Читаем без скачивания Хельсрич - Аарон Дембски-Боуден

— Ты говорил то же самое полчаса назад.

— Знаю. — Райкин зарядил новую батарею в лазган. — Но они идут.

Стена за их спинами дрогнула под ударом очередного снаряда. С потолка на шлемы посыпалась известка.

Взвод Райкина оказался в самом неприятном положении, и как бы яростно они ни сражались, без посторонней помощи выбраться не удастся. Большинство его людей, те, кто не истек до смерти кровью, разместились у окон на разных этажах жилого дома, поливая огнем улицу снаружи. Комнаты были заставлены мебелью, оставленной семьями, которые нашли убежище в подземных бункерах.

Проблема заключалась в том, что, когда пали последние укрепления, взвод Райкина оказался отрезанным слишком быстро. Будучи арьергардом, прикрывавшим отступление, они попали в окружение и не имели возможности выбрать себе укрытие.

— Они карабкаются по стенам! — заорал вдруг кто-то.

Райкин подскочил к ближайшему окну, все так же пригибаясь, чтобы обстрелять улицу. Тут он обнаружил, что стоит лицом к лицу с зеленокожей тварью, продиравшейся через оконный проем второго этажа. От орка несло плесенью и оружейным дымом, а поросячий взгляд был исполнен воинственности.

Райкин воткнул штык в горло твари, трижды выстрелив при этом. Ксенос вылетел из окна, рухнув на сородичей.

Но те все равно продолжали взбираться по этим проклятым стенам.

Райкин приказал троим из своих людей следить за окном и понесся к лестнице, ведшей на первый этаж. Треск выстрелов здесь был даже громче.

— Подкрепление в пути! — прокричал он вниз.

— Вы это сказали полчаса назад! — ответил ему сержант Калас.

Райкин поймал взгляд сержанта. Тот двумя руками стиснул болт-пистолет, стоя на колене у окна и посылая рокочущие выстрелы в проем. Майор вернулся к ближайшему окну, добавив свой вклад в канонаду.

Вся улица была завалена зеленокожими трупами. Только самые глупые или кровожадные орки пытались перебежать дорогу и забраться на стены здания. Большинство ксеносов — и Райкин благодарил Императора за эту небольшую удачу — обладало достаточной сообразительностью, чтобы озаботиться укрытием за собственным хлам-транспортом или стрельбой из окон соседних жилых зданий. Они хохотали и глумились, пока продолжался обстрел, и раскаты свиного хохота становились еще громче, когда очередная группка ксеносов пыталась перебраться через улицу только для того, чтобы быть застреленной оборонявшимися солдатами Стального легиона. Хриплая радость от смерти своих же сородичей была варварским безумием, которую Райкин давно уже стал считать неотъемлемой чертой мерзостных ксеносов.

Нельзя было понять таких существ.

— Мы не можем продержаться здесь. — Вантина вновь спряталась в простенке, шепча краткую Литанию Преданности и перезаряжая винтовку. — Вы слышите их машины? Майор, их прибывает все больше.

— Мы вряд ли выберемся отсюда в ближайшее время. — Он произнес эти слова как горькое проклятие, опуская на лицо маску респиратора. — Так что будем держаться.

— Или умрем.

— Это не вариант, и я пристрелю тебя, если скажешь это еще раз.

Она улыбнулась под противогазом, но Райкин этого, разумеется, не увидел. Он поднялся и прильнул к стене, прижав к груди лазган, а затем рискнул выглянуть из окна. Увиденное заставило его выругаться так красочно, как никогда не приходилось слышать Вантине.

— Ну так что? — Она приблизилась к нему, занимая позицию с другой стороны окна. — Не слишком хорошие новости, да?

— Танки. Эти ублюдки гонят по дороге тяжелую технику.

Вантина сама посмотрела на улицу. Три имперских «Леман Русса», захваченные и «усовершенствованные» приклепанными кривыми листами брони и раскрашенные в несочетаемые цвета. Неровная передняя поверхность трех танков демонстрировала инопланетные символы, ничего не значащие для человеческого глаза.

— Мы покойники, — покачала она головой. — И не надо пристреливать меня. Они разрушат здание и убьют меня вместо вас.

Райкин проигнорировал ее замечание.

— Ников! — Он заставил ожить бусину вокса. — Ников, что там с пусковой установкой?

Ников был на верхнем этаже жилого блока, куда отступил с ракетной установкой минут десять назад. Оружие получило повреждение, когда прорвали прошлую баррикаду.

— Все еще заклинено. — Ответ Никова пришел через потрескивающее шипение в воксе. После длительной паузы он добавил: — Я правильно слышал, ты снова кричал о подкреплении?

