Читаем без скачивания Энни с острова принца Эдуарда - Люси Монтгомери

Моя будущая жена

Она должна иметь харошие манеры и подавать еду во время и делать то что я ей скажу и никогда не грубить. Ей далжно быть пятнадцать лет. Она должна помогать нищим содержать дом в чистоте обладать харошим характером и регулярно ходить в церковь. Она должна быть красавицей и ее волосы должны быть очень кудрявыми. Если я обзаведусь такой женой чего мне очень хочется, я стану ей потрясным мужем. Думаю женщина обязана поступать по хорошему со своим мужем. У некоторых бедных женщин во обще мужей нет!

Был я на похоронах миссис Исаак Райт в Уайтсендсе на прошлой неделе. Муж покойницы ходил горем убитый. Миссис Линд сказала что отец миссис Райт своровал овцу но Марилла считает нельзя дурно отзываться о покойных. А почему Энни? Я хочу знать. Они же ничего не зделают нам?

Миссис Линд на меня долго дулась на днях потому что я спросил жила ли она во времена Ноя. Но я же не хотел задеть ее за живое. Я просто хотел знать! Так жила она или нет, Энни?

Мистер Харрисон решил избавиться от своего пса. Он повесил его, но тот очухался и спрятался от него за сарай пока мистер Харрисон копал яму в земле. Но все таки бедный песик попался в руки немиласердного хозяина и уже живым из них не выбрался. На мистера Харрисона работает новый парень. Он ужасно неуклюжий. Мистер Харрисон говорит о нем что он левша на обе ноги… А мистер Берри нанял настоящего ленивца. Миссис Берри так говорит а мистер Берри говорит что он не совсем ленивый а просто думает что проще молиться и тогда все само собой зделается.

Свинья миссис Хармон Эндрюс за которую она получила приз и о которой столько говорила скончалась в конвульсиях. Миссис Линд считает что это наказание за ее гордыню. Но досталось-то свинье!

Милти Боултер болел. Врач давал ему лекарство ужасно противное на вкус. Я хотел выпить четверть этого лекарства за него но Боултеры возражали.

Милти сказал что лучше он сам будет его принемать чтобы зря не тратить деньги. Я все таки спросил миссис Боултер как строить глазки мужчинам и она просто вся позеленела от злости и ответила что никогда этим не занималась.

АВИС снова перекрашивает зал. Синий цвет им надоел.

Вчера к нам на чай заходил новый пастор. Он съел три куска пирога. Если бы это зделал я миссис Линд обозвала бы меня свинтусом. А он лопал быстро и большими кусками что Марилла всегда запрещает делать мне. Почему пасторам можно а мальчикам нельзя? Я хочу знать!

Все, новостей больше нет. Целую вас шесть раз – Х Х Х Х Х Х. А Дора посылает один поцелуй. Вот он – Х.

Ваш любящий друг

Глава 18. Мисс Жозефина не забыла девочку Энни

На рождественские каникулы обитательницы Пэтти-Плейс разъехались по домам, и только тетушка Джеймсина предпочла остаться.

– Не могу же я мчаться в любой из «лучших домов», куда меня пригласили на Рождество, с этими тремя кошками! – заявила она. – А бросить их, несчастных, одних почти на три недели – бесчеловечно! Если бы соседи наши были приличными людьми, которые могли бы их подкармливать, – тогда еще куда ни шло. Но вокруг – одни миллионеры! Итак, я остаюсь и буду поддерживать огонь в домашнем очаге до вашего возвращения.

Энни отправлялась домой, как всегда, в ожидании радостных перемен. Однако ее мечты сбылись не полностью. Она нашла Эвонли во власти непогоды. Зима выдалась ранняя, на редкость холодная, с метелями. Даже старожилы не могли припомнить, когда была такая же суровая зима. Усадьбу Грин Гейблз буквально занесло снегом. Почти ежедневно во время этих неудачных каникул на дворе мела метель; и даже когда устанавливалась хорошая погода, высокие сугробы затрудняли любое движение. Расчищенные дороги почти сразу же вновь покрывались снегом. Не пройти – не проехать! Три вечера подряд АВИС пытался устроить «пати» в честь студентов колледжа, но трижды все отменялось из-за лютой метели, так как никто не мог выйти из дома. Как это ни печально, от этой затеи в конце концов отказались. Энни, несмотря на всю свою любовь к Грин Гейблз, скучала по Пэтти-Плейс; ее богатое воображение рисовало уютный домашний очаг, сияющие глаза тетушки Джеймсины, трех кошек, весело болтающих подруг и очарование пятниц, по которым к ним вечерком забегали студенты поговорить о том, о сем.

