Читаем без скачивания Огненная бунтарка Крака (ЛП) - Смит Сюзан

Она засмеялась, когда он потянулся к ней. Вместо того чтобы поставить ее на ноги, он взял её на руки и понёс по коридору к ее каюте.

Скитер вздохнула, прижимаясь ближе. Ей не хотелось ни о чем думать, кроме того, как свести его с ума от удовольствия. Одна идея за другой проносились в голове. Каждая из них заставляла ее разгораться сильнее предыдущей.

— Я хочу раздеть тебя, — пробормотала она, запустив пальцы в его волосы. — Да, сначала я тебя раздену. Медленно. Думаю, сначала осыплю поцелуями всего тебя. Ммм, не могу дождаться, когда узнаю, какой ты на вкус. Затем я собираюсь исследовать каждый твой дюйм.

Крак хрипло выругался, поворачивая за угол.

— Ты убьешь меня, если продолжишь так говорить.

— Просто подожди, пока я не возьму тебя в руки, — прошептала она, прижавшись горячим поцелуем к его шее. — Или в рот. Определенно в рот.

***

Мозг Крака был близок к короткому замыканию. Образы, которые создавали ее слова, особенно после того, как ему довелось испытать кое-что из того, о чем она говорила, заставляли его тело пульсировать от ожидания. Он влетел в дверь ее каюты и замер, почувствовав незнакомое чувство нерешительности и неуверенности в том, что ему делать дальше. Он бросил взгляд на кровать, пока пытался собраться с мыслями.

Сейчас он жалел, что не обратил внимания на разговоры охранников в лаборатории, когда те шутили друг с другом. Он знал, что такое секс по определению. Кроме как однажды в лаборатории, ему не ни разу не доводилось сталкиваться с этим, и он предположил, что это дефект в его творении. То, что он чувствовал сейчас, заставило его понять, что он ни в коей мере не был ущербным. По крайней мере, если судить по твердости его члена.

— Я… я не… — начал говорить он, и его щеки потемнели от смущения и неуверенности, когда он взглянул на Скитер.

— Все в порядке, — прошептала она, беря его лицо в ладони и поглаживая щеку большим пальцем. — Мы не будем торопиться. Просто позволь себе чувствовать.

Крак медленно опустил Скитер на ноги и неуверенно посмотрел на нее. Он знал, что хотел сделать. Первобытный инстинкт жаждал сорвать с нее одежду и погрузиться в нее глубоко. Крак просто не знал, человеческий это инстинкт или аллутанский. Ему совсем не хотелось напугать любимую или причинить ей боль.

Он сжал руки по бокам, сдерживаясь, чтобы не потянуться к ней. На лбу у него выступили капельки пота, в голове пронеслась смутная мысль, не возникла ли проблема с системой контроля окружающей среды. Все его тело горело, и казалось, что одежда сильно раздражает кожу.

Он с шипением выдохнул, когда почувствовал, как Скитер медленно расстегнула рубашку и прильнула горячими, влажными губами к его груди. Он изо всех сил сдерживался, боясь, что если прикоснется к ней, она остановится. Он нервно сглотнул, когда любимая расстегнула еще несколько пуговиц на его рубашке и начала спускаться поцелуями ниже.

— Скитер, я не уверен, что это… возможно, нам следует… — его голос перешел в низкий стон, когда она стянула рубашку с его плеч. — Это невероятное ощущение.

— Что не стоит делать вот так? — спросила она, дразня его левый своим языком. — Или это? — Она расстегнула застежку, удерживающую его брюки, и скользнула руками вниз, обхватывая его задницу.

— Да! — Его громкий стон разнесся по комнате. — Скитер, я хочу прикоснуться к тебе.

— Тогда действуй, — хрипло ответила она, глядя на его напряженное лицо. — Крак, прикоснись ко мне. Прикасайся ко мне так, как хочешь.

— Я хочу сорвать с тебя одежду, — признался он, его щеки снова потемнели. — И боюсь напугать тебя.

У Скитер загорелись глаза, и озорная улыбка искривила ее губы, когда она отступила достаточно далеко, чтобы у него хватило места прикоснуться к ней. Если Крак думал, что желание сорвать с нее одежду испугает ее, то ей стало интересно, что он подумает, если она скажет ему, что хочет связать его и пошалить с ним. У нее было такое чувство, что ее идея о неспешном сексе вот-вот улетит в гиперпространство.

