75. «Да, отступают признаки ненастья…»
Да, отступают признаки ненастья,из-под ладони август огляди.Спит, улыбаясь, месячная Настя.Ее двадцатилетье впереди.Кричу «здорово!» едущим, идущим,гляжу в лицо селеньям, городам.Мы в поле, в разговоре о грядущем,путь урожая вспомним по годам.Наш урожай не чудится, не снится,мы это всё посеяли давно.В разгаре лета клонится пшеницаи солнцем пахнет спелое зерно.Иду, иду по августу.За Волгойопять комбайны встречу поутру,вдохну жару после разлуки долгой,между ладоней колос разотру.Такая в этом августе отрада,такой в степи волнующий настой,что мне сейчас опять в дорогу надо,чтоб сжиться,слиться с этой высотой.
196176. НА СТАДИОНЕ
А ты не бойся — вот они, ворота,ты бей, не опасайся тесноты.Ты это сделать должен, а не кто-то,вот именно,не кто-нибудь, а ты!Спорт — это жизнь.И в жизни и в футболене спихивай ответственность в бою,готовым будь и к радости и к болии помни честь бойцовскую свою.
Я знаю, промах свистом отдается,потом пойдут молчания круги.Я это знаю.Так оно ведется.А ты к мячу стремительней беги.Штурмуй опять, ворота беспокоя,бей с лета, с хода, с поворота вдруг.Тебе еще откроется такое —почувствуешь, увидишь всё вокруг.
Но и тогда,особенно тогда-то,когда поймут, восторженно вопя,не стань красой зеленого квадрата,на пенсии у самого себя.
Опять иди, участвуй в общем счете,сумей себя от страха расковать.У свистунов пусть лопаются щеки,а ты не бойся снова рисковать.
Я за тобой слежу.В разгаре летагул стадиона тает в вышине.Не принимай как назиданье это.Ты мне сейчас напомнилобо мне.
196177. АЛЕКСАНДРУ ПОНОМАРЕВУ
«А ты помнишь?»— «А помнишь?»— «Помнишь»?Вот какой разговор ведем.Память сразу идет на помощь,обжигает прямым огнем.А бывало, не вспоминали,позади — ничего пока,что-то будет — еще не знали,начинали издалека.Волга виделась прямо рядом,из завода шли трактора;дальше степь — не окинешь взглядом.Ветер пыльный. Полынь. Жара.«Ну-ка, братцы, мы — сталинградцы!»Стадион гудел за бугром.Нас тогда и зажег, признаться,тех рабочих ладоней гром.Тех горячих ладоней силаи вела нас потом в бои,и тебя по полям носила,и вливалась в слова мои.
«А ты помнишь?»— «А помнишь?»— «Помнишь?»Ты киваешь мне головой.Будапештом ходили в полночь.По Песчаной идем Москвой.Самолюбием я рискую:узнают, обернувшись вдруг,и походку твою морскую,и летучую легкость рук.На скамейке среди запасатренер плечи нагнул вперед.Я невольно вперед подался,любопытство меня берет.Как ты, тренер, глядишь на поле,на своих молодых ребят!Я сочувствую сложной доле,понимаю мятежный взгляд.Знаю трудное это чувство,так знакомо оно и мне.Это радостно,это грустно.Понимаю тебя вполне.Но они — твое возвращенье,все твои молодые дни,воплощение и свершенье,продолженье твое — они.Позавидуем им немного,что же, Саша, другим пора.Дальше,дальше идет дорога,надо день начинать с утра.«А ты помнишь?»— «А помнишь?»— «Помнишь?..»Нет, не надо. Даю отбой.Время памятью не догонишь,очень молодо нам с тобой.Нам еще вспоминать-то рано,просто так — погрустим слегка.И от звания ветеранамы отказываемся пока.Нас дорога не укачалаи ничто не погонит вспять.Вспоминаем свое начало,продолжаем свое опять.
