– Еще не поздно изменить свое решение, Принцесса, – сказал он.
Алекс покачала головой.
– О, нет! – Она обернулась. С удивлением он заметил на ее щеках румянец удовольствия. – Я все хочу попробовать, Тревис, все вещи, о которых говорят, что они неприличны, – Алекс рассмеялась. – Даже те, которые сама называю неприличными.
Он хмыкнул.
– Например?
– Не знаю. Все. Например, съесть хот-дог, купленный у уличного торговца.
– А. Ну да, это трапеза для гурмана. Невозможно отказаться.
– Давай, смейся. Но мне всегда хотелось.
– Я не смеюсь, Принцесса, – Тревис ухмыльнулся. – Что смешного, если ваша дама предпочитает хот-дог за два бакса ужину стоимостью долларов двести?
– Это я? – спросила Алекс, краснея сильнее. – Я – твоя дама?
– Да, – он посерьезнел. – Я помню, что ты говорила… что мы оба говорили – никаких обязательств. Но пока ты со мной…
– Пока мы вместе, ты имеешь в виду…
– Точно. Пока мы вместе, ты моя.
Он так вызывающе выпятил подбородок, что ей захотелось заспорить. Что, если она скажет: «Я буду спать с любым, с кем мне захочется»? Только это будет ложью. Как она может захотеть кого-то после Тревиса?
– Алекс? Если тебя не устраивают базовые правила, скажи. Потому что я не делюсь. – Его голос сел, глаза смотрели прямо в глаза. – Ты встречаешься только со мной. И спишь только со мной.
– А для тебя правила те же?
Его рот сжался.
– Да.
– Хорошо.
– Договорились, – мгновение они молчали, потом Тревис прокашлялся. – Так что там следующее в твоем списке желаний, Принцесса?
Она улыбнулась.
– Ой, множество скучных вещей.
– Каких?
– Ну… покататься на такой машине, как твой «порше».
– Дама желает выжать газ до отказа?
– Когда-то у меня был маленький автомобильчик с откидным верхом, – мечтательно сказала она. – Красный… – Алекс усмехнулась. – Это глупо. Я взрослая женщина, Тревис. А желания все детские.
Он перегнулся через сиденье и взял ее за руку.
– Моей первой машиной тоже был маленький автомобиль с откидным верхом.
– Правда?
– Угу. «Мустанг», такой старый, практически антиквариат. Мне понадобилось копить на него целый год. Я тогда работал в конюшнях.
– Конюшнях? – Алекс рассмеялась. – Я была права! Ты действительно ковбой.
– Я укрощал быков, – он сжал ее руку. – У меня была дурацкая идея стать чемпионом. А закончилось все тем, что во время своего второго выступления я сломал два ребра, а в придачу к ним – нос. Так что я решил, что должен быть лучший способ зарабатывать деньги.
– А я все думала, – Алекс стиснула руки, – где это ты сломал нос.
– Хм. – Тревис потрогал горбинку. – Я собирался ее убрать, но Кэти сказала…
– Кэти?
– Моя сводная сестра. Она сказала, что горбинка будет сводить девушек с ума. Так что я ее оставил.
– Хорошо, что ты послушал Кэти. Она была права.
– И сейчас?
– Перестаньте напрашиваться на комплименты, мистер Бэрон.
Тревис рассмеялся:
– Вот так, милая. Теперь ты знаешь, что некогда я был достаточно глуп, чтобы вообразить себя укротителем быков. И имел красный «мустанг».
– Мне нравится это твое протяжное произношение.
– У меня? Протяжное?.. Ты все-таки скажешь мне, что там еще у тебя в списке, или мне предстоит догадываться?
– Ну, это так глупо… – Алекс вздохнула. – Ладно. Я всегда хотела управлять быстрой машиной. И покататься на американских горках. И погулять под дождем.
– Ты никогда не гуляла под дождем?
– Не босиком. И не без зонтика. С лицом, обращенным навстречу каплям, – она засмеялась. – Это звучит как бред сумасшедшего.
– Это звучит как монолог женщины, попавшей в нужные руки, мисс Торп, – торжественно сказал Тревис. – Вот, тут, рядом с тобой, находится человек, ненавидящий туфли…
– Потому что он предпочитает ботинки.
– Да, точно, но не на пляже, где я живу.
– Ты живешь на пляже?
– Да. У меня дом в Малибу.
– Наверное, это чудесно. Море, песок, небо…
– Теперь ты мне скажешь, что никогда не была на пляже.
– Конечно, я была на пляже. Сан-Тропе… Мартиника…
– А тут, в Калифорнии?
– Честно? – Она смущенно улыбнулась: – Никогда.
– Никогда? То есть ни разу?
– Нет. Карл и мой отец считали, что слишком много распущенных голливудских типов владеют домами на этих пляжах.
Тревис покачал головой:
– Какое безрадостное детство было у вас, мисс Торп! Не шлепать по воде. Не ходить под дождем. Не кататься на американских горках и не есть чили-догов…
– Чили-догов?
– Поверь, милая, обычный хот-дог не идет ни в какое сравнение с чили-догом… – Тревис замолчал и нажал кнопку на пульте управления.
Алекс сидела, с восторгом наблюдая за манипуляциями Тревиса. Он так многолик. Неудивительно, что она заметила его в тот самый первый раз. Неужели она тогда боялась встретиться с настоящим человеком? Нет. Ведь она и пришла на тот аукцион в поисках настоящего человека. Ей был нужен кто-то, с кем она бы поняла, что такое секс, и она нашла его. Тревис разбудил ее чувственность. В его сильных руках она превратилась в настоящую женщину. И по завершении их отношений она сможет уйти с высоко поднятой головой.
Она сама захотела этого, не надеясь на сказочный финал. Ей всего лишь требовалось найти себя. Последнее, чего ей надо, – это какие-то обязательства. Ему позволительно требовать от нее лишь одного – удовольствия в постели. И она доставляет ему удовольствие, она делает его счастливым в постели. И пусть все будет так.
– Я не говорила, что нам надо заняться этим немедленно, – сказала Алекс, с опаской разглядывая громадную стальную конструкцию, извивающуюся умопомрачительными петлями.
Тревис похлопал ее по плечу.
– Да мы пока и не делали ничего, – заметил он лениво. – Только попробовали хот-доги…
– Чили-доги, – поправила с улыбкой Алекс. – Такая вкуснятина!
– Я же говорил, что тебе понравится, так и случилось. – Он посмотрел на исполинские горки. – И это тоже. Если, конечно, ты не передумала. Я не позволю, чтобы с тобой, Принцесса, случилось что-нибудь плохое. – Он провел губами по ее щеке. – Буду держать тебя крепко-крепко.
Она улыбнулась прямо ему в глаза.
– Обещаешь?
– Можешь на меня положиться, – он прижал ее крепче и поцеловал. – Я всегда буду о тебе заботиться, Алекс. Всегда.
«Нет, – подумала она, – не будешь». Ее глаза чуть затуманились. Но она выдавила улыбку и вернула ему поцелуй. – В таком случае, мистер Бэрон, вперед.
Но, оказавшись на горках, Алекс закричала. Завизжала. Прижалась к Тревису, клянясь, что сейчас умрет.
А когда поездка кончилась, потащила его в конец очереди, чтобы снова взять билеты.
