но то ли их скафы были покруче, то ли мой игольник слабее, но результата мои выстрелы не принесли. Я отметил, что значок связи с системой безопасности станции неактивен, значит связь заблокировали. Я вжался спиной в небольшую нишу и вел огонь по нападающим. Их иглы несколько раз отскочили от моего шлема, автоматически закрывшего при нападении голову, выхода из ситуации я не видел, первый всплеск адреналина прошел, и я стал ощущать боль от игл, попавших в мое тело. Внезапно голова одного из нападавших дернулась и на забрале шлема образовалось дымящееся отверстие, и он стал заваливаться, в горячке боя я не сразу заметил за спинами нападавших третью фигуру. Второй боевик развернулся и пустил очередь в моего неожиданного помощника, он словил грудью рой игл и стал заваливаться вперед. В падении он успел еще раз выстрелить из бластера и этот выстрел достиг цели, в груди нападающего образовалась аккуратное отверстие в области сердца. И нападающий, и тот, кто пытался оказать мне помощь упали один за другим. Превозмогая боль, я вышел из ниши, где укрывался и поспешил к словившему грудью иглы человеку. Он был в дешевом старом скафандре, и я его сразу узнал. Миго, побежденный мною виконт. Рядом с ним лежала сумка. Его шлем раскрылся, и я увидел его лицо. Я сразу понял, что он серьезно ранен и причем скорее всего смертельно. На губах выступила кровавая пена, верный признак пробитого легкого.
«Вот и мой долг погашен, — прошептал он, — там он указал на сумку. Мой скаф. Теперь он твой».
«Заткнись, виконт», — прорычал я, срывая с себя автоматическую аптечку и пристраивая ее к его животу.
Там на скафе было специальное место для крепления аптечки. Она встала на место и сразу же начала работать. Я, кое-как взялся здоровой рукой за утолщение на вороте его скафа и ковыляя и кривясь от боли в простреленной ноге потащил Миго к дверям ангара. До него было всего тридцать метров. Через метров десять появился сигнал, значит я вышел из зоны действия глушилки. Я не стал вызывать помощь, а попытался связаться со стариком.
Он практически сразу вышел на связь, сразу начав меня отчитывать: — «Где ты шляешься, салага?».
«Борн, — прервал я его, — срочно нужна помощь, у меня тут раненный возле двери ангара, у нас на борту есть медкапсула? Или вызывать медиков?».
«Жди», — сухо ответил он и отключился.
Через три минуты двери открылись и появился Борн уже в штурмовом скафе, в руках он держал винтовку. Вот что значит опыт. Он за несколько секунд оценил обстановку начал отдавать распоряжения.
— Ранен?
Я кивнул: — «Этот серьезно, я по легкому, там два трупа, мои вещи, у них там глушилка была».
«Принял, тащи его на борт, я скоро буду», — сухо, по-военному бросил Борн.
Я затащил виконта внутрь ангара и потащил его к открытому шлюзу. Пока я дотащил тело до аппарели, неожиданно оказавшийся достаточно шустрым старик дотащил оба тела до ворот ангара. Видимо, он дистанционно попутно управлял дроидами, потому что из шлюза шустро выбежало двое технических дроидов с гравиносилками. Борн закинул тела нападавших на носилки и накрыл их какой-то тканью, вытащенной из футляра на поясе. Сверху он бросил мой кейс и сумку виконта. Дроиды потащили груз внутрь корабля, а старый мастер подбежал ко мне и закинул раненого на вторые носилки, после этого он побежал с ними куда-то вглубь корабля. Я, кривясь от боли, последовал за ним. Пройдя метров двадцать по коридору, я остановился, точной схемы корабля у меня не было. Я привалился к стене и сполз по ней. Нейросеть подавала сигнал о кровопотере и повышении кровяного давления. Ладно, пока терпимо, подожду Борна. Он появился спустя пять минут и помог мне подняться. Вдвоем мы дошли до медотсека. На мое счастье, в нем было три медкапсулы. Как же хорошо, что их не сняли и не продали. Старик помог снять скаф и уложил меня в капсулу. Крышка закрылась и свет погас.
В себя я пришел рывком. Крышка капсулы открылась, и я услышал голос Борна.
— Бор, я в рубке, скидываю схему и маршрут, не заблудишься. Комбез возле капсулы, давай двигайся шустрее.
Он отключился. Я нашел и натянул стандартный комбез, в каком ходил на Монкине и пошел искать рубку. Идти оказалось недалеко. Рубка управления находилась в центре корабля. Технически в самом защищенном месте. Створки при моем приближении открылись, и я увидел сидящего в командирском кресле Борна. На обзорных экранах выдавалась различная информация. Сразу стало понятно, что мы куда-то летим.
Старик обернулся и спросил: — «Ну чего встал, проходи садись уже куда-нибудь. Скоро прыгнем».
«А куда прыгать то будем?», — спросил я, плюхаясь в кресло справа от него.
«Ты там только ничего не трогай, — строго сказал он, — это место для номера орудийного расчета. Сейчас идем на автоматике. Встали на вектор разгона, прыгаем на три системы вдоль границы сектора. Я там пару подарочков в нашем ангаре оставил. Подавятся они моим ангарчиком, ох подавятся. А вот нам лучше подальше убраться. Да и с нападением на тебя тоже надо разобраться. Жаль наглухо завалил, не поспрашиваешь. А я бы им вопросы позадавал», — кровожадно изрек Борн.
Я просто охренел от метаморфозы происшедшей с ним. Из добродушного, хоть и строгого деда он превратился в холодного и расчетливого бойца. Видимо это отразилось на моем лице, потому что он рассмеялся.
«Ха-хах-ха, что салага, челюсть подбери. Или ты думал я белый и пушистый. Не так все Бор, ой не так. Есть еще сила в руках. А главное в голове», — он постучал себя пальцем по виску.
«Давай рассказывай про нападение и подробно», — потребовал он.
Я пересказал все в деталях. Он задумался. Через некоторое время, видимо пришел к какому-то выводу.
— Скорее всего это был тебе привет от того паскудного ублюдка из клуба, по закону и чести не смог ничего сделать и просто заказал тебя. Повезло тебе, что этот аристократик подвернулся. Кстати хвалю, грамотно ты его стабилизировал и вовремя дотащил. Еще бы пару- тройку минут и отлетел бы паренек, а так вытащим. Правда пришлось его с собой забирать. Нельзя было дольше на станции оставаться. Эти двое врятли одни были, кто-то их должен был прикрывать и страховать. И провал акции скоро бы вскрылся.
«Командир, прошу разрешения совершить прыжок», — запросил голос искина.
«Прыжок разрешаю», — скомандовал Борн и навалилась секундное ощущение невесомости. К горлу подступил комок, но сразу же отпустило.
То же самое время.
