не удивляло.
Глава 28
Сардаана
К понедельнику эмоции от субботнего свидания улеглись. Есения с волнением ждала, как поведет себя с ней Архип. Теперь она не знала, чего ей хочется больше: чтобы начальник по-прежнему ее домогался или, попробовав, остыл. Архип, ощущал себя наглым потребителем, эгоистом, любовником-неудачником, берущим девушку нахрапом. Не удивится, если она ему откажет в следующей встрече. Решил доставить букет цветов через курьерскую службу и выбор пал на розовые лилии, ближе всего подходящие под символичные цветы народа его второй половины: якутов.
Есения оделась с особой тщательностью. Кремового цвета платье из тонкой шерсти по фигуре, волосы заплела в две косы, пустив по груди. В ушах серьги из серебра с хризоколлами* и в комплект им шнурок с подвеской. Глаза подвела голубыми стрелками, на губы нанесла коралловый блеск. Сегодня Есении хотелось выглядеть особенно привлекательной, не хуже чем в день похода в ресторан. И причина была тому проста: подогреть интерес Архипа. А обвинить в распутном облике ее было не за что. Довольно оглядев себя в зеркало, отправилась на работу. Каково же было ее удивление, когда проходя через проходную, ее окликнул охранник и передал ключи от приемной. Есения немного расстроилась, решив, что Архип нарочно отодвигает момент встречи, не желая смотреть ей в глаза в рамках рабочей обстановки.
Зайдя в свой кабинет, медленно разделась. Эйфория от парадного облика отошла на второй план.
"Со мной и правда что-то не так. Прав был муж, называя меня мумией, поленом. Вот и Тукаев, попробовав меня и утолив интерес, охладел. Обидно, хотя я не жаждала попасть в его постель", - печально размышляла Есения, разбирая папки с документами.
В начале девятого пришло сообщение от Тукаева и Рускова, волнуясь, не сразу его открыла, боясь прочитать сухие и колючие строки. Решившись прочитать, расслабилась: Архип сообщал, что с утра заедет в банк и раньше обеда его не стоит ждать. Никакого теплого приветствия или как она себя чувствует: сугубо деловой тон, будто и не было страстного и жадного соития накануне.
Собрав самообладание в кулак, влилась в рабочие моменты, и когда постучали в дверь приемной, испуганно дернулась. Обычно визитеры сразу переступали порог, а уж потом спрашивали про начальника или обращались к секретарше с просьбой. После ее окрика "войдите", дверь распахнулась и появился молодой парень с букетом розовых лилий.
- Курьерская доставка для Русковой Е.Е., - озвучил незнакомец. - Это Вы?
- Я…, - растерянно созналась.
Паренек сделал несколько шагов к ее столу и подал букет.
- Тогда вот здесь распишитесь, - и протянул накладную.
- А от кого? – взглянула в лицо парню, после того как поставила подпись. – Здесь есть карточка? – оглядела букет.
- Карточки не было. Я всего лишь курьер, - пожал плечами юноша.
Улыбнувшись, попрощался и вышел из приемной.
Лилии издавали аромат тропического лета: тонкий, сладкий, манящий. Среди морозной зимы видеть их и чувствовать было особенно приятно. Отыскав вазу в шкафу, налила в нее воды и поставила цветы на тумбу.
- Оказывается, суровый начальник может быть романтиком, - прошептала, глядя на дерзко торчащие тычинки внутри нежных цветков.
Есения, улыбаясь, вернулась за рабочий стол. Душа ликовала. Но спустя некоторое время радость её поугасла. Все, кто приходил из сотрудников и замечал букет, ее парадный образ спрашивали: кому цветы? У вас день рождение, Есения? А на отрицательный ответ делали вывод о тайном поклоннике девушки. Рускова к обеду уже и сама стала сомневаться, что они от Архипа. Кто-то приписывал ей в ухажеры Штольца, другие грешили на одного из молодых водителей, зная, что Есения девушка свободная, понимающе кивали и улыбались. И к приходу Тукаева нервы Есении так накалились, что вместо приветственной улыбки она встретила его настороженно.
Архип появился в дверном проеме, заполнив все его пространство. В полушубке и меховом головном уборе, покрытым снегом, напоминал оленевода, а горящий прищуренный взгляд выдавал бывалого охотника. Есения поежилась то ли от холода, принесенного на одежде, то ли от пристального внимания.
- Здравствуйте, - обратилась по привычке и замолкла, не зная, что еще сказать.
Архип, прикрыл за собою дверь и, сняв шапку, отряхнул оттаявший снег на пол. Тоже самое сделал с воротом полушубка, при этом неотрывно глядя на девушку, будто видел впервые и она его удивляла. Подошел к столу вплотную и, нависая, вгляделся в черты лица.
- Красавица…, только стекляшки надо заменить на каменья, - акцентировав взгляд на серьгах и кулоне. – Я соскучился.
Есения, обескураженная, сидела, не шевелясь, позволяя себя осматривать, словно зверушка в яме, в надежде, что охотник передумает и выпустит на волю. И, не дожидаясь ее ответа, схватив за затылок, притянул к себе. Накрыл горячими губами ее раскрытый от удивления рот. Есения подалась навстречу, впуская его нахальный язык, утопая в сладкой неге. Тихонько застонала. От него пахло морозной свежестью, табаком и нескрываемым желанием. Опомнившись, завозилась и, упираясь в плечи, отстранилась. Страх быть застигнутыми переборол чувство удовольствия.
- Прекратите! Нас увидят! – зашипела, взволнованным голосом, глубоко дыша.
- По херу! – резануло ее слух. – Мне нет дела до других, - прорычал, по-прежнему придерживая ладонью ее затылок.
- Меня пожалейте, Архип Алексеевич! – взмолилась, выгибая шею.
- Чёрт, снова ты мне выкаешь! – резко отпустил и отстранился, наблюдая, как Есения приглаживает волосы. – Даже после секса твое отношение не поменялось. Упертый Горностай! – сурово заключил.
Есения, измученная думами, уже не радовалась его вниманию. Пробудить слухи о любовных отношениях с начальником для нее болезненная тема и, вступая в отношения, она понимала возможные последствия, но не была готова. Отвела взгляд, устремив его в монитор. В этот момент зазвонил стационарный телефон, притянув ее внимание. Архип осмотрел секретарскую. Заметив букет, задержал взгляд. Еще раз взглянув на Есению, занятую беседой, развернулся и прошел к себе в кабинет, на ходу скидывая полушубок.
- Звонил геодезист, - крикнула в открытый проход. – Когда ему назначить встречу?
- Чего ты кричишь, Есения? - Архип неспеша вышел из кабинета, расстегивая пуговички на манжетах и закатывая рукава до локтей.
Есения невольно вспомнила эти сильные руки, ловкие пальцы, что мяли груди, ягодицы и проникали внутрь. Зарделась. Чуть запнувшись, повторила вопрос.
- Я переговорю с Германом и мы решим.
- Хорошо, - ответила автоматом.
- От кого цветы? – держась за ручку двери, кивнул в сторону букета.
- Я не знаю…, - захлопала глазами от удивления. Она-то уверилась, что от него. – Курьер принес…, - еще больше недоумевая.
- Пахнут, - еще раз посмотрел на букет. – Тебе нравятся? – взглянул в упор.
- Красивые, - ответила осторожно.
Признаться или открыто спросить от него ли, она не смогла,
