увидел полет шелковых крыльев, забыл обо всем. И уже буквально через два прогона номера, томный голос сакса и движения танцовщицы невозможно было представить отдельно друг от друга.
Марья сменила у кастрюли маму Иду, судя по всему, попкорна потребуется много. А чернокожим работницам нужно было возвращаться домой, они и вся их семья были приглашены на представление бесплатно. Завхоз почесала затылок, подумала и перетащила всю "приблудную" посуду в кухонный фургон. Расставила ее по скамьям и запустила автоматическую линию. Хотя, побегав между трещащими емкостями, все же понизила звание до полуавтоматической!
За час до представления Федор сообщил мистеру Ротроку об отсутствии униформистов. Ник только что освоил управление цирковым прожектором и решил, что все проблемы решены. От очередного "подарка", да еще преподнесенного таким довольным тоном, он опешил. Потом оглянулся, нет ли поблизости племянников, и вдумчиво выдал такую многоэтажную конструкцию, что Федор уважительно крякнул. А вот на вопрос, а собственно, на кой нам униформисты, только пожал плечами. Положено и все тут.
Перед самым началом Марью разыскала мама Иду, на предмет представления хозяйке своих "мальчиков". Главный "мальчик", он же отец семейства, почему-то напомнил Марье давнишний ремонт в прабабушкином доме. Верней не сам ремонт, а перемещение ее любимого шкафа, сделанного из натурального красного дерева. Строители, изрядно помучившись, отодвинули его на метр от стены, да там и оставили, заявив, что не подряжались на перемещение пирамид. Вот этот самый огромный шкаф и напоминал папа Тони. Если бы, конечно, на шкаф кто-то догадался надеть мешковатый костюм и рубаху в клетку. Четверо сыновей были шкафами поменьше, но подавали все надежды догнать и даже перегнать. А старшему сыну, державшему на руках малыша лет пяти, до папы осталось совсем немного.
Отец семейства, слегка смущаясь, поблагодарил Марью за предоставленную его жене и дочерям работу и с огромным облегчением на лице удалился вместе с близкими в зрительный зал.
Вечернее представление прошло под оглушительный хруст нового лакомства, но артисты не обращали на это внимания. Тем более что зрители, даже усиленно работая челюстями, активно реагировали на происходящее в манеже. Если рок-н-рол в исполнении Эни и Дени вызвал большой интерес и некоторое недоумение, то брейк вогнал зрителей, особенно молодых, в восторженный ступор.
В номере с медведем самым интересным стало "ухаживание" Потапыча за Стаси. Медведь преподносил девочке букет, садился на зад и умильно складывал лапы. А когда девочка, сделав из шелковой ленты ошейник, уводила за собой покорного зверя, немудреная реплика Джонатана, грустно сидящего на бортике манежа: " Вот так всегда! Они такие нежные и слабые! И не заметишь, как повяжут на шею ленточку, и будешь брести вслед как бычок..." - вызвала в зале взрыв хохота.
Первое появление клоунов привело зрителей в недоумение. В других цирках клоуны с белыми напудренными лицами в костюмах, похожих на мешки, затянутые на руках и шее, с огромными пуговицами получали апачи от всех подряд, валились с ног от этих оплеух, задирая огромные башмаки. А тут джентльмен – в отлично сидящем смокинге, с тростью в руке и рыжим котом на поводке.
Кот с таким же галстуком-бабочкой на шее, как и у хозяина, вышагивал, гордо задрав хвост. Джентльмен вежливо раскланивался со зрителями. Чуть позади него семенил Бигль, смокинг второго клоуна топорщился самым невероятным образом. Клоун старался выглядеть солидно, гордо задирал нос и дергал за поводок французского бульдога.
Булька, так звали бульдога, переваливаясь, брел на кривых лапах, неожиданно садился, а то и переворачивался на спину. Когда Бигль дергал за поводок, ускорялся, норовя пролезть между ног хозяина.
Клоуны сделали круг по манежу, не произнеся ни слова, но зрители покатывались от хохота, глядя на столь странную и не похожую ни на кого пару.
В следующем номере, когда крафт-жонглеры «торговали» мускулатурой, клоуны появились за их спиной. Они вывезли на одноколесной тачке огромную, чуть ли не по пояс, гирю. Два мужика, кидающие тяжести, не вызывали особого восторга у мужской части зрителей, работающих, в основном, на бойне и знакомых с тяжестями не понаслышке. Зато дамы с удовольствием рассматривали полуобнаженных мужчин, белого и черного.
Клоуны между тем, кряхтя, сгрузили привезенное, и Бигль, обойдя вокруг пару раз, примерившись, попытался поднять огроменную "дуру". Сгибаясь под тяжестью, перекашиваясь то в одну, то в другую сторону, заплетая ноги, Бигль перемещался по арене. Бдительный Джонатан забегал то с одной стороны, то с другой, и подпирал гирю плечом. Обоих начинало заносить, и клоуны падали, растянувшись во весь рост.
Зрители хохотали, а крафты, дружно сложив тяжести в кучу, подбоченились. Цирк замер в предвкушении. Клоуны, "вдруг" заметив двинувшихся к ним силачей, метнулись в разные стороны, не выпуская ручку гири, дернулись навстречу друг другу, столкнулись, взмахнули руками, и гиря полетела в ряды зрителей. Недолгая паника с криками и попыткой увернуться окончилась мягким шлепком, недоумением и громким хохотом. Снаряд оказался сшит из кожи и набит перьями.
Гари и Алекс на моноциклах отработали достаточно уверенно, как и Стаси с собаками. Хотя без помощи Невса у девочки вряд ли что-то получилось бы. Кот так громко рычал и многообещающе шипел, что ни одна скандальная собака не посмела даже пикнуть. Зрители сначала недоумевали, потом начали посмеиваться и подначивать рыжего дрессировщика.
Сонк в индейском костюме продемонстрировал отменную выездку и умение попадать ножом в мишень из любого положения, даже вися под брюхом лошади. Квотер по кличке Ветер принял нового наездника сразу и безоговорочно, даже особого внушения не понадобилось, разве что в момент знакомства.
Ло в черном костюме исполнил бой с тенью, а потом и "танец" с шестом, на концы которого, для большей наглядности, привязали цветные шелковые шарфы. Вид толстячка в мягком и потому бесформенном костюме сначала вызвал смешки, мол, еще один клоун! Но когда он начал двигаться, появилось недоумение, постепенно переросшее в интерес. Люди такое явно видели впервые.
Пока Эни и Сашка, готовились к показу воздушного номера на качелях, Джонатан рассказывал публике анекдоты про тещу, весьма тепло принятые. А заявленный приз в виде ведра попкорна тому зятю, который пришел на представление с тещей, вызвал настоящую бурю. Таковой отважный сыскался в единственном числе, был вызван на арену, где ему и вручили большой тряпичный мешок с выигрышем.
Последним шел номер с кобами. Марья в строгом вечернем платье и элегантной шляпке уселась в кресло, только что вынесенное Биглем в центр манежа. Громко хлопнула в ладоши и два гнедых с белым красавца понеслись по манежу. Гривы и хвосты свободно летели, кони по хлопку поднимались в
