не чувствовала, только одна из шпилек больно оттягивала волосы на затылке. Самым сложным было выйти за калитку, я запнулась на полпути и встала на месте словно вкопали.
Исаев стоял у своей чёрной машины, сам весь в чёрном, только рубашка белая. Он был серьёзен, и смотрел на меня сурово. Из-за документов, вероятно, а может у этого Медведя, и чуйка имелась. И возможно, знал он, что я задумала ему отказать.
— Ну здравствуй, милая, — протянул ко мне руки, и я пошла.
— Здравствуй, — выдавила из себя едва слышным голосом.
— Давай садись в машину скорей, а то солнце уйдёт, — Исаев подвёл меня к задней двери, из-за пышного платья вперёд я бы не забралась, да и на переднем сидел незнакомый мужчина.
— А зачем нам солнце? — даже в такой волнительный момент меня не покидало любопытство.
— Для хороших фотографий, — ответил мужчина с переднего и направив на меня здоровенную бандурину, ослепил вспышкой, — Вы фотогеничны, — похвалил меня, а Исаев уже сел за руль, и мы поехали.
— Сейчас фотосессия, а потом жениться поедем. Так, а зачем ты документы забирала? — спросив, Исаев посмотрел на меня в зеркало заднего вида.
— Затем, что это мои документы, — ответила максимально логично, и не отводя взгляда.
Сил и желания что-то выдумывать не было и Исаева такой ответ устроил, он не стал меня больше пытать.
Мы приехали на поле под косьбу и моё платье сразу запуталось в траве, но я всё равно смотрела с восторгом и шла вперёд. Нас ждали лошади. Невероятно красивой масти, чистые и породистые жеребец с кобылой. Мне белорождённого жеребца, Исаеву вороную кобылу.
Не знаю, что это было, магия или что, но всё, что наполняло меня до этого момента исчезло. Страх, злость и желание отомстить всем, кто меня заставил надеть это чёртово платье, сменились чувством полнейшего спокойствия и счастья.
— Какие чудесные, — прикоснулась сразу к двоим и оба такие спокойные, благородные, а в этих глазищах можно было утонуть, испытывая все самые лучшие эмоции разом.
Я знала, что Исаев занимается разведением не простых, а породистых лошадей, была на его конюшне, но даже не представляла, что в его хозяйстве водятся такие красавцы.
— Знал, что тебе понравятся, — встав позади, Исаев обнял меня за плечи.
— Где они были? Я их не видела. Как их зовут? — засыпала Анатолия вопросами, меня просто распирало от любопытства, я ловила каждую секунду стоя рядом с этими благородными красавцами.
Исаев рассмеялся от моего нетерпежа узнать всё и сразу.
— Их только вчера привезли, я за ними и ездил. Это Ак Су, значит Белая Вода, а это Кара Тун, означает Чёрная Ночь. Мой свадебный подарок для тебя, можешь дать им новые имена, если захочешь.
— Они мои?! — посмотрела на Исаева, не веря в это.
Целые жеребец с кобылой и непростые, а... золотые. С ума можно было сойти, наверное, каждая стоила дороже, чем весь табун, что уже был у Исаева, а он их дарит мне.
— Твои, — с улыбкой подтвердил Исаев, приобняв меня и почти поцеловал, но его остановил фотограф.
— Мы можем начинать? Солнце сейчас поднимется, и фотографии будут совершенно другого характера, — заявил он, и два конюха державшие Воду и Ночь за узду, развели их как по команде в разные стороны.
Это была моя первая фотосессия. Профессиональный фотограф по имени Сергей нервничал с меня неумёхи и часто вздыхал постоянно командуя. Говорил, как встать, куда смотреть, то руку ему не так положила, то голову повернула на миллиметр больше, чем ему бы хотелось.
Достал!
Нервничала я, нервничал и Ак Су, он фыркал, перетаптывался на месте, и не хотел стоять смирно, опуская голову как надо было Сергею. У Исаева же всё получилось в первый десяток минут, он чувствовал лошадь, знал к этому животному подход, а я что? Только с коровами водилась, на лошади каталась за всю жизнь лишь дважды. После того как отщёлкали Исаева, он только наблюдал за моими мучениями, посмеиваясь в стороне. Но вскоре налетела мошка, жеребец стал качать головой, чтобы её разогнать и стоять рядом с ним было невозможно. Тогда и фотосессии пришёл конец, но всё же Сергей был доволен. Сказал, что хорошие снимки будут.
Возвращалась я в машину с неохотой, не хотела расставаться со своими лошадями. С грустью думала о том, что Исаев меня к ним и не подпустит, когда откажу ему прямо в загсе при свидетелях.
До города доехали очень быстро, всё с тем же фотографом. Он ещё в загсе сделал несколько наших фотографий. И когда я стояла у окна для одной из них, видела, как возле главного входа собираются гости. Видела родителей, братьев с нарядной Сашей, а ещё в толпе узнала и Клима. Он был с какой-то женщиной, явно не с проституткой. Хотя какая мне разница? Я всё равно собиралась свадьбу расстроить.
— Верника, пойдём, нас зовут, — позвал Исаев, заглянув в комнату невесты.
Сергей убежал фотографировать гостей, а я на ватных ногах пошла за Исаевым, думая, что уже сейчас надо будет говорить нет. Ком заранее подкатил к горлу и в целом было очень тяжело, совесть уже как-то не успокаивалась от мыслей, что они все не дали мне выбора.
— Уже? — спросила, вся дрожа от страха, как оказалось, это всё не так-то и просто.
— Нет пока, проверка данных.
Я, успокоившись выдохнула, и немного расслабилась, пройдя с Исаевым в тот же кабинет, где у нас брали заявления.
— Все данные проверяем, если всё верно, ставим подписи, где галочка, — объяснила нарядная женщина и подала мне ручку.
Я, кивнув, всё проверила очень тщательно и поставила свою подпись, даже не понимая для чего это нужно.
— Папочка для свидетельства о бракосочетании у вас есть? — спросила женщина, прибирая документы, и выложила на стол громадный журнал, где мы с Исаевым тоже расписались, зажужжал ксерокс в углу на столе.
— Нет, а надо? — уточнил Анатолий, — А у вас есть? Приобрести можно?
— Конечно, есть! — радостно всплеснув руками, женщина достала из стола целую стопку с
