— А я должен что-то сказать? — с любопытством посмотрел на девушку.
Я продолжал расслабленно сидеть в кресле, наблюдая за этой ситуацией, как бы со стороны. Это должно её спровоцировать на необдуманные действия, которыми я потом с удовольствием воспользуюсь.
— Как минимум, это невежливо, — на мгновение растерявшись, она тут же перешла в новое наступление, сменив направление атаки.
Мива на эту встречу надела лёгкое, воздушное платье с короткой юбкой и оборками. Она выглядела стройной, довольно симпатичной девушкой, среднего роста, с длинными, каштановыми волосами. Судя по всему, хорошо за собой следила, не пренебрегая салонами красоты.
— Не вам, Мива-сан мне об этом говорить. Вы сначала разберитесь с последствиями похищения, в котором участвуете то ли сообщницей, то ли заказчицей, а уже потом упрекайте в неприличном поведении, — указал на недопустимость подобного заявления.
И вообще, не ей здесь распоряжаться. Тем более, говорить со мной в подобном тоне.
— Похищения? — Мива недоумённо посмотрела на подругу.
— Это мои проблемы. Я разберусь, — заверила та, сохраняя спокойствие.
Видимо, рассчитывает на свои многочисленные связи, позволяющие ей каждый раз выходить сухой из воды. В отличие от меня, она своим положением и ресурсами пользовалась с полной отдачей. Столь легкомысленные слова меня развеселили. Они что, всерьёз думают, что я буду безропотно участвовать в этом спектакле? Начну нервничать, пытаться договориться, извиняться, вести себя словно застигнутый врасплох, провинившийся сотрудник их компании. С чего вдруг?
— Нет, это ваша общая проблема, а не мелкие неприятности, да ещё у каждой свои. Девочки, вы несколько заигрались. Хорошо, допустим, сейчас я ничего не могу вам сделать, оставаясь в рамках приличий. Но, скажите, неужели ни одной из вас и в самом деле не пришло в голову, что, выйдя из этого здания, я пойду не в полицию, а обращусь напрямую к дедушке этой взбалмошной особы, — указал на неё чашкой. — Глядя ему в глаза, поинтересуюсь, неужели благородный род Мива пал настолько низко, что занимается унижением людей, чем-то не угодивших его избалованной внучке? Тем более, после официального свидания, на которое она даже не соизволила явиться. Ему понятие чести и достоинства что, совсем неведомо? А теперь представьте реакцию уважаемого в обществе, пожилого человека? Меня, может, сразу же выгонят за порог, не желая выслушивать неприятные для себя вещи, но этот разговор он уж точно не забудет. Угадайте, с кем после меня он захочет поговорить? Вряд ли на приятную для неё тему, — намекнул, грустно улыбнувшись.
Надеюсь, до этого не дойдёт, поскольку предстоящий разговор мне тоже не доставит радости. Поэтому я и описал ход дальнейших событий, чтобы они приняли правильное решение. Мива мгновенно побледнела, а Арима заметно напряглась и встревожилась. Что? Они, правда, об этом не подумали? Решили, что Мацумото побоится связываться с могущественными родами, у которых в полиции и прокуратуре куча своих людей? Так я и не собираюсь бить туда, где у противника кость крепче. Учитывая, на что пошла одна затейница, а другая согласилась, дедушка у Мивы человек принципиальный, дотошный, не терпящий упрёков. Шалости внучки он ей с рук точно не спустит.
— Только попробуй! — тут же разозлилась Мива, пряча испуг, — Я тебя с грязью смешаю. Скажу, что это гнусная ложь, что ты меня домогался и, получив жёсткий отпор, решил отомстить, — перешла к прямым угрозам, показывая, что тоже найдёт о чём ему рассказать.
Тоже мне — простой выход. Решила сыграть на повышение ставок? Я сочувственно посмотрел на поражённо застывшую Ариму, понимавшую в этой жизни гораздо больше своей недалёкой подруги, отсалютовав ей чашкой.
— Послушай, конечно, это не моё дело, но с такими друзьями тебе и врагов не нужно. Арима, пожалуй, я припоминать эту выходку не буду. Кажется, они своё наказание уже получили, — иронично сделал тонкий намёк, попавший точно в цель.
Хозяйка кабинета вздрогнула так, будто по-настоящему почувствовала боль. Похоже, я многого о ней не знаю, раз этот случайный выстрел неожиданно оказался критическим.
