– Никогда?
– Никогда.
– Я тоже, – признался он, – и сейчас самое время попробовать.
Глава 9
– Ну?
– Что ну?
Она прижалась к нему поближе, млея от его тепла, стараясь сохранить жар, пульсирующий в крови от недавней близости.
– Ты выйдешь за меня замуж?
Он залез руками под ее свитер и продолжал ласкать ее грудь. Лишь несколько минут назад она лежала под ним, полунагая и беззащитная. Он неистово, яростно целовал ее, и она жадно принимала его ласки. Теперь Шелли, не обращая внимания на осеннюю прохладу, таяла под его нежными поглаживаниями.
– Можем об этом поговорить.
– Пожалуйста. Я люблю тебя. Эти выходные прошли волшебно. И надеюсь, у нас впереди еще тысяча подобных дней. Но мне недостаточно секса или временных отношений, Шелли. Я хочу, чтобы мы разделили всю жизнь, а не одну из ее граней. Ты не из тех, кто просто «живет вместе», я тоже считаю, что это безответственно. Выходи за меня, Шелли.
– Ты уверен, Грант? Я девушка из маленького городка, не из мегаполиса, как ты привык.
Он покачал головой.
– Я вовсе не прожигатель жизни, это выдумки прессы. А даже если бы и был, мне нужна только ты.
– Тогда все сходится, – мягко подытожила она, – потому что, сколько я себя помню, мне нужен был только ты.
На следующее утро Грант ворвался в кабинет ректора Мартина. Атмосфера умиротворения, царившая в кабинете начальника, не подействовала на него успокаивающе. Даже не оглядевшись, он бросился к секретарше, положил сжатые в кулаки руки на ее стол и угрожающе наклонился.
– Я как раз вовремя, – жестко проговорил он.
Секретарша посмотрела на него через толстые очки и облизала тонкие губы.
– Он поговорит с вами, как только закончит с миссис Робинс.
Кивком седой головы она указала на еще одного посетителя – Шелли сидела у стены, на одном и жестких, неудобных стульев.
Грант повернулся на каблуках и наконец увидел Шелли. От гнева его губы превратились в узкую полоску. Он бросил на секретаршу неодобрительный взгляд и пересек унылую комнату. Без смущения зажав руку Шелли между ладоней, он сел рядом с ней.
– Ты тоже получил, – тихо сказала она. Он посмотрел на конверт с инициалами – этим утром ему доставили лично в руки точно такой же. В нем было требование явиться к ректору к десяти утра по чрезвычайно важному делу.
– Да. Молодой человек доставил мне его этим утром. Я пытался тебе дозвониться, но тебя уже не было дома. Ты в порядке?
Он ободряюще погладил ее по руке большим пальцем. Зеленые глаза оттенка мха внимательно изучали ее лицо.
– Да, – с нежной улыбкой ответила она, – хотя спала не слишком хорошо.
Когда он отвез ее домой после прогулки, они вместе решили, что ему лучше не оставаться у нее на ночь, и ей тоже лучше не ночевать у него до свадьбы.
– Я тоже. Не знал, куда руки деть.
– Тсс, – покраснев, прошептала она.
– Дождаться не мог нашей встречи, а теперь это. – Он взял у нее конверт и похлопал им по ладони.
– Почему… – она бросила быстрый взгляд на секретаршу, которая даже не пыталась скрыть своего интереса, – почему нас вызвали? – понизив голос, закончила она.
Он посмотрел на нее со смесью сожаления и озорства.
– Ты, как и я, прекрасно знаешь, в чем дело.
Она мрачно кивнула.
– Думаешь, Пру Циммерман осуществила свою угрозу?
– Возможно. Уверен, она попытается досадить нам тем или иным образом. Черт подери, мне неважно, что они обо мне думают, но я ненавижу, когда из меня делают школьника, застигнутого в спальне девочек.
Они посмотрели друг другу в глаза, вспомнив минуты, что провели вместе, и тут произошло нечто совершенно неожиданное: они рассмеялись. Рассмеялись в искреннем восхищении друг другом и своей любовью. Испуганное лицо секретарши только добавило им веселья.
Она продолжала изумленно на них пялиться, когда прозвучал гудок двусторонней связи.
– Да? Конечно, – ответила она и обратилась к Шелли: – Ваш ожидает ректор Мартин.
Шелли поднялась, но Грант не оставлял ее.
– Мы пойдем вместе, – возразил он, отправившись к плотно закрытой массивной двери.
– Грант, – позвала Шелли, потянув его за рукав, – я не против. Правда.
– Зато я – против. Я не позволю ему тебя запугать. Мы пойдем вместе. – Он сделал очередной решительный шаг, но она удержала его.
– Агрессия – не лучший способ решить проблему.
Он повернулся к ней и печально вздохнул. Потом улыбнулся и пропустил ее вперед.
– В очередной раз убеждаюсь, что ты мне подходишь идеально.
Ректор Мартин сидел за столом, но поднялся, когда зашла Шелли. Сострадание исчезло с его лица, уступив место неодобрению, когда он увидел, что вслед за Шелли заходит Грант.
– Я хотел видеть только миссис Робинс.
– Она согласилась, что мы должны прийти вместе, ректор Мартин, – ответил Грант. Шелли изумленно обернулась, чтобы убедиться, что следом за ней зашел тот же мужчина, что минутой раньше потрясал кулаками у секретарши на виду. Грант заговорил уважительно и даже скромно.
Но, видимо, глава университета не собирался их щадить, каким бы подобострастным ни был тон.
– Садитесь, пожалуйста, – надменно предложил он.
Грант помог ей устроиться и сел рядом. Она скрестила ноги и скромно одернула юбку. Грант смотрел в каменное лицо ректора с вежливым интересом.
– Я надеялся избежать этого разговора, – начал он тоном короля, беседующего с негодяем перед казнью. – Вам известно, что значительные средства в фонд университета поступают от попечителей из церковной епархии. Я предупреждал вас, что за нами наблюдают куда более пристально, чем за профессорами любого светского университета. Возможно, в других заведениях на ваш взаимный интерес не обратили бы внимания, но здесь его подвергли подробному рассмотрению и критике. Вы, мистер Чапман, явились к нам с сомнительной репутацией и, откровенно говоря, нас разочаровали. Мы…
– Вас разочаровали мои преподавательские способности?
Ректору явно не понравилось, что Грант прервал его рассуждения.
– Эм… Нет. Буду честен, председатель вашей кафедры считает вашу работу весьма похвальной.
Грант широко улыбнулся и выдохнул с наигранным облегчением.
– Приятно слышать.
– Однако, – грозно продолжил Мартин, – в этом университете моральный облик педагога важен не меньше, чем его профессионализм. Информация о вашем сожительстве дошла до одного из наших самых щедрых спонсоров. Мы считаем это ужасным и недопустимым. Он пригрозил отозвать грант на постройку нового корпуса, если вас, миссис Робинс, не исключат из университета, а вы, мистер Чапман, не покинете свой пост в конце семестра.