— Они идут! О Трон, почему все ноют об этом?

— Думаю, потому, что мы предпочли бы не умирать, сэр.

Именно в этот момент взорвалась западная стена. Осколки разлетелись по всей комнате, наполняя ее каменной пылью. Через очки Райкин уставился на дыру в стене размером с трех взрослых человек. Большинство солдат поблизости уже поднимались с пола. Двое остались лежать.

— Заставь установку работать! — приказал Райкин, как только настал момент зловещей тишины.

Вантина с трудом поднялась на ноги и отбежала подальше от зияющей бреши в стене.

Снаружи донесся хохот ксеносов, грохот гусениц танков и далекое завывание реактивных двигателей.

— Их все больше? — позвала Вантина.

— Это не враг, — отозвался Райкин. — Не танки.

Это действительно были не они. Бусина его вокса передавала прерывающийся разговор разных каналов, но один голос все же пробился.

— Ваш запрос о подкреплении, — произнес он, будучи слишком низким, чтобы принадлежать человеку, — подтвержден.

Комнату накрыла тень десантно-штурмового корабля, с шумом пролетевшего на воющих турбинах. Челнок снизился и открыл огонь по улице. Долго лететь под углом на крейсерской скорости было невозможно, но пилот приложил максимум усилий, чтобы удержать своего «Громового ястреба».

Установленные на его крыльях и боках тяжелые болтеры плевались смертоносными снарядами в крупные группы врагов. Нечеловеческая кровь загрязняла воздух, когда десятки существ лопались от попадания разрывных снарядов. Огрызаясь, выжившие орки открыли огонь — задребезжали стабберы, пули ливнем обрушились на черный корпус, столь же безвредные для него, как град.

Другое дело танки. Первый снаряд врезался в бок челнока с силой шквала, и Райкин вздрогнул от взрыва. Корабль закрутился после попадания вокруг своей оси, поднимая во время разворота горячий ветер работающими стартовыми двигателями. В ответ на атаку птичий силуэт взмыл вверх, сделал вираж над танком и наконец сбросил свой груз.

Темные фигуры с лязгом приземлились прямо на танки, черные, словно жуки, на металлической шкуре машин.

Первый из высадившихся — фигура на башне ведущего танка — был в шлеме с серебряным черепом вместо лица и орудовал булавой со вспыхивающим силовым полем вокруг навершия в виде раскрывшего крылья орла. Оружие обрушилось ребром вниз, разбивая вдребезги орудийную башню. Ее срезало начисто, и она упала в орду столпившихся ксеносов.

— Доброе утро, реклюзиарх. — Голос Райкина прерывался от облегчения и радости.

Рыцарь ответил не сразу. Он и его знаменосец занялись зеленокожими, которые кишмя кишели у корпуса уже бесполезного танка и лезли вверх в отчаянном порыве пролить кровь черных рыцарей.

Болтер Артариона плевался смертью, сокрушая и отбрасывая тварей вниз на дорогу. В сияющей как солнце вспышке плазменный пистолет Гримальда дезинтегрировал еще две карабкающиеся твари, позволив пылающим останкам рухнуть обратно в толпу.

Второй уничтоженный танк усеяло множество следов — дым поднимался из вентиляции и трещин в броне. Храмовники швырнули внутрь него гранаты, и Райкин увидел, как два рыцаря отпрыгнули прочь, больше не обращая внимания на подбитый «Леман Русс», и набросились на толпу врагов на улице.

— Прости, что задержались, майор. — У реклюзиарха даже дыхание не сбилось. — Мы были нужны при прорыве баррикады в южном квартале девяносто два.

— Лучше поздно, чем никогда, — ответил Райкин. — Судя по последнему сообщению от центрального командования, план Саррена в этом квартале работает лучше, чем предсказывали все аналитики. Мы будем передислоцироваться для контрудара?

На башне танка Гримальд описал булавой смертоносную дугу, превращая орков в кровавое месиво.

— Ты еще дышишь, майор. Этого достаточно.

Рассвет не принес ничего, кроме продолжения ночной бойни.

Такого звука я еще никогда не слышал. За два столетия жизни мне приходилось воевать рядом с богомашинами, чьи орудия были громче, чем предсмертные крики звезд. Я противостоял многотысячным армиям, где каждое существо криками выражало свою ненависть. Я видел, как корабль размером с башню улья врезался в поверхность океана в одном из далеких миров. Фонтан воды, который он выбросил в небеса, и приливная волна, что последовала за ним, были подобны божественному суду, что пришел затопить землю и сокрыть все человечество в соленых глубинах.