«Спасибо тебе, морская лошадь! Не бойся – Исперт не конь мой, а брат мне родной!» – сказал сын гзирая и поклонился низко морской лошади. И Исперт тут заржал, будто прощался с матерью. Вот дальше едут они. Скачут, скачут – и видит сын гзирая: во-он и земля его близко и родное село. Обрадовался сын гзирая и еще сильнее погнал коня. Заржал Исперт громко, как ветер, поскакал вперед и стал перед домом гзирая. Тут открылись двери, и сын гзирая с невестой вошли в свой дом. Куском хлеба человек сыт бывает, а радостью и счастьем не насытится.
Сколько бы ни смотрели мать и отец на своего сына, на невесту его, сколько бы ни говорили они друг с другом, – все им мало! И так день прошел, и два, а на третий день свадьбу сыграли. И была та свадьба семь дней и семь ночей. Пусть и в вашем доме, дорогие слушатели, будет радость такая!
Три жизни
В один день на перекрестке двенадцати дорог встретились три всадника: сын царя, сын ашуга и сын проводника царских караванов. Поклонились они друг другу и дальше хотели ехать, каждый в свою сторону. Но тут солнце вышло из-за туч, и вдруг увидели юноши: лежит на земле красивый пояс, весь бриллиантами и золотом украшен. Блестит пояс на солнце, как радуга играет. Удивились юноши, и сын царя сказал сыну ашуга: «Сойди с коня, подними этот пояс с земли и подай мне в руки». А сын ашуга так ответил: «Не в твоем я царстве, чтобы кланяться тебе, для тебя с коня сходить! Тут, на перекрестке двенадцати дорог, все мы одинаковы. Сам сойди, не сломится твоя спина, если склонишься разок».
Рассердился сын царя, схватился за меч. И сын ашуга вытащил свой меч. Сделалась бы буря, кровь с землей бы смешалась, если б сын проводника караванов на своем коне не стал между ними. «Не ссорьтесь, эггиды, – сказал он. – Пусть немного остынут ваши головы. Каждый из нас немалый путь за спиной оставил. Вот и расскажем друг другу, что каждый нашел и что потерял на своем пути. Кто перед бедой спины не согнул, тот пусть и останется на своем коне, а кто беде поклонился, тот сойдет с коня и нам поклонится и пояс поднимет с земли. Тогда и посмотрим, кому достанется этот пояс». «Ко времени сказал ты это слово», – ответил сын царя. «И я тут спорить не буду, – сказал сын ашуга. – Вот сын царя завязал этот спор – он и развяжет его. Пусть первый расскажет нам о своей жизни». И сын царя начал свой рассказ.
«Что скажу я вам? Отец мой – царь, а я единственной сын у него. Пришло мое время, и отец сосватал мне в жены красивую девушку. Полюбили мы друг друга и стали жить в дружбе. Немного времени прошло, и родился у нас мальчик. У каждого ребенка есть своя люлька, и у нашего сына люлька была. Раз ночью качала жена сына. Качала, качала – и вдруг сломалась у люльки ножка. Жена разбудила меня и сказала: «Вставай муж, вот люлька сломалась. Иди и сделай ей новую ножку». «Подожди, жена, – говорю я ей. – Только крикну – соберутся лучшие мастера моего царства, и не одну ножку к люльке, а двадцать сделают». «Есть в твоем царстве мастера – это я знаю, – ответила жена. – А разве у самого тебя рук нет и ума не хватает?! Э-гей, муж мой, вижу, сам ты ничего не умеешь. Только ты родился на свет, уже одели тебя с ног до головы в золото и серебро, все было для тебя готово – и счастье, и хлеб, и вода. А вот скажи, какая тебе самому цена? Никогда ты не трудился… Пастух, что за овцами ходит, и то больше знает, чем ты!»
Обидно мне стало, и сказал я: «Хорошо, жена моя, и утра не дождусь – оставлю этот дом. Без царского золота и серебра, только с конем одним пойду я по свету. И клянусь, до тех пор не вернусь к тебе, пока не выучусь хоть какому-нибудь ремеслу». Взял я палицу, лук со стрелами, сел на коня и пустился в дорогу. Немного проехал, вижу – сидит у родника старик нищий и держит в руках золотую чашу с водой. Красивая эта чаша, вся в узорах. Остановил я коня и спросил: «Откуда, отец старый, у тебя эта чаша, какой мастер сделал ее?» «Ой-гой, сын мой, еще таким молодым, как ты, ходил я по свету. И попал я в один город. От старика до мальчика в этом городе все были мастерами. Там сделали мне эту чашу и подарили. Но теперь потерял я туда дорогу. Ищи ее сам, если хочешь. А найдешь – какому пожелаешь ремеслу, тому и научишься там».
Обрадовался я и подумал: «Теперь узнал я, что мне надо искать! Ключ дал мне в руки старик, а замок, может, я сам открою». Попрощался я со стариком нищим и дальше поехал, и не длинна для меня дорога, а скажу вам – много тогда я гор проехал, много долин и оврагов.
Раз в лесу, на горе, встретил я двух юношей со стрелами и луками: «Кто вы такие?» – спросил я их. Они ответили: «Мы охотники». И тут я подумал: «Давно не бывал я на охоте. Давно и людей не видал. Позабавлю себя немного и дальше поеду». И попросился к ним в товарищи.
