себя ножом, почувствовал дрожь во всем теле, как тогда.
У меня перед глазами пронеслась вся жизнь. Мысли наскакивали одна на другую, пока останавливал кровь и приводил в чувство Варю.
Именно тогда я понял фразу «мы в ответе за тех, кого приучили». Варя зависима от меня. Она реально покончит с собой, если я не останусь с ней. Страх за жизнь ребенка и саму девушку подсказал мне окончательно решение.
Ребенок… В голове крутились тревожные мысли. Пытался представить, как изменится моя и Варина жизнь с появлением малыша.
Представлялось с трудом. Но постоянно думая о нем, я привыкал к его существованию. Более того, мне хватило воображения представить, как я буду нянчиться с малышом в свободное время. Ребенок – не бремя. Мы и с ним покорим Америку.
Достал мобильный телефон и набрал Варю. Захотелось услышать ее сонный голос.
– Да?
– Привет. Спишь?
– А что еще делать в такую рань?
– Как ты себя чувствуешь? – осторожно спросил, прислушиваясь к дыханию Вари. Беспокойство за девушку не давало расслабиться.
– А как можно себя чувствовать в моем положении? Тошнит, слабость и хочется спать. А еще у меня совсем нет настроения.
– Я знаю, как тебе его поднять.
– И как?
– Сегодня перенесу все свои вещи к тебе.
– Правда? – недоверчиво переспросила Варя, а потом радостно взвизгнула. – Ты признался Наське?
– Да, я сказал, что люблю другую и подаю на развод.
– Виталь! – замурлыкала Варя.
Я от ее изменившегося тона почувствовал прилив неуместного возбуждения. Вот чертовка, на расстоянии действует на меня.
– Я люблю тебя! Люблю! Когда придешь ко мне?
– Настя уйдет на работу и так сразу. Тебе что-нибудь купить в булочной?
– Круассаны с шоколадной начинкой. Жду!
Улыбнулся. Варя – это нечто. Как можно быть такой нереальной? Не знаю. Думая о ней, я поехал в булочную, где купил пять круассанов с шоколадной начинкой. Теперь нужно кормить двоих.
В приподнятом настроении вернулся через полчаса. Этого времени вполне достаточно, что Настя собралась и уехала. Поэтому когда открыл дверь, не сразу понял, что ничего не изменилось. Застыл на пороге в зал.
– Ты дома?
Не дожидаясь ответа, зашел в комнату.
– Я… Сегодня взяла отгул, – севшим голосом проговорила Настя, наблюдая за мной.
Я чувствовал неловкость, замечая взгляд полный надежды. Выглядела жена неважно. В ее присутствии собираться совсем не хотелось.
– Я заберу свои приставки… А вещи – позже.
– Виталик, ну пожалуйста! Я все прощу. Ошибся, связался с другой… С кем не бывает… Но я люблю тебя!
– Насть, прекрати.
Раздражение с новой силой вспыхнуло внутри. Я надеялся, мне не придется второй раз чувствовать себя свиньей и снова искать слова для разрыва. Внутри и так все натянулось и дребезжало, готовясь лопнуть. Я шел на жестокий компромисс с самим собой и своей совестью.
Ну сколько можно меня мучить?!
Встретились глазами, тут же отвел взгляд. От внутреннего дискомфорта передернул плечами.
Настя постепенно успокаивалась, или, скорее, впадала в апатию. Достала платок и затеребила его. Старался не обращать на нее внимание, собирал в коробки приставки. Мне они нужны для работы. Позже заберу всю остальную технику.
– Виталий, нам надо поговорить.
– О чем?
– Это все случилось как-то очень… Неожиданно. Так резко нельзя. Это ненормально.
– А как можно? Лет двадцать жить и жалеть друг друга, но терпеть?
– Я не понимаю… У нас же все было хорошо!
– У кого было? – повысил я голос, бросив коробку на диван и навис над Настей. – Тебе было хорошо? Или ты врешь себе так же, как и мне?
– Я не вру. Я считала, что у нас все хорошо…
Она блуждала взглядом по моему лицу, что-то пыталась в нем найти. Бесполезно.
– Вспомни, как мы жили?
Отвел глаза и заметил вытащенный откуда-то свадебный фотоальбом. Выпрямился, взял его в руки. Пролистнул пару страниц, внутри все перевернулось и заныло. Отшвырнул от себя. Посмотрел, скрывая вихрь чувств, на Настю.
– Настя, нам давно пора было открыть глаза друг на друга! И Варя помогла нам это сделать.
– Варя? – скептически скривилась жена, а меня накрыло от ее пренебрежения.
– Да, Варя! Двадцатилетняя девчонка оказалась более разумной, чем мы вдвоем! Почему ты не хотела от меня ребенка? Почему постоянно искала причины отложить беременность? Ведь, если бы ты любила меня по-настоящему, задумывалась бы? Нет!
Я бил по самому больному. По Настиной мечте. Да, пусть она почувствует хоть часть той разрывающей боли, которую чувствую я!
– Я… я рожу! – выдохнула Настя, прижимая руки к груди. – Виталий, миленький, я люблю тебя. Если весь вопрос в ребенке, давай не будем тянуть. Я рожу нам маленького!
– Поздно, – как-то обреченно прошептал я, отступая назад.
Без эмоций посмотрел на Настю. Хотелось взять ее за плечи и хорошенько встряхнуть, заставить смотреть на мир без розовых очков. Трезво. Она вдруг вскочила с дивана и потянулась ко мне.
А я смотрел на нее затравленно… Как-то резко понял, что пути назад нет. Ребенок у меня будет, но не от нее… Ребенок, который свяжет меня с другой навсегда. И я не брошу его. Не смогу.
Что увидела Настя в моих глазах, не знаю, но замерла и пошатнулась, тихо спросила:
– Как это поздно?
– И ребенок не единственная наша проблема, Насть, – глухо произнес я.
Настя непонимающе смотрела на меня, хмурилась. Видимо пыталась найти логику в моих словах.
– А какая еще? – дрожащим голосом переспросила она.
Я не ответил сразу, подошел к дивану. Хотелось быть подальше от Насти, от ее молчаливой мольбы, от ее отчаянья в глазах. Проблема? Да их полно. Именно поэтому развел руками в разные стороны, показывая масштаб катастрофы.
– Их много, Насть! Они очевидны. Мы просто настолько зарылись каждый в своем углу, что перестали их видеть.
Настя обняла себя руками и тихонечко качалась из стороны в сторону, как маятник.
– Какие? – прохрипела она.
– У нас пропали мечты… Мы перестали мечтать, творить! Я не мог креативно мыслить, погруженный в гонку за заработком. А все оказалось просто. Мне нужно было вдохновение, чтобы подойти к работе под другим углом! Это заметили, стали поступать заказы. Настя, я за последние две недели заработал больше, чем за последние два года!
– Потому что изменил мне? – еле слышно прошелестела жена.
Прикрыл на мгновение глаза, ответил:
– Потому что нашел вдохновение. В Варе.
– Но… это не проблема. Я пойму… Я все со временем пойму и прощу. Виталий, не делай ошибку, не рушь нашу семью! Варя не станет тебе хорошей женой, ты еще многого о ней не знаешь…
– А ты знаешь? – перебил я, чувствуя, как меня
