Читаем без скачивания Передача лампы - Бхагван Раджниш

А когда бессознательное абсолютно чисто и энергия не будет тратиться на подавление, та самая энергия начнет двигаться вверх — потому что, помните, энергия не может оставаться неподвижной; она должна двигаться. Теперь, когда нет работы в бессознательном, она начинает двигаться вверх, к более светлым пространствам внутри вас, и там вы обретете истинные ценности, которые делают человека человеком и поднимают его над животным.

Что бы вы ни переживали в суперсознательном, оно должно быть переведено в сознательное и воплощено в действие. Надо не просто думать о великом, надо не просто наслаждаться красотой — надо, чтобы эти переживания стали действием, творчеством. Сделайте с ними что-нибудь. И как только вы начнете работать с ними, вы почувствуете, как вас заполняют более глубокие достоинства.

Создание стихотворения может высвободить глубокий источник энергии. Сделайте что-нибудь приятное, совершите акт милосердия, поделитесь тем, чего у вас в избытке… и ваше суперсознательное будет все ближе и ближе к сознательному уму. Теперь у него есть дверь для выхода в мир.

Когда суперсознательное будет абсолютно пустым, коллективное суперсознательное начнет по капле отдавать свои несметные тайные сокровища. И, когда коллективное суперсознательное окончательно опустело, вы подходите к предельному блаженству, к космическому сознанию.

Из этого космического суперсознательного ума каждый из ваших сознательных поступков будет черпать аромат божественности, набожности. Все, к чему вы будете прикасаться, превратится в золото; все, что вы будете говорить, превратится в истину. Каждое из ваших движений в этой жизни породит расходящиеся волны красоты, радости, восторга, которые достигнут самых отдаленных уголков существования, прикасаясь ко многим людям, которые никогда вас не знали и, возможно, так никогда и не узнают — но они разделят с вами вашу радость.

Вы, должно быть, переживали нечто подобное: сидите себе, настроение замечательное, но вдруг вам становится грустно, почему — неизвестно. А это от кого-то расходятся волны грусти, достаточно сильные, чтобы сказаться на вас.

Иногда вы испытываете прямо противоположное: чувствуете легкость, невесомость — без причины — свежесть, радость. Вы даже не можете никому сказать: «Мне радостно», — они подумают, что вы сошли с ума, потому что нет никакой причины для радости.

В чем причина? Вы не можете назвать ее, потому что не знаете сами. А это чья-то радость коснулась вас своей волной.

Мы очень чувствительные существа. Как антенны радио, мы ловим каждую волну, приближающуюся к нам, каждую едва уловимую волну.

В основном вы переживаете страдания других людей и только изредка наслаждаетесь чьей-то радостью — потому что грустных и несчастных много, а радостных и счастливых совсем мало, это редкость.

Если вы сможете осознать это, вместе с грустью вы почувствуете и определенную дистанцию. Возможно, она никак не связана с вами. Когда вы ощущаете счастье, удовольствие, они, возможно, никак не связаны с вами. Вы можете держать определенную дистанцию и наблюдать за этими чувствами — и это наблюдение поможет вам обнаружить собственные источники.

Человек рождается обладателем сказочных сокровищ, но также и всего животного наследия, поэтому мы должны каким-то образом вычистить животное наследие и освободить место, чтобы сокровище стало сознательным и им можно было делиться — потому что это одна из особенностей сокровища: чем больше вы им делитесь, тем больше имеете.

Ошо, ты намекаешь, что пришло время мне выражать свои негативные эмоции, потому что в прошлом я никогда не позволял себе показывать их на людях? Я помню, много лет назад я занимался в группе, и одно из упражнений было выразить по-своему каждую из предлагаемых эмоций, но я, кроме гнева, не мог ничего изобразить. Возможно, я тогда даже не осознавал, какие это эмоции; я даже не позволял себе признаться, что испытываю эти эмоции. Я пытаюсь сложить все фрагменты этой мозаики. Я на правильном пути?

Прежде всего, нужно правильно меня понимать. Я сказал: «Выражай свои негативные эмоции», но я не сказал «публично». Вот как искажаются слова.

Если вас кто-то раздражает и вы начинаете показывать свое раздражение, другой человек не Гаутама Будда и не будет сидеть молча. Он не мраморное изваяние; он ответит. Вы будете раздражаться — он будет раздражаться.

