82. ОСЕНЬ СИБИРИ
Земля летела.Торопился с нею.Чуть-чуть не пролетел тебя с утра,прости, Байкал,я за себя краснею,прости меня, товарищ Ангара.Спасибо —дали время извиниться.Земля мне больше нравится пока.Пусть без меня пока через границылетятза облаками облака.А тут всю землю осень осенила,к Иркутску подступила вся тайга,ее неувядающая силанапомнила цветущие луга.А тут еще комбайны не умолкли,и жатва возвращается ко мне,как будто я теперь от самой Волгииду за урожаем по стране.Опять бетон ложится на основы,затворы тихо скрылись под водой,и снова море полнится, и снованаполнен провод силой молодой.И то же поле вижу в дали дымной,такой же, как над Волгой, небосклон.Так я пришелземлей своей родимойот Волгоградской к Братскойна поклон.В разливе дней, в смещенье пересветагудит вокруг сибирская страда.И кажется: вернулось снова летои не покинет больше никогда.
196283. «Зима в городах неказиста…»
Зима в городах неказиста,ей холодно, тесно, темно.Легла бы — просторно и чисто.Да нет — в городах не дано.Заметно неспящим поэтам —у дворников снег не в чести.Услышишь, как перед рассветомони начинают скрести.Снежинки искрят на лопатах,нежны и сложны — не разбей!Но с крыш, нестерпимо покатых,сгоняют их, как голубей.Урчит, подвигаясь рывками,машина, грозна и строга;стальными своими рукамиона загребает снега.Готово шоссе для разбега,проснулись большие дома.Зима остается без снега,—а это уже не зима.А вы поезжайте к Заволжью,к подножью Уральской гряды.Ликующей радостной дрожьюохватит васстепь Кулунды.Взлетите-ка вы над Казанью,и вас позовет Бугульма.Я видел своими глазами,как дружит с народом зима.Земля дорогая искрится,простор беспределен земной.К Альметьевску — к новой столице —летите сюда за зимой.Снега и снега без предела,пурга подымает дымы.Найдешь себе место и дело, —ты только не бойся зимы.Мороз пробирает до пота,железные ходят грома.Вот это — скажу вам — работа,вот это — скажу вам — зима!Бетонные крыши оставив,покинув вдали города,на крышах товарных составовснег едет и едет сюда.Края позабуду иные,но этот — забыть не смогу.Здесь соки земли нефтяныечернеютна белом снегу.
195984. ПРО ЭТО
Вот это и есть то,что называют любовью?Так это зовется?Так пишется?Это и есть?..Вы руки тяжелые закинете к изголовью,ночь не ответит.Дождь забарабанит об жесть.Будут зимы, и вьюги, и росы на травах,и звезды, и радости будут.Разрывы придут.И только не будетни виноватых,ни правых,ни знающих,ни умудренных,ни лечащих тут.Никогда никого не расспрашивайте об этом —ни друга, ни ветер, ни самую умную ночь.Ликуйте или страдайте однии не верьте поэтам,поэты и сами себе-то не могут помочь.Берите всю радость себе, не отдавайте и муку,это только вдвоем открывают,уж если любовь.Воспоминания о любвине годятся в науку,всё не так.Всё по-новому, снова,не снова, а вновь.Нельзя объяснить —что это, со мной или с вами.Один среди поля, под ливнем, и ходит гроза.Об этом никак невозможно чужими словами,слова не приходят —молчите глазами в глаза.Молчите,чтобы ресницы задели ресницы,чтоб сердце услышало сердце другое в громах.Любите друг друга.Не думайте — явь это всё или снится,любите друг друга, не бойтесь,не ройтесь в томах.Ни адреса нет, ни параграфа нету, ни ГОСТа,будет она неотступна, мучительна, как и со мной.Не пишется это,не слышится.Дышится просто.
Так и поэзия —дышится жизнью самой.
196085. ДАВНЯЯ НОЧЬ
Вся загорелась и затрепетала,и сердце тихо охнуло в груди,когда ватага грянула и встала,оставив гармониста впереди.Волне девчат ни спрятаться, ни скрыться.Держась рукою левой за баса,не торопясь он вглядывался в лица.Мерцали в темноте его глаза.Он пыхал, распаляя самокрутку,в глазах девчонок плыли огоньки.«Наташка, отойди-ка на минутку…» —сказал, поймав дрожащие зрачки.Не помнит, как с собой не совладалаи сразу отшатнулась от подруг,как от летящей стаи вдруг отпалаи выпростала руки из-под рук.И по ночному гулкому бездоньюшла как во сне, покорная огню.Он опоясал жесткою гармонью,прижал мехами к колкому плетню.От слабости, от сладости робела,глаза закрыла, бледная, без сил.Услышала: «Наташка, вот в чем дело,зачем вчера к вам тятька приходил?Не сватал?..» — «Сватал», — тихо отвечала.«А ты?..»Глотнула горькую струю.Недоброе предчувствие качало.«Смотри не соглашайся — враз убью!..»Хотела в ночь кромешную вглядеться.«Не доводи, Наташка, до греха».Батистовую кофточку у сердцаокованные стиснули меха.И отошел.Ни слова, ни приметы.Опомнясь от нахлынувшей беды,услышала — окрикнул: «Катька, где ты?..» —и перебрал послушные лады.
Вернули.Подвели.И обручили.В любви прошли их давние года.А мне для жизни только и вручилисмятение той ночи навсегда.
196086. В ПОЛЕТЕ
Лечу,шепчу свое законно,мотив старинный напевая.Как сохранить оседлость тона? —ответь,дорога кочевая.
Летишь на винтовом, бывало,воздушными охвачен ямами,проваливало,и взмывало,и не давало бредить ямбами.А тут — не чаял и не верил,прислушиваюсь к песне дивной,звенит в классической манереТу-104 реактивный…
Луконин, мы с тобой стареем:то пишем ямбом,то хореем…
Смеюсь себе, а всё же боязно:вот, скажут, к нам теперь приколот,выискивал, пока был молод.Все к одному придутиз поиска!
Нет, надо, чтоб свободно пелось,не для манеры или моды.Свободный стих имеет смелостьне быть рабом своей свободы.Условности нас заковали,хоть у Луны у самой побыли.Так долго мы не рисковали,и не пытались,и не пробовали.Поэзия, удвой усилия,сама себя скорее вычистиот робости и от бескрылия,а то наступиткульт приличности.Кто говорит, что ямбы выбыли?Кто говорит, что ямб полезнее?Свободный стих свободен в выборе,когда стучитсяжизнь-поэзия.
196087. ХЛЕБ