— Успокоились, оба! — Арима тут же попыталась навести порядок. — Никто никуда не пойдёт. Мива, веди себя прилично. Мацумото, не провоцируй её. Вы меня уже оба достали. Хотя бы три минуты вытерпите общество друг друга и проваливайте ко всем чертям. Никакое это не похищение. Кому ты сдался? Только если безумцам.
«Собака плешивая», — добавила про себя.
«Я не плешивый! Слепая, что ли? Подойди и убедись в этом.» Впрочем, вслух я сказал совершенно другое.
— Не стоит так оскорблять семью Мивы-сан. Поскольку нам всё равно ехать в одну сторону, боюсь, трёх минут не хватит, — указал, что отступать не собираюсь.
— Ясука, дедушка мне голову оторвёт, если этот… жалкий слизняк побежит ему ябедничать, — Мива с надеждой посмотрела на подругу, надеясь, что она что-нибудь придумает. — Ты же обещала, что всё устроишь? А давай его… — она задумалась, пытаясь придумать, как бы меня отговорить от этой идеи.
— Убьём? — невозмутимо подсказал, отчего Арима раздосадовано поморщилась.
Понимаю, непросто ей. К сожалению, у всех троих ожидания не сошлись с реальностью. Каждый из нас поступал так, как считал нужным, самое забавное, не считаясь с мнением остальных. В этом-то и проблема. Лучшего способа провалить переговоры ещё не придумали. Ответа я не дождался, поскольку Ариме позвонили. С раздражением посмотрев на экран телефона, она неохотно ответила, беря паузу. Давая нам время чуть остыть.
— Да, отец. Что? В каком смысле? — нахмурилась женщина. — Какое похищение? Я ещё в своём уме. Не выдумывай. Кто тебе сказал эту глупость. Кто?!!
Тут выражение её лица резко изменилось, став ошеломлённым. Она резко встала и выпрямилась так, будто находилась на параде. Выслушав длинное сообщение, завершившееся длинными гудками по инициативе второй стороны, она странным, сухим тоном сообщила встревожившейся Миве.
— Моему отцу только что позвонили из приёмной императора и попросили уточнить, действительно ли род Арима перешёл к практике похищения членов семей своих политических противников? Также нас проинформировали, что на срочный запрос разрешить неназванной частной военной компании провести контртеррористическую операцию в офисе Хоннису, направленную на освобождение заложника, обратившемуся был дан решительный отказ. С пояснением, что для этого существуют соответствующие специальные службы. Если информация подтвердится, то они возьмут на себя эту задачу. Отец в ярости. Кричал, угрожал, если я немедленно не разрешу это недоразумение, то он сам сравняет мою компанию с землёй и отречётся от такой неблагодарной, дурной дочери.
Последнее предложение Ясука произнесла уже другим тоном, раздражённо поморщившись. Похоже, отношения с отцом у неё не самые тёплые. После такого объявления Мива и Арима одновременно посмотрели на меня долгими, шокированными взглядами, осмысливая полученную информацию.
Похоже, дедушка решил не мелочиться. Он сделал слишком сильный замах для такого хлопка, а значит, решил проучить Ариму не только ради меня, но и по собственным причинам. Ну и «немножечко» заработать, ведь эту ситуацию можно было разрешить гораздо проще. Хорошо, что я не стал делать резких движений.
В любом случае, в прессу, даже не сомневаюсь, никаких подробностей не просочится. Никто этого не позволит. Всё ограничится принесением непубличных извинений и объяснений за закрытыми дверями. Возможно, с предложением «добровольно» компенсировать уважаемым людям причинённое беспокойство. Сомневаюсь, что даже полиция и спецслужбы будут в курсе о моём «похищении». Только узкий круг лиц продолжит знать, что же со мной произошло, дружно делая вид, что ничего плохого не случилось, а если и случилось, было неправильно понято, и далее, смотри пункт первый.
Этим звонком нам порекомендовали самим тихо разобраться в возникших сложностях, не привлекая внимания общественности. Да что там — рекомендовали, фактически — потребовали, что и было донесено звонком из приёмной императора. Возможно, осуществлённым ещё одним старым другом дедушки, в обход установленных процедур. Логика власть имущих проста. Если на каждый «дымок», поднимающийся над лесом, посылать туда «кавалерию», то рано или поздно у неё не выдержат нервы и дрогнут уставшие пальцы на натянутой тетиве.
