Над
Кому: Надин Уилкок <[email protected]>
От: Тим Грабовски <[email protected]>
Тема: Я его видел!
Ты просто лентяйка! Если бы ты не поленилась поднять свою задницу и пошла с нами, ты бы, как и я, встретила того парня, о котором наша мисс Мел болтает без остановки вот уже целый месяц. Но по-видимому, некоторые думают, что мы ходили только смотреть на дыру в асфальте.
Тим
Кому: Тим Грабовски <[email protected]>
От: Надин Уилкок <[email protected]>
Тема: ТЫ ЕГО ВИДЕЛ???
Так рассказывай все, проныра!
Над
Кому: Надин Уилкок <[email protected]>
От: Тим Грабовски <[email protected]>
Тема: А что ты мне за это дашь...
ты, девочка с огненным темпераментом?
Тим
Кому: Тим Грабовски <[email protected]>
От: Надин Уилкок <[email protected]>
Тема: Мне надо писать статью
о новом доме Бобби Де Ниро, и я возьму тебя с собой, если ты мне все-все расскажешь о встрече с Максом Фрайлендером. Ну по-ожалуйста, расскажи, я тебя умоляю!
Над
Кому: Надин Уилкок <[email protected]>
От: Тим Грабовски <[email protected]>
Тема: Ты мне выкручиваешь руки
Ну ладно, я расскажу. Только я хочу попасть в новый дом Бобби не на ленч, а на обед, именно тогда там соберутся ужасно умные специалисты по финансовым инвестициям. Ну хорошо, слушай.
Попытайся представить, если сможешь, такую картину. Угол Пятьдесят третьей улицы и Мэдисон-авеню. Посередине улицы образовалась гигантская яма размером сорок футов на двадцать. А вокруг этой ямы стоят полицейские заграждения, оранжевые конусы, бульдозеры, бетономешалки, грузовики, один подъемный кран, репортеры с телевидения, около сотни копов и человек двадцать самых сексапильных строительных рабочих, каких только доводилось видеть бедному компьютерщику-программисту.
В воздухе стоит оглушительный рев отбойных молотков и вой автомобильных гудков ничего не подозревающих жителей других районов, которые приехали на работу на Манхэттен, но перед выездом из своего Джерси, или откуда они там ехали, не удосужились послушать новости о ситуации на дорогах. Жара просто жуткая. А запах... дорогуша, уж не знаю, что эти ребята делали на дне ямы, но, судя по запаху, подозреваю, что они задели ту трубу, которую трогать не стоило.
Картина умопомрачительная: перед самым бастионом зла – перед редакцией «Нью-Йорк кроникл», словно разверзлась пропасть в ад, чтобы поглотить это порождение дьявола, втянуть его прямо в преисподнюю, к самому сатане!
И тут я увидел на лице нашей мисс Мел, которая, кстати, была в восторге от этого спектакля и разве что не хихикала от радости, – так вот, я увидел на ее лице такое счастливое выражение, что поначалу решил было – приехал фургон с мороженым, и всем желающим бесплатно раздают рожки в шоколадной глазури. Но потом я проследил направление ее ошалелого взгляда и понял, что привело ее в столь восторженное состояние. Аполлон. Я не преувеличиваю. Я увидел совершенно безупречный образчик мужской красоты. Он стоял за ограждением и смотрел в яму. Он выглядел так, будто сошел со страниц каталога «Джей Крю»: свободные хлопковые брюки, рабочая рубашка из мягкой джинсовой ткани. Его каштановые волосы трепал ветер, и, клянусь тебе, Надин, если бы какой-нибудь строительный рабочий протянул ему лопату, в его больших руках она бы смотрелась очень уместно.
Но вернемся к нашей сцене.
Мисс Мел завопила так, что перекрыла рев отбойных молотков:
– Джон, Джон! Он здесь!
Аполлон повернулся. Он нас увидел. Оказалось, у него невероятно привлекательные глаза очень глубокого темно-карего оттенка.
Я пошел за мисс Мел. А она стала протискиваться между полицейскими и рассерженными сотрудниками «Кроникл», которые, размахивая своими служебными пропусками, накинулись на бедных служащих из канцелярии мэра, требуя ответа, когда же, наконец, их личные биде – только не надо мне говорить, что в шикарных апартаментах, которые они называют своими кабинетами, нет биде, – снова заработают. Когда мы подошли к богоподобному созданию, которое мисс Мел по неведомым мне причинам называет Джоном, она затараторила в своей обычной манере, как будто немного запыхавшись.
Наша мисс Мел: Что ты здесь делаешь? Ты пришел сфотографировать гигантскую яму? Макс Фрайлендер: Э-э... да.
Наша мисс Мел: А где твой фотоаппарат?
Макс Фрайлендер: Ой. Ох. Я его забыл.
Гм... по-моему, у него явно не все дома, даже если окна и светятся...
Макс Фрайлендер: Вообще-то я уже сделал нужный снимок. А сюда пришел потому... ну, ты же знаешь, я люблю всякие катастрофы.
Наша мисс Мел: Я тоже! Познакомься, это мой друг Тим.
Друг Тим поздоровался за руку с Образцом Совершенной Мужественности. Теперь никогда не буду мыть правую руку.
Макс Фрайлендер: Привет. Рад познакомиться.
Друг Тим: Я тоже, конечно.
Наша мисс Мел: Знаешь, я рада, что наткнулась на тебя здесь. – И тут, послав к черту все и всяческие правила поведения во время свиданий, она вдруг говорит: – Все мои друзья требуют, чтобы я им тебя показала. Ты не мог бы заглянуть завтра вечером, часов в девять, во «Фреш» на Десятой улице? Не волнуйся, ничего особенного там не будет, просто соберется наша компания из редакции.
Понятно, что парень струхнул. Я сам был в ужасе. О чем она вообще думала? О таких вещах просто не говорят потенциальному любовнику!
А как же тонкость, недомолвки, полутона? Что, женские уловки больше не в ходу? Откровенно ляпнуть такое?.. Вот что я тебе скажу: я был просто потрясен. Это нельзя передать словами, это надо было видеть. Как говорится, можно вывезти девушку со Среднего Запада, но нельзя вывести Средний Запад из девушки.
Мистер Фрайлендер был шокирован ничуть не меньше меня. Он побелел почти так же сильно, как я незадолго до этого покраснел.
Макс Фрайлендер: Э-э... ладно.
Наша мисс Мел: Отлично, значит, там и увидимся.
Наша мисс Мел удаляется. Наш друг Тим удаляется. Через некоторое время я оглянулся – Макс Фрайлендер исчез. Кстати, примечательное обстоятельство, если учесть, что с той стороны ямы, где он стоял, ему было совершенно некуда деваться, кроме как зайти в здание «Кроникл».
Но туда он никак не мог зайти. Там бы его душа сразу отделилась от тела и демоны высосали бы из него жизненную силу.
