, да ещё лоб в лоб. Можно же нам как-то прилично разойтись, не становясь врагами? Что за избитое клише? Я не собирался мстить ей. Припоминать всё плохое до конца жизни, как и доказывать, что она потеряла самое лучшее в своей. Оно мне надо?
В общем, Ренка пообещала подумать над своей будущей просьбой, связанной с продвижением интересов компании Теннояма за счёт моих связей. Наивная. Будто я только и буду её ждать. Не предлагать же мне массовые туристические туры в среде сомалийцев, йеменцев и эфиопов? Это несколько не то направление деятельности, на которое ориентируется Теннояма. Впрочем, отказываться я тоже не спешил. Отели ведь можно строить не только на курортах Японии, верно? Надо будет над этим как-нибудь поразмыслить.
Я не строил напрасных иллюзий. На этом разговоре ничего не закончилось. На нём была сделана пауза, а не поставлена точка. Однако теперь Фудзивара Ренка будет доставать своего отца, и это хорошо. Лучше его, чем меня, а то развёл интриги на ровном месте.
Неспешно возвращаясь на работу, «бедный», никому «ненужный» Мацумото столкнулся с таким удивительным явлением, как попадание молнии в одно и то же дерево. Образно выражаясь. Меня опять похитили, да ещё столь нагло, средь бела дня, прямо с улицы, что просто нету слов. По-моему, даже скрытно наблюдавшие за мной люди Такеры-сама от такого безобразия «малость», пусть будет — удивились. Вмешиваться они не стали, не для этого были приставлены, но куда следует сразу же сообщили.
Япония — настолько безопасная и цивилизованная страна, что даже похищение произошло крайне своеобразно.
Из остановившегося на обочине тонированного микроавтобуса вышло четверо короткостриженых носителей тёмных пиджаков и тёмных же очков, с гарнитурами раций в правом ухе. Окружив, но не прикасаясь и не приближаясь ближе, чем на один метр, меня вежливо попросили проследовать с ними без объяснения причин и предъявления документов. Не было ни угроз, ни бряцания оружием, а всего лишь вежливое предупреждение, данное спокойным, уверенным тоном, что, если понадобится, меня занесут в машину словно манекен, бережно, не помяв одежды.
Я, конечно, мог от них отбиться, но зачем? Чтобы в следующий раз меня «приглашали» менее приятным способом? К тому же, они называли свои действия не похищением, а приглашением. Краем глаза заметив машину с дедушкиными наблюдателями, держа в уме возможность, что за нами ведётся скрытая съёмка, спокойно выполнил их требования. Даже интересно, куда мне в следующий раз придётся ехать, учитывая, что в Китае я уже был. И потом, где, аякаши забери жадных безопасников, моя личная массажистка⁈ Я зачем заграницу ездил? На шпили величественных соборов посмотреть?
Увидев, что меня привезли в очередное высотное офисное здание в центре города, вот честно, ничуть не удивился. Корпоративный автомобильный номер у микроавтобуса как бы на это намекал с самого начала. Опять поднялся на верхний этаж в лифте с одними охранниками. Однако теперь у меня был совсем другой настрой и интерес. Молния хоть и способна поразить одно и то же дерево, но человек один и тот же индийский сериал дважды вряд ли посмотрит. Поэтому я спокойно проследовал в главный и самый большой кабинет, находящийся на положенном ему месте. По дороге я учтиво здоровался с секретаршей и прочими офисными сотрудниками, чтобы им запомниться. И их тоже желательно было запомнить в лицо.
С предвкушением зайдя в кабинет под огромной, массивной табличкой, искусно вырезанной из цельного куска японской сосны, предупреждающей о том, что в логове прячется: «Президент — Арима Ясука», приготовился к многообещающему разговору, пока даже не представляя, о чём он пойдёт. Этим людям, вроде бы, я дорогу ещё нигде не переходил. А люди очень даже непростые.
Древние, по-настоящему великие рода, некогда властвовавшие над Японией, в своём изначальном виде уже давно перестали существовать. Они раскалывались и дробились каждую эпоху великих перемен, порождая новую поросль амбициозных родов, которые их же потом и теснили на политическом, военном и экономическом поле. Ничего удивительного, дети всегда пытались превзойти своих родителей.
Как и выходцы из клана Фудзивара, что в своё время основали рода Итидзё, Нодзе, Кудзе, Такацукаса, Коноэ и другие, так и Арима являлся старым, аристократическим родом, появившимся на свет благодаря не менее могущественному, древнему роду Тайра. Такие семьи, как правило, не появлялись из ниоткуда. Чем дальше углубляться в прошлое, тем меньше становилась площадь стран, численность населения, его плотность, а следовательно, и количество привилегированных семей. Дальше в дело вступали договорные браки, союзы, расколы, предательства, убийства, смена имён и основание новых домов многочисленными детьми из старых, множа всевозможные, порой удивительно причудливые комбинации.
