Поскольку рана всё ещё зажила не до конца, вместо тренировки в клубе фехтования, посетил клуб Чаепития. По приглашению старосты. Чинно рассевшись за большим деревянным столом, которого раньше я у них не видел, за чашкой чая с тортиком, девушки принялись расспрашивать меня о Шотландских каникулах. Время от времени бросая любопытные взгляды на Амелию. Видимо, и до них дошли свежие слухи. Однако, раз семья Адамс ничего не предпринимала, а поход с подругой в ночной клуб не является чем-то предосудительным, то в их глазах не было заметно осуждения или насмешки. Только любознательность, поддержка и скрытое веселье. Уверен, как только они останутся наедине, то насядут на Амелию с вопросами похлеще, чем на меня. Девушки, что с них взять? Любовные похождения и интрижки им интереснее, чем мордобой. Это и хорошо.
– Боюсь, возможно, скоро мне придётся покинуть клуб Чаепития, – сокрушённо сообщила леди Натали Мэнсфилд, после очередной смены темы разговора.
– Что-то случилось? Ты покидаешь Святую Анну? – с беспокойством спросила леди Дженкинс.
– Временно. На следующей неделе я на некоторое время возвращаюсь домой, в графство Уорикшир. Где-то на месяц. Однако, пока не знаю, смогу ли вернуться, а если и вернусь, то в состоянии ли буду оплачивать членские взносы в этом клубе. Да и сохранится ли у меня к тому времени подходящее настроение для чаепитий.
– И в чём причина? – удивилась леди Алисия Блэкбрук. – Не хочешь же ты сказать, что Мэнсфилды внезапно разорились? Я ничего об этом не слышала.
Девушки разволновались, переживая за подругу.
– Война родов, – грустно сообщила леди Натали. – Пограничные бароны из графств Уорикшира и Стаффордшира скоро сойдутся в смертельной схватке. Примирением там и не пахнет, а значит, будет война. В канцелярию Его Величества уже подана соответствующая просьба. Временные рамки, месяц. Зоной боевых действий объявлены родовые земли баронов Норт-Уорика и Тамуэрта. На следующей неделе там объявят эвакуацию всех иностранцев и жителей других районов. Будут закрывать воздушное пространство, транспортное сообщение, предприятия. Всех работников отправят в оплачиваемый отпуск.
По закону, если аристократические рода становились непримиримыми врагами, то решать свои проблемы они должны на своей земле, не причиняя вреда мирным гражданам и ущерба чужой собственности. Поэтому, война – это очень дорогостоящее мероприятие. Можешь разнести свой город хоть в пыль, но, чтобы потом всё отстроил как было. Возместил материальный ущерб горожанам и компаниям. Не поубивал в процессе кучу невинных людей, не имеющих к твоей войне никакого отношения. Только на этих условиях центральные власти готовы были закрыть глаза на местечковые разборки аристократов. Раньше пробовали запрещать подобные сведения счётов, но тогда они проходили тайно, с большим количеством жертв и разрушений, за которые никто не собирался платить. Становясь неуправляемыми. Выходя за всякие границы. Вина за совершённые преступления сваливалась на смертников и наёмных убийц, у которых не имелось имущества, которое можно было конфисковать. Кроме того, появлялось слишком много серых, мошеннических схем.
– При чём здесь Мэнсфилды? – не поняла леди Хокинс. – Пусть ваш барон и выясняет отношения с соседом, раз уж так хочет.
– Не всё так просто, – грустно улыбнулась леди Натали. – По данным нашей разведки, барона Тамуэрта открыто поддерживает его родственник, барон Личфилда, что имеет с ним общую границу. Кроме того, ему собирается тайно помогать граф Стаффордшира, а значит, мы не можем это игнорировать. Отец считает, что основной целью наших соседей является большая электростанция, построенная в баронстве Норт-Уорик. У нас на неё завязана большая часть промышленных предприятий. Если Стаффордшир заберёт её себе, то уже он будет получать дешёвую энергию, а мы дорогую и в ограниченных количествах.
Представляю, как Мэнсфилдов обрадовала эта новость.