«Как хочешь, – сказали мне охотники. – Тут всем хватит добычи». Остался я с ними. С утра и до вечера мы охотились, но в этот день наши стрелы не встретились с добычей и хурджуны остались пустыми. А когда стемнело, поели мы лесных яблок и легли под большим деревом спать. Утром встали и видим – нет одного нашего товарища. Сколько мы ни звали, сколько ни искали в лесу, не нашли его. Стали вдвоем охотиться. Только и в этот день наши хурджуны остались пустыми. Вечер пришел – поели мы лесных орехов и яблок и опять легли спать под тем деревом. Проснулся я утром – и этого товарища не стало. И тут я сказал: «Верно, не захотели они со мной охотиться. Подумали, что я плохой охотник – зверя пугаю. Но что бы ни было, пока не попадется мне добыча, клянусь, не уйду я отсюда!» Пошел я один на охоту. Весь день ходил по лесу, но и малой птички не убил. Вечером поел лесных яблок и орехов, опять пришел к тому дереву, но побоялся лечь на землю. Полез на дерево и спрятался в ветках. Только сон ко мне подкрался, слышу, шум прошел по лесу. Закачались, затрещали деревья, и, сколько было птиц и зверей в лесу, все покинули гнезда и норы.
Открыл я глаза и вижу: едет на коне Хембешай, от головы до ног в железо одет. Подъехал он к дереву, где я сидел, и слез с коня. На землю посмотрел, в одну и другую сторону посмотрел, – видно, ищет кого-то. А я прикусил губу и сказал себе: «Пусть вороны выклюют мне глаза, если не этот Хембешай съел моих бедных товарищей. А теперь вот за мной пришел и меня хочет съесть!»
Как волк чует овцу, так и Хембешай меня почуял. Поднял голову и засмеялся громко от радости. «Э-гей, – крикнул он, – вот где спряталась эта блоха!» Заскрежетал зубами и полез ко мне на дерево. Лезет он, лезет по дереву, вот уже на один локоть от меня! Поднял тогда я палицу и, сколько было у меня силы, ударил его палицей по голове. Как камень с горы падает, так и Хембешай повалился с дерева. Упал и с места не двинется. Убил я его или не убил – не знаю. Не верю себе. Как мог я убить этого буйвола Хембешая одним ударом своей палицы?! Сижу вверху и боюсь слезть с дерева. Может, хитрый Хембешай обманывает меня? Но вот и утро пришло, а Хембешай как упал, так и лежит на месте. Тогда я слез с дерева, посмотрел на него, а он и верно мертвый. «Оставайся тут, Хембешай, – подумал я, – будешь теперь шашлыком для птиц и зверей, а я сяду на твоего коня, и пусть будет что будет!»
Тут я снял с Хембешая кольчугу, надел ее на себя, прыгнул на его коня и поехал. Бежит как ветер конь Хембешая. Не успел я глаза закрыть и открыть, стал конь перед высокой каменной стеной и громко заржал. Вдруг открылись в стене ворота, и вышли мне навстречу двое юношей. Но какие юноши! Один сильнее другого. Поклонились они мне, взяли коня под уздцы и ввели на широкий двор. Потом помогли сойти с коня, в дом меня проводили, оставили в комнате одного и ушли. Стою я и не знаю, что делать мне и чего не делать. Тут отворилась дверь, и вошла красивая девушка, такая прозрачная и нежная, что, кажется, проглотит она изюминку – видно будет, как изюминка пройдет у нее по горлу. Девушка принесла таз с водой и поставила передо мной, чтобы я умылся с дороги. А я снял железную шапку Хембешая и поклонился ей. Вздрогнула девушка, удивилась и сказала: «Как ты – человек, да в эти места попал?!» И тогда, как теперь я вам говорю, эггиды, все я ей рассказал: и почему свой дом далеко позади оставил, и что хочу найти я на свете, и как Хембешая убил, и как его конь привез меня в этот дом. «Ох, юноша бедный, жалко мне тебя! – сказала девушка. – В страшное место ты попал! Дом этот – гнездо трех злых Хембешаев, трех братьев. Ты старшего убил, сам от смерти спасся и меня избавил от беды. Ты мне, юноша, открыл свое сердце, и я тебе, как брату, все про себя расскажу. Далеко отсюда, между двух гор в долине, жила я со своим старым отцом. Охотником он был, но глаза его черная вода залила. Ослеп мой отец. С тех пор всегда мы вместе ходили на охоту. Увижу я зверя в горах, подам отцу стрелу, направлю ее, а он станет на колено, натянет свой лук и убьет зверя. И никогда не ошибалась его рука. Так и жили мы, пока Хембешай обманом и хитростью не унес меня от отца.
В одно утро, когда мы вышли на охоту, всю нашу долину покрыл он туманом. И не знаю, как это стало, но потеряли мы с отцом друг друга, а Хембешай подкрался, как волк, схватил меня и бросил в свое логово. И каждый день по утрам пил он кровь из моего мизинца. Сам видишь, юноша, прозрачной я стала. Не сегодня-завтра, может, и жизнь бы меня оставила. Но ты убил Хембешая, спас меня. Думай теперь, кaк тебе самому спастись. Те юноши, что встретили тебя у ворот, – это младшие братья Хембешая. Горе тебе, если они почуют, что не брата своего, а человека в его одежде ввели они в дом! Большая у них сила, когда вместе они. И они это знают – куда один пойдет, туда за ним и другой идет. Ни днем ни ночью они не расстаются. Если сумеешь хоть на миг их разлучить, на каждого хватит у тебя силы. Может, и я тебе еще помогу». Тут девушка перебросила со спины на грудь свои черные косы, расплела их, вытащила из них стрелу и подала мне. «Эта стрела от лука моего отца. Если и в камень она попадет, – камень на два куска разлетится. В косах я ее прятала, чтобы Хембешай не увидел. На, возьми ее, она тебе пригодится».
