class="p1">— Вряд ли он его читал. У него же целых три юриста, — она пожала плечами, делая глоток кофе. Всем известная тактика — делай вид, что тебе все равно, даже если внутри при одном упоминании о нем все переворачивается с ног на голову, а обнаглевшие бабочки тычут копьями тебе в ребра.
***
Все же иногда приятно опаздывать — лифт почти пустой, не нужно толкаться и прижиматься к плохо знакомым людям, жертвуя своим личным пространством. Девушки спокойно разместились, тихо переговариваясь, Ева по памяти пыталась воссоздать расписание Батлер. Получалось откровенно плохо. Хотя кто ее будет за это осуждать? Сама Руби никогда не запоминала числа из ежедневника, потому что он всегда был под рукой и открыт на нужной странице. Но сейчас, как назло, его не было. А память нагло подсовывала информацию о какой-то утренней встрече, про которую, ни босс, ни ее секретарь вспомнить не могли.
— Придержите дверь! — несколько сотрудников почти бежали с парковки, пытаясь успеть в лифт, двери которого плавно начали закрываться, но в последний момент они ворвались в тесное пространство, сдвигая других людей.
Руби, словно неваляшка, толкнулась назад, упершись спиной в чью-то твердую грудь. Поерзала, чтобы хоть как-то вернуться в исходное положение, но этим сделала только хуже — ягодицы прижались к, очевидно, парню туда, куда прижиматься, в принципе, не должны были. Лицо залила краска, стало неловко. Руби замерла, через мгновение еще раз попыталась встать немного дальше. Выражение «попытка — не пытка», приобрело новое, не совсем приличное, понимание.
— Кнопка, неужели непонятно, что ты делаешь только хуже? — девушка потрясенно застыла. И как она могла не заметить Кинга позади себя? И сейчас она прижималась к нему, чувствуя совсем не то, что должна была. Волна негодования, мешаясь с явным возбуждением, прошлась по телу, заставляя ее еще раз дернуться. Сильная рука, обвившись вокруг талии, вернула назад, сокращая расстояние между телами еще больше, вышибая весь воздух из легких.
— Да что ты делаешь? — сквозь зубы прошептала девушка, пытаясь отстраниться, но он не дал ей этого сделать. Тонкие пальцы коснулись бедра, соблазнительно выглядывающего из разреза на юбке. Нежно очертили треугольный вырез, вызывая миллионы мурашек по телу. Пробежались по стройной ножке, поднимая вырез выше. И еще выше. Вычерчивая круги на загорелой коже.
Руби томно выдохнула. Закусила губу. Зачем отрицать очевидное? Ей не хватало его касаний. И сейчас, в лифте полном народу, она наслаждалась этими секундами. Хоть и здравая часть ее личности кричала во всю, заставляя это прекратить. Батлер вцепилась в его руку на талии пальцами, сбрасывая ее с себя. Как оказалось, очень зря. Потому что ладонь легла на другое бедро, придерживая девушку рядом с Алексом. Что-то уперлось в ее ягодицы, бабочки внутри сладострастно заскулили, требуя большего, обнажили вилы, царапая сердце. Руби снова дернулась.
— Ты делаешь мне приятно, Руби, — горячий шепот обжег шею, рука Алекса скользнула к пояснице, прогибая немного сильнее. Мозг уже давно перестал работать и думать о том, что стоит кому-то повернуть голову влево, так картина откроется удивительная: глава компании в немного непристойных объятиях нового партнера. Но кого это волновало, да? Когда душа выворачивалась наизнанку. Когда каждая клеточка тела реагировала на прикосновения к обнаженной коже. Когда губы уже искусаны до крови от желания и сдерживаемых стонов. Кому важны приличия, когда хочется сорвать с нее юбку. Когда ее ненавязчивый запах сводил с ума.
Алекс сжал ее бедро с такой силой, что девушка невольно пискнула аккурат в то время, как динамик оповестил о прибытии на нужный этаж. Парень провел ладонью по ее талии, сжал. Руби вылетела из лифта, мгновенно скрываясь за дверью дамской комнаты. Что сейчас было? Бабочки взбунтовались, требуя продолжения. Девушка привычно задавила их в себе. Плеснула холодной водой на щеки, пытаясь убрать красноту. Да, остыть сейчас точно не помешало бы.
Она устало облокотилась на столешницу раковины. Тряхнула головой. Ну почему каждый раз, как она приведет в относительный порядок свое моральное состояние, происходит что-то такое? Почему жизнь просто не может оставить ее в покое и дать спокойно работать как раньше?
Батлер еще раз намочила щеки, вышла из временного убежища, направилась в кабинет с острым желанием побыть одной. Влетела в приемную, не обращая внимания на вопросительный взгляд Евы, обронила небрежное: «Не беспокоить» и скрылась за дверью кабинета, проворачивая ключ в замке.
Чиркнула зажигалкой, откидываясь назад в кресле и прикрывая глаза, кожа покрылась мурашками, когда в голове всплыли образы летних ночей. А возле разреза на бедре жгло, будто он и сейчас ее там касался. Сигарета медленно тлела в пальцах — девушка так и не сделала ни одной затяжки. Левая рука скользнула на грудь, сжимая округлость. Пальцы скользнули под ткань бюстгальтера, рисуя кружочки на тонкой коже. Движения отозвались теплом внизу живота.
Руби затушила сигарету, так и не закурив. Подняла вырез на юбке полностью оголяя ногу. Плавно провела дорожку от колена до красного кружева трусиков. Пальцами нежно погладила внутреннюю сторону бедра, отчего живот еще сильнее затянуло, а с губ сорвался прерывистый выдох. Девушка вспомнила его поцелуи на шее, грубые руки, сжимающие талию, а потом направляющие ее бедра в нужном ему ритме. Еще один выдох. Как наяву ощутила его присутствие, властный шепот на ухо, руки, сжимающие шею, грудь. Проникла под ткань трусиков, представляя пальцы Алекса на месте своих. Прогнулась в пояснице, когда, наконец, добралась до чувствительной точки. Мозг отключился, даря телу необходимую разрядку, посылая еще больше мыслей, возбуждая еще больше нервных клеток, превращая девушку в один большой ком желания.
Движения стали более рваные, быстрые, дыхание еще прерывистей, тяжелее. Стройные ноги сильнее раздвинулись. Спина выгнулась дугой, ожидая необходимое в данный момент наслаждение. Томный стон разрезал тишину кабинета. Было плевать, что Ева в приемной могла это услышать. Удовольствие, растекшееся внутри, было важнее всего, заглушало весь здравый смысл.
Пульсация крови в организме явно ощущалась, а расслабленность заполнила все тело. Девушка устало развалилась в кресле, прикрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Картинки близости с Алексом все еще мелькали в ее мыслях, посылая новую волну возбуждения, которую Руби целомудренно задавила. Облизнула потрескавшиеся губы, настраиваясь на работу.
Придвинула кресло к рабочему столу. Небольшой белый конверт привлек ее внимание — обычно почта приходила на ресепшн на первом этаже, потом отправлялась Еве, которая сортировала письма по важности. И то это было очень редким явлением — чаще всего ей писали на электронную почту.
Руби рассмотрела конверт: не вскрыт, обратного адреса нет, лишь инициалы Руби и адрес ее