— Я всегда хотела парня, который мог бы сорвать с меня одежду, — сказала она, наклонив голову набок. — Думаю, это было бы невероятно сексуально.

Не успела она закончить фразу, как в комнате раздался звук рвущейся ткани. Ее губы сложились в букву «О», когда ее кружевной бюстгальтер последовал за рубашкой. Скитер громко застонала, когда Крак обхватил ее тяжелые груди мозолистыми руками и приподнял их.

— О Боже, ты быстро учишься, — простонала она, когда он захватил губами ее правый сосок и глубоко его засосал. — О, детка, да-а-а!

— Мне это нравится, — прорычал он, отпуская ее сосок и переходя к другому.

— Ты не один такой, — стонала Скитер, закрыв глаза, когда он разминал ее груди, посасывая сосок, и перекатывал между пальцами другой. — Я не собираюсь снова кончать в штаны. Раздевайся — живо!

Крак отпрянул с пылким взглядом, затем обхватил ее за талию и повалил на кровать. Спустил штаны, скинул сапоги. Он не сводил глаз со Скитер, которая смотрела на него в ответ страстным взглядом.

Он подошел ближе к кровати и взялся за пояс ее брюк. Хорошо, что на ней были медицинские брюки. Пояс у них эластичный, и Крак стянул их вниз вместе с трусиками.

— Ты такая красивая, — прохрипел он.

— Ты сам не так уж плох, — ответила она, облизывая губы и наблюдая, как его длинный, толстый и очень, очень твердый член дергается вверх-вниз. — Совсем не плох.

— Я хочу попробовать тебя на вкус, — сказал он, глядя на темно-рыжие кудри, покрывавшие ее лобок.

Скитер расслабилась со счастливым вздохом. Она умерла и попала на небеса. С помощью Тилы она годами тайком читала романтические истории и смотрела видеофильмы. Она всегда мечтала найти мужчину, который говорил бы пошлые словечки и хотел заниматься любовью так, как это делали герои и героини в романах.

— Смелее. Я вся твоя, — прошептала она.

— Конечно, моя. Я никогда не отпущу тебя. Вот почему твой отец примет это, когда я скажу ему, — высокомерно ответил Крак.

Она издала прерывистый вздох и покачала головой.

— Совет на будущее, — усмехнулась она, глядя ему прямо в глаза. — Никогда не упоминай моего отца, когда мы занимаемся любовью. Это самый верный способ испортить настроение.

У него округлились глаза, прежде чем он кивнул головой.

— Я не хочу, чтоб пропало настроение. Я хочу этого, — сказал он, опускаясь на колени рядом с кроватью, чтобы мог коснуться ее мягких завитков.

— Ох, да, детка, — вздохнула она, когда он провел пальцами по мягким кудряшкам. Она приподняла бедра, когда он потянул за них, и закинула левую ногу на его плечо. — Я горю для тебя.

Крак бросил взгляд на ее лицо, когда она тихо прошептала эти слова. Этот сладкий звук был как успокаивающий бальзам для его души. Лицо у нее раскраснелось, руки закинула за голову, отчего округлая грудь приподнялась. От его губ ее соски стали розовыми и упругими.

Крак опустил взгляд и снова провел пальцами по ее кудряшкам. Каждый раз, когда он это делал, она стонала и двигала бедрами. Он завороженно следил за своими пальцами, как скользил ими по складочкам, скрывавшим ее женское естество. Воин перевел взгляд на ее лицо, когда Скитер застонала громче и сильнее подняла бедра, словно ища его прикосновения.

Он снова сосредоточился на изучении. Хотел знать о ней все. Хотел понять, как заставить ее стонать и доставить ей такое же удовольствие, какое она доставляла ему. Он провел пальцами по клитору, прежде чем глубоко вошел в ее шелковистый канал. Крака охватило удовольствия, когда она громко вскрикнула.

— Ты такая мягкая и гладкая, — прошептал он, пока ее бедра раскачивались взад-вперед.

— Пожалуйста, — прохрипела она, хватаясь за изголовье кровати. — Вот так.

Крак подался вперед, раздвинул ее блестящие губки и прижался ртом к набухшему клитору. И тут же сладкая амброзия хлынула на язык. Желание, словно расплавленная лава, разлилось по нему, когда отреагировал на ее желание. Он провел языком по бугорку, наслаждаясь тем, как тот набух. Громкие крики и тяжелое дыхание Скитер сказали ему, что она наслаждается его ласками.