имущество, как бы эти безумные белки чего не разбили. А они такие. Они могут.
Оглядев хитрые мордашки, появившиеся в дверном проеме, Игнат ржет:
— А пусть он тренируется. Вот завоюет сейчас свою зазнобу и будет у него еще один ребенок.
Вздыхаю. Ребенок у Лады мал и по данным дворовых бабулек — болен чем-то с рождения. С этим тоже надо будет разбираться. И нет, для меня это не причина отказаться от любимой женщины. Только за хрена ей к больному ребенку в комплект еще и мужик — инвалид, а?
Получив внимание взрослых, мелкие хулиганки радостно вваливаются в гостиную и начинают пищать неслаженным дуэтом.
— Ал о э! Цыц! По очереди! — командный голос при общении с Айкой — первое дело. А то, так и будешь за ней таскаться: «Послушай, пожалуйста…», «А не могла бы ты…», «Я тебя очень прошу…» — и все мимо.
Отпихнув подружку, более резвая, уверенная во мне и в себе третья дочь тети Лейлы, выступает вперед и спрашивает внезапно:
— Что такое «антилопа»?
Толпа взрослых настолько неожиданного захода не ожидала и переглядывается, судорожно пытаясь представить — а оперируя какой словарно-понятийной базой объяснять?
Гоха и Маша тихо хихикают и даже руки подняли в знак того, что это сейчас не их проблемы. Понимаю, хотят слегка отдохнуть, но нам-то чего теперь?
— Это зверушка такая, — начинаю неуверенно.
— Вроде оленя, — подхватывает Марк.
— Только не олень! — добивает Игнат.
И мы ржем дружным хором.
Танюха оглядывает нас с неодобрением:
— Вам бы все поржать, шалопаи. Шли бы, вон, молодежь поучили в шахматы рубиться или в карты бы сыграли. Можно и в «Квартет».
— Из этой молодежи учить в шахматы надо только Машкину Селу. Айка непоседа, а Ник кого хочешь тут быстро уделает. С ним батя только начал заниматься, а там уже мини-Карпов такой, хоба!
Иван поднимается с дивана и определяет:
— Огнище, а ну-ка, идем, боец, продемонстрируешь.
Ник смотрит на меня вопросительно и кивает на двух юных белочек. Первой соображает, что делать, Гоха и призывает сестру на колени. Перекусить. Селена устраивается рядом и на некоторое время воцаряется условная тишина. Пока хрустят на молочных зубах орехи, вафли и козинаки.
Бриллиантик слегка утомилась тусить с младшей, но Айка сейчас у них, как старая бабушка: «А куда её денешь?». Тётя Лей все время в Центре реабилитационном занята, новый отец их — мент, его вообще дома не бывает. А тут и под присмотром, и весело, и люди проверенные, свои: за все эти годы вместе тысячу раз встречались, все друг друга знают.
Агата, опять же, из Новгорода приехала, потрындят.
Машенька тоже девицу свою приволокла: Айка с Селеной хоть и были Ника нашего помладше, но росли в куда более гармоничных условиях, так что в плане получения опыта «базового доверия к миру» подходили ему на все сто процентов. Да, и девчонки они занятные, а наш, ну, такое — зверёк не очень социальный. Когда дома да в безопасности, да я рядом — он ещё ничего, туда-сюда годится, ладит как-то с людьми, но на свободном выпасе ни-ни. Маугли натуральный или Тарзан.
Пока парни все ненадолго разбрелись по интересам, а мелкие хомячили, активные и хозяйственные девчонки быстренько освежили стол и накрыли чай.
Мне из моего угла комнаты занятно было наблюдать, как Марк пытается поймать Гоху: то с посудой помочь, то за руку подержать, то в дверях приобнять. Бриллиантик упирается, сверкает глазами, лапкой машет. Такие они смешные.
Плюю в сторону — не спугнуть бы долгожданное чудо. Сердце ноет.
Игнат все лезет к Агате. Та высокомерно фырчит, видно, что он ее не цепляет. Для него это позор и провал, вот и настаивает. Но нам-то уже все ясно. Первая Маша сообразила, поэтому-то так ехидно и хихикала.
И хорошо, что Гатка приехала, я под видом помощи страдающим зарядил ее в Новгороде метнуться на разведку к Ладе, раз уж мечта моя там обитает. Так же она сказала Марку, когда меня искала?
В Новгороде у Бенедикта жила мать когда-то. Помню, мы зимой одиннадцатого класса с батей по дороге в Москву туда подарки завозили. У меня и адрес сохранился. Ничего, прогуляется Агатка после работы, не помрет. Там у них все рядом.