Энни было одиноко. Диана не выходила из дома все каникулы, так как ее сразил жестокий приступ бронхита. Она сама не так уж часто навещала подругу, ведь почти невозможно было добраться из Грин Гейблз в Очард Слоуп короткой дорогой через Охотничьи Угодья из-за непролазных сугробов. Идти окольным путем через замерзшее Озеро Сверкающих вод было почти так же трудно… Руби Джиллис спала в своей заснеженной могиле; Джейн Эндрюс работала в школе где-то в прериях на западе. Верный Гильберт – надо отдать ему должное! – выбирался в Грин Гейблз каждый свободный вечер. Но его визиты носили уже совсем иной характер, чем раньше. Энни даже стала бояться их. Особенно ее смущали те моменты, когда посреди затянувшейся паузы ее глаза вдруг встречались с карими глазами Гильберта.

Под этим красноречивым взглядом Энни густо краснела и оттого смущалась еще больше, чувствуя себя очень неловко, как если бы… если бы!.. Впрочем, это все от смущения! Вот в Пэтти-Плейс всегда кто-нибудь приходил ей на помощь, разряжая обстановку. В Грин Гейблз все происходило иначе. Когда заходил Гильберт, Марилла почти тотчас же отправлялась к миссис Линд и забирала с собой близнецов. Нетрудно было догадаться об истинной причине подобного поведения, и Энни злилась, но ничего не могла изменить…

Дэви, напротив, казалось был совершенно счастлив. Вставал он рано поутру и, орудуя лопатой, расчищал от снега дорожки к колодцу и курятнику. Он наслаждался созерцанием тех рождественских чудесных сюрпризов, которые Марилла с миссис Линд готовили для Энни, соперничая друг с другом. В школьной библиотеке он взял почитать одну занятную книжку, в которой главный герой-супермен обладал поразительной способностью попадать в разные переделки, из которых ему всякий раз удавалось выбраться целым и невредимым, благодаря землетрясению или вулканическому извержению; он неизменно выходил «сухим из воды», и вся история благополучно завершилась «хэппи эндом».

– Энни, эта история – то, что надо! – со знанием дела сказал Дэви. – Она даже увлекательнее Библии.

– Неужели? – улыбнулась в ответ Энни.

Дэви с любопытством уставился на нее и удивленно произнес:

– Да вы как будто и не шокированы тем, что я сказал! А вот миссис Линд пришла в полное замешательство!

– Нет, Дэви, я вовсе не шокирована. Думаю, это вполне естественно, что девятилетний мальчик предпочитает чтение приключенческих романов изучению Библии. Но, надеюсь, с возрастом ваши приоритеты изменятся, и вы полюбите чтение Библии.

– О, я и сейчас нахожу превосходными некоторые ее части, – важно заметил Дэви. – Например, мне нравится история про Иосифа. Но на его месте я бы ни за что не простил своих братьев. Серьезно, Энни! Я бы отрубил им всем головы! Миссис Линд так рассвирепела, когда я прямо заявил ей об этом, и, захлопнув Библию, сказала, что никогда больше не станет мне ее читать, если я не закрою свой рот. Вот я теперь и молчу все время, пока она читает Библию по воскресеньям, а на следующий день, в школе, делюсь своими впечатлениями с Милти Боултером. Я рассказал ему ту историю про Элишу и медведей, которая до смерти его напугала. Он никогда теперь не станет измываться над лысиной мистера Харрисона! Энни, а на Острове Принца Эдуарда есть медведи? Я хочу знать!

– В наши дни их уже не осталось, – рассеянно отозвалась Энни, наблюдая за тем, как ветер залепляет снегом окно. – И когда только прекратится эта метель?

– На все Божья воля, – беззаботно ответил Дэви, намереваясь снова взяться за книгу.

Но на сей раз Энни действительно была шокирована.

– Дэви! – укоризненно покачала она головой.

– Это миссис Линд так говорит иногда, – попытался оправдаться мальчик. – В один из вечеров, на прошлой неделе, Марилла сообщила, что Уилл Людовик Спид и Теодора Дикс в конце концов решили пожениться. А миссис Линд, вздохнув, прямо так и сказала: «На все Божья воля!»

– Ну, это не совсем… корректно с ее стороны, – помедлив сказала Энни, оказавшаяся в щекотливой ситуации. – Никто не должен говорить о Господе всуе, или упоминать имя его в легкомысленной беседе! Больше никогда этого не делайте, Дэви!

– Даже если я произнесу Его имя так же серьезно и размеренно, как наш пастор?

– Даже тогда.

– Хорошо, я больше не буду. Людовик Спид и Теодора Дикс – из Мидл Графтона. Миссис Линд сказала, что он волочился за ней тысячу лет. Энни, а они не слишком старые, чтобы жениться? Надеюсь, Гильберту не придется так же долго ухаживать за вами? Когда вы женитесь, Энни? Миссис Линд говорит, что с вами все ясно!