1960
78. ПРОЗРЕНИЕ
Я ничего не мог припомнить,не мог ни шагу изменить.Я вижу — мяч ко мне приходит,в нем что-то тоненько звенит.Бежал и вел его в ворота,а где ворота — не пойму.Ищу друзей — не видно что-то,всё поле в солнечном дыму.Вот покажи свое искусство,когда уже грозит скандал.То на краю щемяще пусто,то полусредний пропадал.Рывками сам иду к просвету,вокруг защитники скользят.Но вот мяча уже и нету,опять назад,опять назад.
Разбор игры казался адом,и холодело всё внутри.«Мы выходили, были рядом…»Смеялись зло: «Не мастери!»Я понимал — друзей обидел.Не знали, в чем моя беда.Я просто ничего не виделв азарте боя иногда.Мяч упустив за боковую,однажды на бегу взглянулна стену шумную, живую,на разноцветный дружный гул,—заметились мгновенно, сразу,запечатлелись в тот же мигее глаза. И как-то сразукруг стадиона вдруг возник.Всё поле вижу — ближе, дальше,выходит край на том краю.Ждет полусредний передачи,я понял,я передаю.Мяч у меня опять в неволе,даю — и вновь готов к мячу.«Я вижу поле!Вижу поле!» —счастливый, про себя кричу.
Года и годы пролетели,идет крутой плескучий вал.Не раз потом на самом делея в жизни слеп и прозревал.Еще возможно повторенье,но только знаю навсегда:оно придет,мое прозренье,как памятное в те года.Не огорчайтесь, что обижу.Не радуйтесь, что не могу.Я просто временно не вижув азарте боя, на бегу.Не отчисляй меня, команда,не торопитесь сдать в запас,не надо, слышите, не надо,я поведу еще не раз.Мне то стремление слепоедороже ясностей иных.Прозрею я на поле боя,не на скамейке запасных.Чтобы земля опять гудела,чтоб видеть землю и траву,чтоб видеть поле без предела,пока дышу,пока живу.
195879. ВТОРОЕ ДЫХАНИЕ
Всё так, потеряна прыгучесть,и ослабел уже рывок.Что ж, человеческая участь.Спорт — молодость.Приходит срок.«Незаменимых не бывает»,—сказал давно железный век.«Он плохо место выбирает».— «Он что-то слабо выбивает…»И вот уходит,выбывает.И убывает человек.Но тот, что славил то и делои всем хвалился, что знаком,назвал принципиально, смелобесперспективным игроком.Мальчишкитем, которым лестнобывало чемодан нести,почтительно уступят место,но видно —им не по пути.Они смущаются чего-то,не понимают, почемуим в это верить неохота,как неохота никому.Судьей завистливым и строгимглядит: другие полем мчат.Порой невольно дрогнут ногитак, что соседи заворчат.«Не так!» — прошепчет он.«А ты-то!»— «Легко с трибуны…»— «Ты бы сам!»Со всех сторон шипят сердито.Он поддается голосам.И начинается неверье,подкрадывается пустота,вот-вот не те откроет двери,туда, где есть еще места.А это было лишь начало!Спорт — подготовка для годов.И если юность отзвучала,то, значит, к мужеству готов.Вы с поля с честью провожайте,берите юного к мячу,но зрелость силы уважайте,давайте дело по плечу.Не прозевайте в нем героя,не отводите зорких глаз.Придет дыхание второе,оно-то главное подчас!Конечно, он в плечах пошире,ему нагрузку дай под стать.Вреднее нет — пустые гирис такою силой поднимать.Он сложен, человек, и труден,да, он на винтик не похож.А кто придумал это, люди?Бесперспективность — просто ложь.Он никогда не примирится,будь знаменит, не знаменит.Нет, человек не повторится,его никем не заменить.
195880. СООБЩЕНИЕ ДРУЗЬЯМ