– Формально это война двух баронов, которая будет вестись на территории их двух городов и двух деревень. Всё остальное переведено в статус нейтральной территории, где ведение боевых действий запрещено. Если победит барон Невилл* из Атерстона, но не сумеет избавиться от всех наследников барона Бартона из Тамуэрта, то он получит выделенные в залог земли и предприятия Бартонов. И наоборот. Как вы можете догадаться, электростанция в него тоже входит. Такую цену назначил Букингемский дворец, чтобы там постоянно не вспыхивали очередные заварушки за каждый отдельный клочок земли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
(* – Род Невилл имеет титул баронов. В баронстве Норт-Уорик два крупных города Колсхилл и Атерстон)
По большому счёту, правительству всё равно как зовут директора электростанции, лишь бы она работала. Ну, а если какой-нибудь идиот её повредит, пусть ремонтирует за свой счёт.
– А из-за чего всё началось? По какому поводу они собрались воевать? – поинтересовалась леди Дженкинс.
– Не поверите, – усмехнулась леди Натали. – Это война будет носить название – «Ромео и Джульетта». У Невиллов есть дочь, а у Бартонов сын. Они влюбились, но родители обеих семей были против. Как-то в ночном клубе, – посмотрела на Амелию, – старший брат Синтии – Невилл, пытаясь её оттуда забрать, сильно повздорил с Джереми Бартоном. Будучи операторами А-поля… – перевела взгляд на меня, продолжая находить сходства.
Другие девушки поступили также, приняв это за подсказку.
– Как полагается у парней, они пошли выяснять отношения на площадку для поединков, где Джереми убил своего противника. Бартоны смогли доказать, что это был несчастный случай, избавив сына от тюрьмы. Естественно, между ними и Невиллами разгорелся серьёзный конфликт. Боясь, что их разлучат, Синтия сбежала к Джереми в Тамуэрт, где они объявили о своей скорой свадьбе. На все претензии и запросы от Невиллов, Бартоны положили коня, – использовала замену бранного слова. – Между ними произошли стычки. Что-то «случайно» сгорело. Кого-то «случайно» зарезали или разорили. Всё, как полагается в таких случаях. Когда пролилось ещё больше крови, точка невозврата была пройдена. Невиллы, отрёкшись от дочери, теперь жаждут повесить молодожёнов прямо на их свадьбе. Бартоны, потеряв существенную часть бизнеса, принципиально хотят провести церемонию и плюнуть им этим в лицо.
Девушки из клуба Чаепития восхищённо заулыбались, оценивая ситуацию не с точки зрения трагедии, а комедии. Ведь она их напрямую не касалась. В нашем мире подобные вещи происходили не то чтобы часто, но и не так уж редко. Число аристократов с каждым годом увеличивалось, в том числе и по естественным причинам, их семьи росли, а земель больше не становилось. Это была ещё одна из причин, почему власти закрывали глаза на подобные междоусобицы. Кого нужно они защитят, а кого не жалко, того не жалко. Кроме того, при срочной мобилизации страна могла получить достаточное количество уже подготовленных, обстрелянных, высоко мотивированных бойцов. Обеспечивала наличие кадрового резерва.
– Судя по тому, что ты не уверена в своём триумфальном возвращении, дела у Невиллов складываются не лучшим образом. Это так? – полюбопытствовала Амелия.
– Да. Они не бедные ребята. Посильнее Бартонов в соотношении боевых возможностей, но проблема в союзниках Тамуэрта. Мы не можем открыто выступить на стороне Невиллов из-за опасения напрямую столкнуться с графом Стаффордшира. Обидно признавать, но мы ему уступаем в силе. Однако Торнтоны, чтобы не платить слишком высокую цену за полномасштабную войну графств, которая разорит и нас и их, также не желают открыто вмешиваться в конфликт Невиллов и Бартонов. Лишь окажут Тамуэрту ограниченную военную и финансовую помощь. Как и мы Норт-Уорику. Поэтому сейчас Мэнсфилды, не афишируя этого, собирают деньги, ищут наёмников, закупают технику. Если Невиллы победят, то мы со временем возместим все расходы.
– А если выиграют Бартоны? – уточнила Амелия.
– Тогда нам придётся потуже затягивать пояса и запасаться свечами, – вновь загрустила леди Натали, переживая о том, что может случиться. – Во избежание провокаций, наша семья собирается в родовом замке. Торнтоны, графы Стаффордшира, тоже решили всей семьёй посетить родительский дом. А то вдруг какому-нибудь барону, оказавшемуся на краю пропасти, не захочется прыгать туда в одиночестве.
