Голос у Тайры оказался сильный. Даже я, застывший в ожидании, вздрогнул, когда она открыла рот. Кричала Тайра долго и громко, причем исключительно на своих. На привратников или там на меня даже внимания не обращала. Те же, кому доставалось от нее от всей души, оправдываться не спешили. Они вообще не понимали, в чем их обвиняют, так что решили просто промолчать. Тайра в их четверке была самой сильной. Арий ей хоть и немного уступал, но даже он в этой ситуации не знал, как себя повести. Поэтому сидел, задрав голову и глядя на чародейку круглыми как у совы глазами, а в уме прикидывал, как бы побольнее ее кольнуть. Тем более, что момент представился на редкость удачный.
– Сбесилась совсем, да? – внезапно очень ласково спросил он.
Тайра резко замолчала и вперила в него убийственный взгляд, но Арий на подобные проявления теплоты с ее стороны давно плевал, а потому продолжил, как ни в чем не бывало:
– Оно и понятно. Старший говорил, что его сестра тоже была немного того… буйной особой, и он даже рад, что из нее чародейки не вышло. Жаль, в остальном судьба оказалась не так благосклонна.
– На себя погляди, – прошипела Тайра и угрожающе взмахнула рукой. Очередная насмешка Ария окончательно убедила ее в том, что все шуточки этой ночи – его рук дело. – В пыль сотру. По ветру развею.
Тот приподнял брови и совершенно неожиданно обратился ко мне:
– А знаешь, ты был прав. Она и впрямь больная.
Я благоразумно промолчал, дабы не привлекать к себе внимание чародейки. Кто ее знает, вдруг возьмет да догадается, кто это тут устроил ей ледяной душ. Пусть даже призрачный.
На миг ощутив укол совести, я тут же вспомнил пылающие огнем звезды Тайры у самого лица. Вот уж кого совесть точно не мучила, да и безобидность там была на нуле. Так что ничего. Переживет. Зато я, хоть и малость переусердствовал, теперь мог создать вполне сносный мираж. Конечно, это не боевая иллюзия Веланда, но уже кое-что.
Очередной рассвет мы встретили с облегчением. Уставшие маги, которым уже до чертиков надоело бессмысленное подпирание Врат, еле дождались утра и неожиданно резво вскочили на ноги, бросившись к своим лошадям. Мрачная Тайра поковыляла следом, все еще посылая на голову Ария всевозможные проклятия. Мне вновь стало совестно, но я тут же оправдал себя тем, что практиковаться на ком-то необходимо. И если уж на то пошло, не на Хонире же, или других привратниках.
Горм поднялся, проводив Единых долгим взглядом. Даже сейчас до нас доносился голос чародейки. Похоже, она сегодня вообще не собиралась успокаиваться и по-прежнему винила во всем бедного Ария. Я с улыбкой покачал головой. А ведь он, как говорится, ни слухом, ни духом…
Нарви сладко потянулся на траве, но вставать не спешил. Вместо этого искоса глянул на хмурого Хонира.
– Ну и как, выяснил, что хотел? Или нам еще пару суток придется созерцать их постные физиономии? Ты учти, если так пойдет дальше, то на Арлина скоро начнут кидаться не в фигуральном, а в буквальном смысле. Да что там, если раньше на нас глаза боялись поднять, то теперь раз от раза становятся все наглее и наглее. Не знаю, как вам, а мне это что-то приелось. И вообще, впервые захотелось поменять Убежище на любой другой мир, лишь бы там Единых не было.
– Ты так говоришь, будто это я приволок сюда эту четверку, – заметил тот. – А между тем я делал все, чтобы избавиться от них раз и навсегда. Пойми, они здесь не просто так и дело вовсе не в безопасности Единых, хотя нас и пытаются изо всех сил в этом убедить. Что-то готовится, но я никак не могу понять, что.
– Хорошо, если ты считаешь, что нам нужно находиться при них, то так и будет, – спокойно сказал Нарви, грызя стебелек травы. – Хотя лично я никакой опасности не чувствую.
– Ты еще просто не научился, – мрачно взглянул на него Хонир. – Поэтому сиди здесь и жди их смену. Потом можешь уйти.
Нарви даже зажурился от удовольствия.
– Я с ними – и один, – широко улыбнулся он, уже предвкушая полную свободу действий. И никто не будет его одергивать, если он на очередную колкость магов ответит не совсем так, как подобает привратнику. – Согласен.
Хонир резко повернулся ко мне.
– Арлин, а ты чего с такой тоской смотришь на Врата?
Я даже вздрогнул от неожиданности. Мысли резво упорхнули из головы, и оказалось, что я и впрямь уставился на черную замерзшую гладь, подсознательно манящую к себе, словно желая что-то указать.
– Даже сам не заметил, – пожал я плечами. – Просто думал о чем-то своем.
Он склонил голову набок и смерил меня скептическим взглядом.
– М-да, вижу. А знаешь, что?
Я отрицательно помотал головой и он продолжил:
– Надо бы тебе куда-нибудь сходить, развеяться. Ты весь бледный стал, как смерть. Привратники, думаешь, безвылазно, что ли, в своих мирах сидят? Нет-нет, да улизнут на сутки-другие. А иногда и дольше. Так что и ты давай, мотай из Убежища хотя бы на часок-другой.
Нарви мне весело подмигнул и быстро указал на Врата. Мол, давай быстрее, пока Хонир не передумал.
Я слегка растерялся, сразу вспомнив, как давно хотел заглянуть в Долину Врат, да только так жизнь закрутилась с той поры, что это незаметно, само собой ушло на второй план. А тут на тебе – разрешение на отдых. И я решился. Правда, от прежних проблем это отнюдь не избавляло. Вот, например, я так и не знал, как отыскать мою Долину, учитывая, как нечасто ее покидал, к тому же тогда рядом со мной всегда был учитель и именно он заботился о нашем возвращении. Да и проема больше нет.
Слегка замявшись, я подсел было к Нарви, но тот с ходу меня огорчил, виновато признавшись, что Долины – не его конек. Тогда я покосился на Хонира, мигом прочел по его хмурому лицу, что к расспросам он не расположен, и как голодный гулон вцепился в собравшегося уходить Горма.
Его выразительный взгляд сказал мне все яснее слов. Но он не учел, что от меня так легко не отделаться.
– Горм, ну если что-то знаешь – поделись, – обиженно протянул я.
Он тяжело вздохнул, но все же порылся в памяти и к моему большому облегчению таки выудил из нее некоторые сведения.
– Ладно, слушай, – строго произнес он, и я тут же с готовностью кивнул. – Насколько я знаю, таких Долин несколько, но в одном мире может находиться не больше одного проема, как ты его называешь. Вообще-то это древний переход, соединяющий почти все миры.
– А кто их сделал? – рискнул я вставить коротенький вопрос.
– Не знаю, – поморщился он. – Некий давно сгинувший маг. Кое-что из своих творений он раздарил, другие у него выкрали при жизни, а третьи разобрали после смерти. Лично я понятия не имею, в какую именно Долину можно попасть из Атиона. Так что предлагаю пройтись по всем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
