теряй, я уеду на несколько дней, но ко дню свадьбы вернусь, — предупредил Исаев, когда подвёз к дому.
По моему телу прошла дрожь, я вся мурашками покрылась от осознания что могла прошляпить шанс на побег, если бы не забрала свои документы сегодня.
— Ладно, — я не стала улыбаться или что-то ещё, поняла, что сейчас все мои нервы будут списывать на предстоящую свадьбу.
— Иди ко мне, — Исаев протянул ко мне руки, и я постаралась так к нему податься, чтобы он не дай бог не обнял меня за талию иначе узнает, что я стащила папку.
Как назло, целовал меня он долго, но я так была взбудоражена предстоящим побегом, что не смогла расслабиться ни на секунду как это происходило прежде. Было приятно да, я отвечала на поцелуй, но не забывалась.
— Там брат пялится, — прервала поцелуй, заприметив мелькающую из-за забора башку Кости.
— Ладно, мне тоже ехать пора, спать надо лечь пораньше, а то вставать рано, — Исаев нехотя всё же отпустил меня, и я быстро пролетела через двор прямиком в дом и сразу к себе наверх.
Только в комнате до меня дошло, что поцелуй наш был прощальный, вновь накатились слёзы на глаза. Стало Исаева жалко, вроде, он то мне ничего плохого не сделал, но только не хочу я замуж за него!
Не хочу!
Спрятала папку с документами под матрас и спустилась на кухню.
— Мужики в баню пошли, — предупредила мама, как обычно, а это значило, что можно спокойно поговорить.
— Мама, я документы нашла. Деньги есть, документы есть, мы можем уехать уже завтра, — несмотря на то, что в доме кроме нас с мамой никого не было, говорила я шёпотом и это было уже на автомате.
— Завтра братья твои с отцом в город поедут за деталями для трактора, а тебе на автобусе можно до станции доехать, и там уже на электричку сядешь, — присев рядом, тоже тихо говорила мама.
— Сяду? А ты? — всё складывалось так хорошо, но бочки мёда без ложки дёгтя похоже мне никогда не видать.
— Ты обо мне не думай, я справлюсь. На крайний случай дрын есть, — со смехом сказала мама, а мне было не смешно.
По щекам снова слёзы потекли, так горько стало. Ведь если сбегу сейчас, то неизвестно, когда смогу встретиться с мамочкой снова.
— А вот плакать не стоит, ни к чему. Все живы, все здоровы, всё будет хорошо, — мама обняла меня крепко, успокаивая гладила по волосам, и стало немного легче, совсем чуть-чуть.
Потом мы пили чай с пирожками, вспоминали моё детство, смеялись хоть и горечь предстоящей разлуки никуда не ушла.
— Чего веселитесь? — спросил отец, заглянув на кухню так неожиданно, что я, перепугавшись вздрогнула.
Уставилась на папу с виноватым видом, и он это явно заметил.
— Вспоминаем, как Ника в детстве всех закладывала, — мама не подала вида, ответила отцу так, словно мы ничего такого не затевали.
— М-м, подпольная кличка Стук-стук, — вспомнил папа, недовольно хмыкнув, — Чаю мне налей! — потребовал у мамы и меня передёрнуло от мысли, что Исаев хоть и говорил те же самые слова, когда просил чай или тот же завтрак, а всё равно его тон был иной.
Не приказной, не злобный как у отца.
Мама поднялась со стула, чтобы выполнить этот приказ, а я поторопилась выйти из кухни. Снова слёзы готовы были хлынуть из глаз, а отцу такую мою реакцию видеть ни к чему.
— Устала, в баню схожу и спать пойду, — поцеловала маму и папу, нехотя, но тоже чмокнула в щёку, чтобы не вызвать подозрений.
Не понимала, почему мама не хочет ехать со мной, неужели ей жалко хозяйство, а себя нет?! Всю ночь я потом проплакала из-за этого. А слыша, как утром шумели братья и отец, собираясь в город, как уехали и сама не торопилась вставать и собираться. Лежала на кровати как приклеенная, пока мама не заглянула в комнату.
— Ника, они уехали уже давно, а ты, что же?! — всполошенная мама сдёрнула с меня одеяло, — Быстро собирайся! В семь пятьдесят восемь электричка, а ты даже не одета, — подняла меня за плечи с мокрой от слёз подушки.
— Мамочка, я без тебя никуда не поеду, отец тебе жизни не даст! — снова разревелась, вцепившись в мамины руки.
— Замуж за Исаева пойдёшь?! — строго спросила мама, отрезвляя меня этим вопросом.
— Нет, — ответила растерянно, не зная уже, что же хуже.
Выйти замуж за Исаева или оставить маму со злющим отцом.
— Собирайся давай, быстро! — велела мама и я послушно кивнула, — Пойду тебе с собой в дорогу продуктов соберу.
Рыдала не сдерживаясь, одеваясь и складывая в тряпичную сумку свои редкие вещи, которые успела принести из дома Исаева. Достала из-под матраса документы и в последнюю очередь полезла в свой тайник за деньгами. Сунув руку в левый конёк, я не сразу сообразила, что он левый, сначала подумала, что перепутала, потому что внутри было пусто. Ничего не соображая уже от слёз, сунулась в другой конёк уже правый, но и там было пусто, даже носков в коньках не было.
Внутри всё оборвалось от страха, я перестала рыдать.
— Мама! — закричала я, и побежала вниз с коньками наперевес, — Мама!
— Что случилось? — перепуганная мама забежала в дом со двора, она то не знала, где я прячу деньги и не понимала.
— Их нет! Денег нет! — меня била крупная дрожь, ведь я уже понимала, что это значит, — Даже носки вытащили, это точно Костька сделал! Гад вонючий! Мамочка! — бросилась к маме на шею, рыдая как ненормальная и задыхаясь от этих рыданий.
Баба Рита всё верно нагадала мне, свадьбе быть, потому что просто-напросто даже сбежать не на что, все деньги что я скопила, хранились в одном только месте. Даже на проезд не осталось.
Маме пришлось напоить меня вишнёвой настойкой, чтобы я хоть немного успокоилась. Я безвольно сидела в зале на диване и не сводила взгляда со свадебного