А позже, когда Игнат с Агатой уходили вместе, мы душевно так поугорали. Он её обнял, морда довольная, из двери выводит и говорит:
— Ну что, детка, куда? К тебе или ко мне?
Гатка повернулась, оглядела его с ног до головы, и уточнила:
— Ко мне? В Великий Новгород?
Уж отшила, так отшила.
Страшная женщина у тети Нины выросла.
Глава 36
Лада
Боже, благослови эту святую женщину.
Правду говорят: стоит только решить что-то и все — появляется путь, господь прямо не просто дорожку постелил, он даже указателей натыкал и под каждым кустом мешок с гуманитарной помощью положил.
Время, что мы с Лизой провели в больнице — каждая со своим, но в целом — рядом, пошло на пользу моим мозгам, иначе не скажешь.
Я не стала посыпать голову пеплом, хотя не просто хотелось, а прямо надо было. Нет, я в столбик выписала плюсы и минусы своей жизни, а потом также разобрала свой брак. Знатно э-э-э изумилась.
Ну, дура я, тут сомнений нет. Но, может, не все для меня потеряно? Вдруг я еще успеваю и в себя прийти, и что-то в жизни исправить?
Вот тогда-то я и решила позвонить Маргарите Анатольевне. А оттуда на меня высыпалось такое, чего я не ожидала, но и была в итоге бесконечно благодарна.
Все же голова у профессоров варит быстрее и как-то иначе, видимо, устроена.
Поэтому вскоре обалдевшая я, с Лизочкой в охапке уже мчалась в кризисный центр для женщин-жертв домашнего насилия «Милосердие».
И нет, стыдно мне не было. Пусть хоть кто узнает! Это не я виновата, что муж меня бил, а он.
Он — насильник, тиран, деспот и модное нынче определение — абьюзер. Ему может быть стыдно, мне стыдиться нечего. Я виновата лишь в том, что терпела и не ушла, как только он в первый раз поднял на меня руку. Но воспитание, оно такое, да.
А вот сейчас у меня есть шанс изменить свою жизнь, и я это сделаю. Обязательно. Я не одна, у меня есть дочь.
А еще рядом внезапно оказываются неравнодушные люди. И матушка Руслана, и ее подруга, которая встретила у ворот, оформила документы и устроила нас с дочерью очень быстро. Мини-экскурсия, совмещенная с озвучиванием правил пребывания и я не верю, но мы будто бы в раю.
— Месяц вы совершенно спокойно можете у нас находиться. Прийти в себя, поговорить с юристом и психологом — вон висит на стенде расписание их приема. Да и Ритуля вернется из своей поездки, даст бог.
— Я очень благодарна вам, Лейла Джанибековна, и кончено, Маргарите Анатольевне.
— Ой-бай, бросай эту вежливую мишуру. Русик нам не чужой, так что для его благополучия мы всегда готовы взбодриться и поддержать.
— Я так виновата…
— Прекращай себя обвинять. Прими с достоинством свой опыт. Признай его. И опираясь на него, выстраивай себе дальнейшую жизненную программу.
О как. Сразу план действий практически.
Вот так все и закрутилось. Я позвонила в Новгород нашей медсестре, уведомила, что мы ждем средства на операцию, и пока будем наблюдаться в Петербурге. После этого уточнила у юриста, что мне нужно сделать для разрешения ситуации с мужем, кроме того, что я написала заявление и приложила документы из больницы. Подала на развод через «Госуслуги» — честь и хвала прогрессу. Связалась с тетушкой, обрисовала в целом ситуацию, согласилась слегка подвинуться в цене квартиры, для ускорения, так сказать, процесса продажи.
И сходила на две беседы с психологом.
Пытаясь ответить на вопрос: «Что для вас главное в отношениях?», ляпнула:
— Безопасность.
И зарыдала.
Не было ее никогда у меня в браке. Даже постоянно проживая со свекровью в другом городе и видя мужа по выходным, я не чувствовала себя защищенной. С тех пор как я вышла замуж, я никогда не была в безопасности.
Тогда зачем? Зачем это все? Годы мук, унижений и страданий. Ночи, полные страхов и вечного ожидания боли — к чему они все были?
Описывая Маргариту Анатольевну, как моего кумира, неожиданно сформулировала:
— Я восхищаюсь ее решительностью и смелостью. Тем, что она пошла поперек требований семьи и родственников, наплевала на общественное мнение, отстояла право оставить сына с собой и развелась.
— Что для вас развод?
— Это стыд, ужас и позор! У нас в семье это не принято, это недопустимо и невозможно. Тем более что мой муж — старше, умнее, опытнее
