последние пятьдесят лет сильно изменилась суть понятия «достаточно хорошее материнство». В него включили отцов, способных организовать материнский уход за младенцем. Понятие «отцовский» применимо к более поздним этапам ухода за ребенком. Постепенно роли отцов стали придавать все большее значение. Затем следует семья, основу которой формируют отец и мать, они вдвоем несут ответственность за ребенка.
Позвольте мне вернуться к материнским обязанностям. Теперь мы знаем: важно и то, как ребенка носят на руках и кто осуществляет уход – мать или другой человек. В теории ухода за младенцем большую роль играет непрерывность и наличие фасилитирующих условий; благодаря им ребенок в зависимой позиции может достичь целостности в жизни, а не просто выработать способ реагирования на неопределенность[12].
Здесь стоит обратиться к работе Боулби: реакция двухлетнего ребенка на утрату материнской фигуры (даже временную), настолько длительную, что дитя не в состоянии удержать в памяти ее образ, трансформируется в общее принятие ситуации[13]; за всем этим стоит мысль о том, что ребенку с рождения следует обеспечить непрерывный уход, еще до того, как младенец научится воспринимать мать в качестве реального человека.
Еще один момент: детские психиатры озабочены не только здоровьем пациентов. Жаль, это не касается психиатрии в целом. Мы обращаем внимание на полноту восприятия, характерного для здорового человека, которого лишен страдающий психическим заболеванием, даже если реализация потенциала генетически обусловлена.
Бывает так, что ребенок, выросший в трущобах и нищете, в дальнейшем оказывается в большей безопасности, и окружение становится для него фасилитирующим, нежели ребенок, родившийся в приличном доме, при отсутствии отягчающих условий[14]. Необходимо учитывать существенные различия между социальными слоями с точки зрения образа жизни. Возьмем, скажем, пеленание в сравнении с отказом от такового и предоставлением ребенку свободы движений, что есть распространенная практика в Британии. Как в конкретной местности относятся к пустышкам, сосанию пальца и другим проявлениям аутоэротизма? Какова реакция на недержание маленького ребенка и, наоборот, на удержание? И так далее. Некоторые взрослые дают своим детям возможность сформировать собственное понятие морали, что часто принимает крайние формы вседозволенности. Разница между жителями Соединенных Штатов заключается не в цвете кожи, а в отношении к грудному вскармливанию: выросшее на смесях белое население испытывает зависть к своим выкормленным естественным путем темнокожим собратьям.
Меня интересует бессознательная мотивация, что есть нечто более глубокое и основательное, чем просто общепринятая тенденция. Информацию, которая нужна, не получишь из анкет и опросников. Компьютеры не смогут вычислить управляющие личностью бессознательные импульсы. Те, кто всю жизнь посвятил психоанализу, взывают к здравому смыслу и умоляют не брать в расчет поверхностные компьютерные исследования на тему человеческой личности.
Еще больше путаницы
Согласно довольно распространенному мнению, если мама и папа правильно растили детей, у них в жизни будет меньше проблем. Как бы не так! Этот вопрос как раз по теме. Дело в том, что при изучении подросткового периода, когда становятся очевидными недостатки первичного ухода раннего детского возраста, выясняется, что некоторые проблемы и трудности, имеющиеся на текущий момент, – следствие «правильного» современного подхода к воспитанию свободной личности.
Если вы делаете все возможное для личностного роста своих отпрысков, вам придется столкнуться с неожиданными последствиями. Не многим из этих детей в дальнейшем удается найти мир с самими собой. Другие же будут постоянно недовольны своей жизнью, особенно если мир не позволит им презентовать всю цельность своей натуры, включая агрессию и деструктивные наклонности, а также то, что называется влечением. Вам предстоит долгая борьба.
Вам повезет больше, если получится научить своих детей использовать символы, играть, мечтать и проявлять креативность. Но и в этом случае путь тернист. Вы все равно будете делать ошибки, последствия которых окажутся достаточно серьезными. Дети возложат на вас вину за свои неудачи, даже если вашей вины нет вовсе. Ребенок скажет: «Я не просил меня рожать».
Вашей наградой будет богатство и полнота возможностей, которые смогут реализовать ваши сын или дочь. Если это случится, готовьтесь завидовать своему ребенку, у которого будет больше простора для личностного развития, чем было и есть у вас. Вы будете вознаграждены, если однажды ваша дочь попросит посидеть с внуками или если сын захочет в чем-то быть похожим на вас либо выберет девушку, которую выбрали бы вы сами, будь моложе. Награда не всегда очевидна. И не ждите, что вам скажут «спасибо».
Смерть и убийство в подростковый период
Я вновь вынужден вернуться к этим вопросам, поскольку они касаются задач, которые должны выполнять родители подростков.
Хотя уже многое было сказано о личностных и социальных проблемах нашего времени, свобода самовыражения подростка может вызывать недовольство и упреки.
В подростковый период мальчики и девочки внезапно взрослеют и становятся более независимыми. Рост – не просто природный процесс; это сложное взаимодействие с фасилитирующим окружением. Если семья все еще выполняет эти функции, очень хорошо; если не справляется или не берет в расчет (негативное использование), тогда небольшие социальные группы должны обеспечивать необходимые для развития подростка условия. В пубертатный период актуализируются те же проблемы, что и на ранних этапах развития. Стоит отметить, что если на ранних стадиях вы все сделали правильно и делаете это по сей день, вам все равно не стоит рассчитывать, что в подростковый период все пойдет гладко. Проблемы неизбежны. Некоторые из них – визитная карточка этого возрастного этапа.
Имеет смысл сравнить главные моменты подросткового периода и детства. Если в фантазиях раннего этапа присутствует идея смерти, у подростков это будет идея убийства. Даже если пубертат протекает без особых сложностей и кризисов, подростку все равно приходится столкнуться с проблемой контроля, поскольку взросление подразумевает оспаривание родительской позиции. И это правда. В бессознательных фантазиях взросление воспринимается как акт агрессии. Ребенок часто и ростом со взрослого или даже выше.
Вполне оправданно и полезно обратиться к игре «Я король замка», где раскрывается мужской элемент в мальчиках и девочках. (Можно рассматривать эту игру с точки зрения женского элемента в девочках и мальчиках, но я не стану здесь это делать.) Данная игра типична для латентного периода, а в пубертате это похоже на репетицию жизненных ситуаций.
«Я король замка!» – утверждение факта собственного существования. Это достижение личностного эмоционального роста, позиция, которая подразумевает смерть соперников или установление собственного превосходства. Ожидание нападения прослеживается в следующих словах: «Ты, подлый негодяй!» (или «Сдавайся, подлый негодяй»). Назови своего соперника – и мы узнаем, кто ты есть. Вскоре подлый негодяй свергает короля и сам им становится. Английские фольклористы Иона и Питер Опи (1951) ссылались на этот стишок. Они говорили, что игра