Это вызовет у вас еще большее раздражение — раздражение или жестокость; с другой стороны то же самое, и с еще большей силой. И вы будете чувствовать себя все более вовлекаемым в это чувство, потому что вам сказали выражать его.

Да, я сказал тебе выражать — но я не имел в виду публично.

Если вы чувствуете злость, идите в свою комнату, закройтесь там, побейте подушку, станьте перед зеркалом, накричите на свое отражение, скажите то, что никогда никому не говорили, хотя очень хотели сказать. Но это нужно делать в одиночестве, иначе оно никогда не закончится. Будет хождение по кругу, а мы хотим с этим покончить.

Когда вы испытываете к кому-нибудь отрицательные чувства, дело не в этом человеке. Дело в том, что в вас заключена некая энергия гнева. И эта энергия должна рассеяться по Вселенной. Вам не нужно сдерживать ее.

Поэтому, когда я говорю «выражай», я всегда имею в виду в уединении, в одиночестве. Это медитация, это не сражение. Если вы чувствуете печаль, сядьте в своей комнате и почувствуйте себя настолько грустно, насколько вы можете, — это не может навредить. Будьте по-настоящему грустным и понаблюдайте, насколько долго это продолжается. Ничто не остается навсегда; скоро все пройдет. Если хочется плакать, плачьте — но в одиночестве.

Это никак не касается других. Все это ваши проблемы; зачем выставлять их напоказ? И, если действовать таким образом, это не поможет, а, наоборот, проблем только прибавится.

Поэтому каждый день, прежде чем лечь спать, вечером, в течение часа совершайте все те безумства, которые хотели совершить; сядьте на кровать и делайте все то, что делают люди, когда они злы, жестоки, разрушительны. Это не значит, что вы должны разрушить что-то очень ценное: порвите на мелкие кусочки бумагу, разбросайте вокруг — вы знаете, о чем я. Этого достаточно.

Рушьте то, что не имеет ценности, но все нужно делать в уединении, чтобы, когда вы вышли, вы вышли освеженным.

Если вы хотите сделать что-то на людях, сделайте то, что я рассказывал вам о примитивных племенах. Вы можете подойти к человеку, на которого были злы, и сказать ему: «Я очень злился на тебя, когда был один. Я кричал на тебя, я оскорблял тебя, я говорил тебе ужасные вещи; пожалуйста, прости меня. Но я делал это в одиночестве, потому что это моя проблема, не имеющая к тебе отношения. Но в определенной степени это было направлено на тебя. Ты об этом не знал, значит, я должен извиниться».

Так должно быть на людях. Это облегчит людям совместное существование. Этот человек не разозлится; он скажет: «Не нужно извиняться. Ты ничего мне не сделал. Если ты чувствуешь, что очистился, значит, это пошло на пользу».

Не выносите на люди свой негатив, свое уродство; иначе вы создадите большие проблемы, пытаясь справиться с маленькими. Будьте очень и очень осторожными. Все негативное должно быть решено в уединении, в одиночестве. А если вы хотите сообщить об этом открыто — кого-то вы ненавидели в уме, кого-то убили, пока рвали бумагу, — подойдите к этому человеку и смиренно попросите прощения.

В этом отличие от так называемых западных методов лечения. Они не… Они приносят временное облегчение. И раз и навсегда осознайте, что любая проблема — только ваша, и решать ее вам.

Не стоит копаться в своем грязном белье у всех на виду. Это не нужно. Зачем без надобности впутывать других? Зачем создавать о себе такое неприглядное представление?

Я вспомнил весьма необычную историю. Дело было на конференции — всемирной конференции психологов, психоаналитиков, психотерапевтов и представителей других школ, обращающихся к человеческому уму. Один известный психоаналитик читал доклад, но никак не мог сосредоточиться, потому что постоянно отвлекался на молодую женщину-психоаналитика, сидевшую в первом ряду, и на отвратительного старика, который постоянно трогал ее грудь. Ее же это нисколько не волновало.

Он не мог читать свой доклад. Он пытался закрыть этих женщину и мужчину листом бумаги, но терял строчку, которую читал в тот момент, и в конце концов так запутался, что произнес: «Это невозможно».

Участники конференции не могли понять, что невозможно и почему он так себя ведет. Никогда такого не было… Он всегда рассуждал очень логично, а сегодня говорил ерунду. Он зачитывал половину одного предложения, а затем другую, никак не связанную с первой, потом переворачивал страницу, а теперь говорит: «Все смешалось, и я не могу…»