на террасе. Кая провела там почти целый день, получив в качестве бонуса восемь часов свободного времени. Помимо утренних косметических процедур, спортивной тренировки, массажа и часов приема пищи, в графике значился только один пункт:
«20.00 — игровая».
Кая даже не пыталась представить, что включает в себя понятие «игровая» — бессмысленно ломать голову над тем, чего не узнаешь, пока не увидишь своими глазами и не испытаешь на собственной шкуре. Она просто ждала, считая минуты и умоляя время двигаться быстрее. Ожидание неизвестности порой хуже смертельной агонии. Кто сталкивался, тот в курсе.
Апатия, парализующий страх, туман в голове. Кая практически не двигалась, лежа с закрытыми глазами на удобном шезлонге в тени невысокой широколистной пальмы. Белый совместный купальник целомудренно прикрывал все интимные места, мягкое тепло пронизывало каждую клетку тела, волосы трепал лёгкий ветер, монотонный шелест волн периодически усыплял агонизирующий разум. Короткая передышка перед прыжком в бездну. Спасительное забвение длилось всего несколько минут, но она была благодарна и этим крохам.
Бут появляется за двадцать минут до часа икс и уверено направляется в спальню пчёлки. Кая как раз выходит из душа, потерянная, нервная с горящими глазами, наспех высушенной головой, босиком и в халате.
— Готова? — пристальный взгляд в глаза, ровный голос. Безупречный неизменно черный костюм, идеально сидящий на поджарой фигуре. Лицо батлера, как всегда, скрыто хладнокровной маской вселенского спокойствия. В прозрачно-голубых глазах штиль, на губах блуждающая улыбка. Эх, ей бы его уверенность и выдержку.
— Уже? — застыв, как истукан, натянуто спрашивает она. Мышцы немеют, нервы натянуты, как корабельные канаты, в горло словно насыпали битого стекла. Каждый вдох — болезненная пытка. Каждая секунда — неумолимое приближение хаоса.
— Ты не следила за временем? Не верю, — в его голосе появляются мягкие игривые интонации, не те, что он обычно достает из комплекта хищника, а вполне себе живые и настоящие.
— Не следила, я пыталась его убить, — признается пчелка.
— И как? Удалось? — его улыбка становится чуть шире, от уголков глаз к вискам разбегаются лучики тонких, едва заметных морщинок. Теперь она знает, как выглядит искренняя улыбка старшего батлера. Обезоруживающе.
— Нет, не удалось, — отмерев, девушка проходит мимо мужчины к туалетному столику. Не глядя на свое отражение, хватает тюбик с кремом, быстро откручивает крышку. Бут мгновенно вырастает у нее за спиной, и обхватив обе ее ладони, заставляет положить крем на место.
— Нам пора, — низкий шепот, горячее дыхание на ее затылке. Страх по венам, мурашки по спине, режущая боль за грудной клеткой. Кая нервно вскидывает голову, сталкиваясь в отражении с пронзительным взглядом небесно-голубых глаз. Он слегка склоняет голову, прижимаясь щекой к ее виску.
— Не бойся, я все время буду рядом, — Бут ласково проводит ладонями по напряженным плечам, вверх, потом вниз, перемещает руки на талию, взгляд темнеет, теряя свою лазурную прозрачность.
— Ты видел меня вчера…в гардеробной, — внезапно осеняет пчелку. Жар опаляет щеки, сползает к груди и стремительно опускается ниже.
— Мне приятно, что ты фантазируешь обо мне, — чувственно шепчет Бут, невесомо скользнув губами по бьющейся голубой венке на ее виске. Откровенный пронзительный взгляд будоражит, запуская волну дрожи по пылающей коже. Вдохнув чисто мужской терпкий и одновременно свежий аромат, Кая едва не стонет вслух. Какой же он… мудак, настоящий змей искуситель. Так и обвивается невидимыми кольцами вокруг ее слабого тела, хладнокровно парализуя волю и разум. Нет сил ни оттолкнуть его, ни перебороть настойчивое желание податься назад и прижаться к крепкому телу. Словно заглянув в ее грешные мысли, Бут отступает на пол шага, не дав девушке возможности убедиться, что он не играет с ней. Может быть, это его фирменный способ отвлечь ее внимание от предстоящего испытания, а вовсе не пробудившая страсть?
— Ты — единственный привлекательный мужчина, имеющий доступ в мою соту, — обуздав свои неуместные порывы, сдержанно отзывается Кая. — О ком мне еще фантазировать, если не о тебе?
— Доктор и тренер по фитнесу недостаточно привлекательны для тебя? — с усмешкой спрашивает Бут, медленно развязывая кушак на ее халате. Девушка слишком увлечена рассматриванием их отражений, чтобы обратить внимание на его несанкционированные действия. Нехотя и с долей удивления Кая отмечает, что они весьма гармонично смотрятся рядом. Она — бледный утренний свет, он — насыщенная ночная мгла.
— Слишком примитивны, чтобы вызвать интерес, — качнув головой, девушка задумчиво улыбается. — А какие фантазии обитают в твоей голове, Бут?
— Тебе лучше не знать…, — распахнув полы халаты, мужчина сардонически улыбается.
Он не смотрит на обнажившееся тело, только в глаза, и это сводит ее с ума гораздо больше, чем самые изощренные ласки бывших любовников. А еще пугает до жути, до дрожи, до онемения в конечностях.
— За мою благосклонность придется побороться, Кая. Если сумеешь победить, я покажу тебе…, — горячие мужские губы дотрагиваются до нежной ушной раковины. Прикрыв глаза, девушка учащенно дышит. Не зная куда деть собственные руки, она прикрывает ими грудь, когда халат мягко соскальзывает на пол. Кожа горит, покрываясь испариной, мысли разлетаются, как стайка испуганных чаек, едва не накрытых высокой волной.
— Не слишком ли много ты на себя берешь? Мне предстоит сражаться за свою жизнь, а не за тебя, Бут, — тихо бормочет она.
— Цели можно объединить, — туманно произносит батлер и резко отстраняется. Услышав удаляющиеся шаги, Кая растерянно открывает глаза и оборачивается.
— Кажется, тебе оно понравилось? — Бут снова стоит перед ней, невозмутимый и бесстрастный, держа в руках вчерашнее белое платье со сползающим верхом. — Господин Мин тоже его оценил. Надень, — мягко просит он, протягивая неудобный наряд.
— Он наблюдает за мной, когда вздумается? — раздраженно уточняет Кая, спешно натягивая на себя платье.
— Нет, — коротко отвечает Бут. Протянув руку, он помогает пчелке застегнуть боковую молнию, осторожно потянув за язычок. — Сядь, — указав на стул перед туалетным столиком, легонько подталкивает ее вперед. Кая изумленно распахивает глаза, когда Бут с расческой в руках встает у нее за спиной. Он умело, быстро и безболезненно, прочесывает ее волосы, собирает на затылке в высокий хвост, и фиксирует широкой белой лентой, которую Кая по ошибке приняла вчера за пояс… для горла. Оставив длинные концы свободно свисать за спиной, Бут делает шаг назад, оценивающе рассматривая результат своих усилий. — Красная помада. Быстро. — распоряжается, остановив хмурый взгляд на ее губах.
Снова торопливо скрывается в гардеробной и возвращается с парой белых туфель на высоченных каблуках. Опускается на корточки и помогает ей обуться.
— Не жмет? Ходить сможешь?
— Я отвыкла от такой обуви, но это как катание на велосипеде. Один раз научился держать равновесие и уже не забудешь, — невесело ответила Кая. — Кстати,
