Читаем без скачивания «Самый полный STOP!!!» - Железнов Валерий

И вот мы возвращаемся домой, в царство всеобщего дефицита. А по пути, в Балтийских проливах есть небольшой датский городок. Мы там часто останавливались на рейде и закупали продукты в рейс или товары для дома через шипчандлерскую контору. Они нас знали и любили поставлять нам товары, так как брали мы очень много, а это им выгодно. Да и цены у них были довольно низкие. Почему бы не сделать обоюдовыгодный бизнес.

Так вот, идём домой и народ зашевелился в плане составления заказа. Ведь заранее с моря нужно послать список товаров. А пересылается всё это дело через капитана, естественно. А капитан попался какой-то нерешительный, мягко говоря. Сначала тянул с запросом прайс-листа. Потом, пока народ составил заказ, прошло несколько дней. И с отправкой этого заказа по факсу он тоже странно затянул. А ничего странного. Он просто не хотел чтобы экипаж закупал спиртное. Нажрётесь, мол! Он вообще сначала не хотел останавливаться для закупки товара. К нему ходили ходоки из народа и кое-как упросили. И вот он затянул с отправкой заказа. А Проливы уже близко. Когда подошли к Проливам, пришло сообщение от шипа. Просит подождать на рейде несколько часов. Не успел он собрать нужные товары. Заказ-то ведь огромный. Одной выпивки около двух тысяч литров и ещё куча разного ширпотреба. Капитан начал артачиться, не успеваем, яко бы, и ждать не будем. Ходоки его упрашивали и так и эдак, но всё без толку. Так мы и просквозили без остановки. Возмущались, конечно. Но капитан - власть, а против этого не попрёшь.

Вышли в Балтику, и как-то ко мне на вахту поднимается капитан. Я молчу. Он первый заговорил: «Вот ведь жалость какая. Негодяй шипчандлер, не успел собрать заказ. Обломились люди. Не состоялась затарка. Очень жаль».

- Вот сука, - думаю - сам же всё сделал, а теперь на шипа валит. Взял бы и заранее запретил закупку алкоголя своей властью. Так ведь нет, побоялся, а теперь выкручивается. Народ тебе этого не простит.

И точно, все как сговорились. На пароходе началась повальная пьянка. Да не просто пьянка, а пьяный беспредел какой-то. Через всю Балтику шёл пьяный пароход. Вахта ещё кое-как держалась, а внизу был сплошной загул. Даже повариха нажралась до «зелёных соплей» и готовила такую бурду, что всё шло за борт. Наука так та просто вся ползала на карачках. Палубная команда забила «болт» на работу и старпома тоже. Сам же старпом нажрался с горя и от обиды и выходил на вахту просто никакой. Но у него ведь есть четвёртый помощник. Он-то за старпома и стоял. Ори, не ори, а весь экипаж не уволишь. А пароход кому-то нужно довести до дома. Не знаю, почему бухали другие, а я так нажрался после вахты из мести говнюку-капитану. Он-то думал, нам нечего будет пить. Вроде, конец рейса. Ан, нет!

Как в песенке поётся:

Кто весел - тот смеётся,

Кто хочет - тот напьётся,

Кто выпил - тот ещё найдёт!

Как бы там ни было, а домой мы дошли благополучно. Взяли на рейде лоцмана и поспешили в порт. А встать мы должны были в Военной гавани, на южном берегу залива. Наше руководство, вроде как, заключило договор о нашей стоянке там. Тем более там уже был ошвартован другой наш пароход. Вот к нему-то мы и должны были встать бортом.

Идём, значит. Сладкое томление ощущается от близкой встречи с родными. Полгода ведь не были. Идём. А дело было как раз на праздник. Нерабочий день. Поворачиваем направо и входим в узенький фарватер Военной гавани. Запрашиваем пост слежения «добро» на вход. А нам отвечают: «Вход запрещён, поворачивайте обратно».

- Помилуйте! Как же это? - думаем - А ну-ка, запросите диспетчера гавани.

Диспетчер тоже даёт нам отбой. Нету, мол, на вас разрешения Мотайте туда, откуда пришли. На рейд значит. А гавань, вот она. И причал виден, и люди на нём толпятся. Да и развернуться на узком фарватере невозможно.

- Дайте хоть войти в гавань для разворота.

- Ладно, но сразу назад.

Вошли в гавань, отдали якорь посредине и начали разворот. Но только не спеша. А в это время лихорадочно идёт поиск решения создавшейся проблемы. Видать про нас забыли в предпраздничной суете. А сегодня вообще выходной, никого не найдёшь. Пока то да сё, решили на шлюпке высадить хотя бы науку. Ну не тащить же их обратно на рейд. Тем более, что граница у нас уже была открыта заранее. Диспетчер орёт, чтоб уходили, а мы вроде как зацепились якорем за чужую цепь на дне. Освобождение якоря от цепей - процедура долгая. Он, зараза, связался с оперативным дежурным базы и настучал на нас. Работа у него такая. Тот на нас тоже «полкана» спустил. Несанкционированное проникновение на военный объект, мол. И что нас ожидают крупные неприятности.

