На улице под ними страж молнии нарисовал в воздухе цветок из электрических линий, который немного пошипел и исчез.
Чуть дальше от него два солнечных зверя направляли потоки света на стеклянные панели небоскрёба, заставляя их плясать в зажигательном ритме.
У одного из фонтанов шестеро дождевых стражей репетировали свой номер: один бросал в воздух водяной шар, другой ловил и перекидывал третьему, а тот взрывал его миллионом брызг, которые как хрустальное конфетти сыпались в чашу фонтана – и при этом ни одна капля не падала на тротуар. Ученики в поезде, и Мина в их числе, восторженно загалдели. «Ты это видел?» – спросила она Пиксита.
«А это ты видишь?» Он смотрел вверх, на летящих клином шестерых ветровых стражей. Позади них в воздухе кружила сотня бумажных листов. На глазах Мины ветер, завернув их в спираль, принялся складывать каждый лист, и вскоре за стражами устремился хвост из сотни бумажных птиц.
– Идём быстрым шагом, дети! – приказала профессор Уэррин. – Нам ещё многое предстоит увидеть! – Для большего привлечения внимания она громко постучала тростью и, подняв её над головой, повела их из поезда по мосту.
Опустив взгляд, Мина обнаружила, что он целиком сделан из стекла. Ей вспомнились скульптуры Митриса, созданные выпускниками. Интересно, этот мост – тоже творение рук стражей молнии? Или стекло для него нагревают солнечные звери, а их стражи формируют из них нужного размера панели? Сквозь него можно было разглядеть слегка искривлённые улицы, заполненные людьми, зверями, всякого рода транспортом и всевозможными хитроумными устройствами с кучей шестерёнок, с высоты напоминающих внутренности часов.
Джикс рядом шла вприпрыжку:
– Мина, кажется, мы увидим её!
«Кого?»
Мина повторила вопрос Пиксита вслух:
– Кого?
– Премьер-министра! Помнишь, я говорила, что она обратится к нам с речью, но я не думала, что это произойдёт прямо сейчас или что нас пустят внутрь!
«Внутрь чего? Мина, мне не видно!» Пиксит шёл на всех четырёх лапах и потому был ниже людей, а из-за больного крыла он не мог взлететь, как другие звери, и разглядеть всё с высоты.
Мина встала на цыпочки и вытянула шею. Они шли к арочному входу, украшенному изображениями грозовых зверей на фоне ясного голубого неба. Вверху сиял золотом алоррианский символ солнца с высеченной надписью «Чистое сердце не может быть ошибкой». Увидев эти слова, знакомые по письму-приглашению, Мина улыбнулась. Они будто приветствовали лично её, словно подтверждая, что она достойна быть здесь.
Почти все значимые исторические события – принятие законов и политических и судебных решений – проходили за этой аркой. Там, в здании в самом центре столицы, премьер-министр заседала со своими советниками, и вместе они управляли Алоррией.
Это было самое важное место во всей стране.
«И мы там побываем!»
«Как думаешь, там есть где пописать?»
«Ох, Пиксит…»
«Мы долго плыли».
«Мы что-нибудь найдём». Беону и Ринне тоже всегда хотелось в туалет в самое неподходящее время. Мина представила, как будет рассказывать им об арке и городе со всеми его жителями и гостями, зданиями, фонтанами и поездами. Внезапно её кольнуло чувство вины: она уже давно не вспоминала о доме, и это было неправильно – она должна сильнее скучать по семье.
Как они, наверное, удивились бы, увидев её сейчас – идущей наравне со всеми в колонне будущих стражей молнии.
Они миновали арку, и Мина разинула рот от удивления. Купольный потолок правительственного здания покрывали фрески, изображающие ключевые моменты алоррианской истории: великие бури прошлого, покорение неба, распахивание новых полей, строительство столицы, закрытие границ. Она страшно пожалела, что не захватила с собой альбом для рисования – но пообещала себе позже запечатлеть в нём всё, что сможет вспомнить, чтобы потом показать родным.
По залу загремел неестественно громкий женский голос:
– Стражи и звери молнии, добро пожаловать в столицу! – Голос звучал сразу со всех сторон, порождая многозвучное эхо.
