поерзал в кресле, затем решился предложить компромисс, приговаривая про себя: «
Не верю, что говорю с самим вампиром. Бред какой-то. Но почему же я его не боюсь? Почему в его компании чувствую себя вполне уютно?». — Как мне к вам обращаться?
— «Милорд».
— Черт, средневековье какое-то, — буркнул про себя парень. — Милорд, а что, если нам с вами заключить договор о неразглашении информации? Подпишем его кровью. Или сотрите мне память, раз умеете это делать, а?
Акил встал.
— Нет, — отрезал он. А выходя из гостевой, сказал: — Ты не понимаешь многих вещей. Но это тебе и не нужно. Ты просто донор.
Вернувшись в комнату, Ранн долго стоял у окна, глядя на уродливые гигантские деревья, уходящие в сумрачную даль. Его мысли и чувства противоречили всем законам природы, действующим в данное время, в данной эпохе, от этого накапливалась агрессия. Эти существа всемогущи, но почему-то отказываются следовать лёгкому пути. Зачем такие сложности?
От злости Ранн ударил по толстой решетке, но вдруг обнаружил, что она шатается. Он обернулся на соседа. Сэм крепко спал. И ему не помешает, необходимо набраться сил. Парень улыбнулся и кивнул своим мыслям:
«Сегодня ночью».
ГЛАВА 3
Мелания
Флоранна вцепилась в руку Дейва и украдкой посмотрела на дверь, что болталась из стороны в сторону каждый раз, когда входили или выходили люди.
— Мы, пожалуй, прогуляемся, — обратилась она к Торлейку и Мелании. — Такой прекрасный день! Вам тоже советую развеяться. И кстати, надеюсь тусовка в «РИЧ» не отменяется?
Мелания метнула взгляд на Торлейка. Он весь ленч сидел какой-то поникший и ничему не радовался. В эту субботу с ними впервые не было Ранна. Йодис пришла, чтобы не нарушать традиции, поковырялась в тарелке с салатом, затем нашла кучу причин покинуть компанию. Тор избегал с ней взгляда, да и сама Йодис прятала глаза. Ей было очень трудно сдержать обещание, данное Мелании, не нападать на Торлейка. И она выдержала эту пытку, за что Мелания была ей очень благодарна.
Что же касалось ночного клуба «РИЧ», то Мелания не думала, что сегодня можно веселиться, как они делали это каждые выходные. Йодис не пойдёт. Она — Мелания — тоже не будет чувствовать себя комфортно, зная о том, что Ранн в логове вампиров, а они развлекаются, словно ничего не случилось.
— Вы можете идти туда сами, а я обещала Йодис подготовиться к тестированию, — сказала Мелания, поймав при этом удивленный взгляд Торлейка.
— А разве на следующей неделе у нас тестирование? — озадаченно спросила Флоранна.
— Да… то есть, Йодис нужно закрывать долги.
— Это так срочно?
Мелания покачала головой, чувствуя себя лгуньей.
— Не срочно, но…
— Ладно, — раздраженно отмахнулась Флоранна. — Черт с вами. Из-за каких-то глупостей я не собираюсь портить себе настроение. Пойдём, Дейв.
Мелания проводила друзей недоуменным взглядом и с отвисшей челюстью, затем посмотрела на Торлейка.
— Она действительно считает, что исчезновение Ранна — глупость?
— Не знаю, — пожал плечами Торлейк. — Это твоя подруга. Тебе виднее, так оно или нет.
— А ты?
— А что я?
— Что ты чувствуешь? — Мелания откинулась на спинку стула и принялась незаметно для себя скручивать салфетку в трубочку. — Твой друг возможно мёртв, а может, его забрали вампиры и держат за холмом, пьют его кровь, в то время как ты спокойно поедаешь пиццу и получаешь от жизни всё. Гм, Торлейк? Признайся уже, что бросил друга в беде, а сам дал дёру, как последний трус.
— Что ты несёшь, Мел? — нахмурился Торлейк, на его лице отразилось явное непонимание. — Ты ничего не знаешь.
— Ты прав, — кивнула Мелания. — Я ничего не знаю, но хочу узнать. И до сих пор верю, что у тебя есть совесть. Мне ведь ты можешь рассказать, что на самом деле произошло!
Голос Мелании почти сорвался на крик. Она хотела, чтобы Виллоу оказался лжецом, а Торлейк — случайной жертвой. Жаль, что всё слишком очевидно и перед ней сидел совсем не тот Торлейк, которого она считала своим другом.
— Мне нечего рассказывать. И голова моя забита сейчас совершенно другими проблемами.
— Конечно же, ты со мной не поделишься, — с ноткой иронии в голосе произнесла Мелания.
— Мел, — Торлейк смягчился и даже попытался взять девушку за руку, но она не далась, — если бы я мог найти Ранна, то непременно сделал бы это. Но я на самом деле не знаю, где он. А Элжерон просит разыскать его, потому что Ранн ему задолжал.
— Ранн? Задолжал?
— Да. Он утверждает, что даже расписка имеется, где Ранн ссылается на меня в случае непредвиденных обстоятельств. Подумай сама, Мел, есть ли смысл скрывать, где Ранн, если я сам лично оказался в дерьме по самые уши из-за него. У меня сутки. Либо Ранн, либо я. Уверен, что Элжерон не станет шутить.
Последние слова заставили Меланию напрячься всем телом. С Элжероном они все были знакомы. Его репутацию, не говоря уже о личности, можно было сравнить с невидимой дискетой, которая хранит всю информацию обо всех в этом городе. С кем он связан, никто не знал. Но то, что этого парня стоило опасаться, было ясно как божий день.
Однако девушку смутило ещё одна неправдоподобная вещь: откуда у Ранна долги? Из разговора с Йодис она поняла, что Ранн никогда и никому не был должен. Что-то в этой истории не так, и она собиралась выяснить это до того, как Торлейку предъявят несуществующий счёт.
Элжерон явно не ждал гостей.
Они стояли в прихожей. Она в джинсах и нарядной блузке в крупный горох, он в пижаме. Лохматые чёрные волосы торчали в разные стороны сосульками, мокрые и жесткие. В квартире было очень душно и создавалось впечатление, что все окна в его доме были заколочены. Но на самом деле — завешаны плотными шторами.
— Ты случайно не вампир? — решила пошутить Мелания. Но неудачно.
— Что?
— Я имею в виду… э… прости. Просто ты словно спрятался от солнца. Снаружи прохладно и так хорошо…
— А ты будто знакома хотя бы с одним вампиром, — парировал Элжерон.
«Всего с одним», — подумала девушка и улыбнулась, делая вид, что оценила подвох.
— Зачем ты пришла? Что-то случилось с Йодис?
Он с тайным беспокойством ожидал ответа, и Мелания его тут же раскусила.
— С Йодис? О, нет-нет. Я пришла не из-за неё, да и с какой стати я должна обращаться к тебе, если с Йодис что-то случится? Я пришла из-за Торлейка. — Мелания сложила на груди руки. — Что? Ты как-то побледнел.
Элжерон пришёл в замешательство, на его лице появились