- Да, да - говорим - товарищи военные. Мы извиняемся. Сейчас уйдём. Только вот распутаемся.

А сами обзваниваем наше начальство. У военных переполох начался. Они вышли на оперативного тыла. А тот категорически приказывает выгнать нарушителей вон. И смотрим, мчится к нам на всех парах маленький рейдовый тральщик. С пушкой даже, расчехлили для острастки. Упёрся нам в борт носом, и типа того, щас стрельну! Бойтесь его все!

Но тут кое-что начало проясняться. Наш начальник флота подсуетился. Подняли с постели аж самого командира Военно-морской базы. И он сжалился над нами, отдав команду впустить нас. Пока по инстанции приказ спустили до диспетчера гавани, прошло много времени. Короче, швартовались мы уже далеко за полночь. Многие встречающие уже уехали, а кто остался, дремали на соседнем пароходе. Правда, их разбудил этот самый тральщик. Мало того, что он упёрся в наш борт носом, он ещё на всю гавань стал орать по внешнему громкоговорителю всякие обидные слова. Яко бы мы злостные нарушители и нам надлежит немедленно покинуть территорию военного объекта, а не то будут приняты силовые меры к нашему выдворению, вплоть до применения оружия. Страшно, аж жуть! Ну не будут же они стрелять по своим, в самом деле? А толкаться с нами бесполезно. Как таракану против ботинка.

В конце концов, всё устаканилось, и встречающие, самые стойкие, хлынули на борт. Улыбки, смех, поцелуи, слёзы радости. Разбрелись по каютам, а там уж кто как. Где-то рюмки брякают и песни поют, а где-то кровати скрипят. Прибежал к нашему капитану летёха, командир тральщика и требует его на разборку к оперативному дежурному базы. А капитану это надо? У него в каюте уже пир горой.

- Ты, - говорит - лейтенант, не кипятись. Сейчас уладим конфликт. А пока выпей за возвращение доблестной российской науки в родной порт. Лейтенант выпил, но не отступился. Тогда капитан ему сказал: «Видишь ли, у меня случился тяжёлый сердечный приступ, и я лежу сейчас при смерти. А ты хочешь старого больного человека тащить среди ночи чёрт те куда. Забирай моего вахтенного помощника с судовым журналом и выполняй приказ». Летёха покочевряжился немного и пошёл переговорить по радио с оперативным. Тот дал «добро». А вахтенным помощником оказался как раз я. Взял я в охапку судовой журнал и спустился на крошечную палубу рейдового тральщика. Дали полный ход и помчались на остров.

Там чуть ли не под конвоем отвели к оперативному. Привели в кабинет и военно-морские дядьки с большими звёздами на погонах стали сурово на меня наезжать. И чего они мне только ни наговорили. Перечислили все наши нарушения, обвиняли во всех смертных грехах. Называли номера каких-то, неведомых мне приказов, по которым выходило, что мы военные преступники и нас положено расстрелять из большой пушки. Но из уважения к российской науке и, благодаря их безграничной терпимости и гуманизму, мы остались в живых. Но, тем не менее, кара будет неотвратима, если я, как представитель нашей конторы не подпишу их протокол. А мне, по большому счёту, начхать на все их угрозы. Давайте подпишу. Я человек маленький, мне по фигу. Тем более работал я с военными и знаю как они любят гнать «пургу». Шума много, а толку мало. Вот суют они мне протокол с перечнем всех наших грехов, и я его не глядя, подписываю. А мне по хрену! Пишу: «Третий помощник капитана, название судна, фамилия и инициалы». Точка. Довольны? Что ещё надо? А им что ли не сказали, кто я по должности? Они-то думали, я и есть капитан. А тут всего-то третий помощник. А они распинались передо мной! Все хвосты пораспускали. Страху нагнали. А всё зря. Немного огорчились, конечно, но сразу смягчились. Они-то ведь прикрыли этим протоколом свою задницу. Больше бумаги - чище жопа. Но инцидент почти исчерпан и можно успокоиться. Но куда девать меня? Они мне предложили переночевать в каюте на тральщике. Но тут упёрся я. На кой мне это надо? Верните туда, где взяли!

- У меня там - говорю - капитан при смерти, команда пьяная, пароход без начальника остался. А ну, что произойдёт, а я тут дрыхну? Нет уж, доставьте до места изъятия.

Они заартачились. Сказали, что это не так просто добиться разрешения на отправку дежурного корабля. Но я не отступал и привёл статью из «устава» о вахтенной службе. А устав для военных - это святое. Два часа я хлебал у них кофе, пока они звонили и связывались по радио. И наконец-то пришло высочайшее разрешение снарядить для моей доставки назад дежурный корабль. На том самом маленьком тральщике меня и доставили к борту. Доложился я капитану и рухнул на диванчик в родной каюте.