Мина завертела головой и наконец заметила женщину в зеркальных серебристых одеждах, стоящую на платформе рядом с каким-то нагромождением металлических труб.
– Добро пожаловать в место рождения Алоррии. Именно здесь были приняты первые законы, закрепляющие миссию грозовых зверей, здесь наши предки нашли способ, как сохранить и защитить свою родину, и здесь же наша страна навсегда оставила в прошлом хаос и бедность и вступила на путь мира и процветания!
Джикс пихнула Мину локтем:
– Это она! Это… ой, нет, погоди. Это одна из её ассистенток. – У премьер-министра было несколько дюжин ассистентов, обеспечивающих отлаженную работу правительства. – Как думаешь, мы так её и не увидим? О-о, Мина, эта ассистентка говорит в громкоговоритель! Я слышала о них. Они работают от молний: делают твой голос в два раза громче. Или в три, или сразу в сотню – смотря сколько молний его питают. Ими будут пользоваться во время фестиваля. О-о, смотри, он ещё и проектором оборудован! Это такая штука, которая отбрасывает твоё изображение на стену.
На одной из стен действительно возникло слегка расплывчатое лицо ассистентки, увеличенное в пять раз. Мина никогда ничего подобного не видела. Это было потрясающе!
«Мина? Мне очень нужно».
– Мы сейчас, – шепнула Мина Джикс и вместе с Пикситом начала пробираться сквозь толпу учеников.
Заметив профессора Дано – учителя стояли по краям их группы, следя, чтобы никто не разбредался, – она шёпотом объяснила проблему Пиксита.
Он закатил глаза, но указал на частично скрытую золотой шторой дверь. Мина поспешила туда и оказалась в коридоре, достаточно просторном, чтобы по нему мог пройти грозовой дверь.
Найти туалет труда не составило – на двух дверях висели таблички: один для зверей, другой для людей. Пиксит скрылся за первой, а Мина осталась ждать снаружи.
В правительственном здании даже коридор рядом с туалетом украшали мозаики. Большинство были синих и зелёных оттенков и изображали штормы на море с высокими, как небоскрёбы, волнами и пойманными в них крошечными лодками. Мина надеялась, что она не пропустит ничего важного и что Джикс потом ей всё перескажет. «Скорее, Пиксит. Такая возможность выпадает раз в жизни! Мы в сердце Алоррии!»
«Ты знала, что у них тут всё инкрустировано драгоценными камнями, даже…»
«Пиксит».
«Прости. Я быстро».
Она услышала шаги и вжалась в стену. «Пиксит?»
«Минутку. Такие дела не терпят спешки».
Мина напомнила себе, что она тут по приглашению. Ученики всех школ посетят правительство, каждый в свой день, и сегодня была их очередь, поэтому у неё было полное право ждать в коридоре своего зверя.
Но чем ближе звучали шаги и голоса, тем сильнее Мине хотелось стать невидимой. Из-за угла вышла женщина, знакомая ей по тысяче баннеров и плакатов. Её сопровождала свита из женщин и мужчин в тёмно-синей униформе. У женщины были тёмные с проседью волосы, округлые щёки, улыбчивый рот и добрые глаза. Стройную фигуру облегало приталенное белое платье – у мамы на торжественные случаи было похожее. Лишь свисающий с шеи амулет с алоррианским символом солнца указывал на её положение.
Мина забыла, как дышать, и могла только смотреть не мигая. Все мысли её покинули, не считая одной: «Это премьер-министр».
«Кто? Где? – спросил Пиксит из туалета. – Подожди меня!»
Мина не знала, что делать. Поклониться? Присесть в реверансе? Упасть в обморок?
Премьер-министр тепло ей улыбнулась, будто Мина её любимая соседка, а не незнакомая девочка, забывшая что-то в коридоре.
– А, ты, должно быть, одна из учениц молнии. Дай угадаю: ждёшь, пока твой зверь закончит свои дела в уборной?
Мина не могла вспомнить, как заставить горло работать, будто всю жизнь не проронила ни слова.
– Они чудесные создания, но порой ставят нас в неудобное положение. – Женщина подмигнула Мине. – Только не говори моему зверю, что я так сказала. Ты знаешь, что в твоём возрасте я была ветровым стражем?
