Лили Кнотт…
Я пробежала глазами по письму. Везде были примерно схожие сведения. Такая-то принцесса, прибыла на отбор невест, не прошла его, а потом исчезла на пути к своему королевству. Я вздохнула и протянула сэру Рошкару бумажку, чтобы он взглянул. Тот же ответил:
— Я уже прочел, когда проверял письмо. И частично успел проверить информацию. Первые два случая подтверждены.
В том, что он сделал, не было ничего странного. Я лично разрешила ему читать все мои письма.
— Понять бы, что это было такое и чем мне грозит, — вздохнула я, потерев виски.
— Предположу, что ничем не грозит. Пока меня разлучили с вами, я подробно изучил историю Далерии. И заметил один интересный факт. Подобное — таинственное исчезновение невест — случалось постоянно. С предыдущими королями, с их предками… Они устраивали отбор невест, часть из них возвращалась на родину, а вот вторая часть безвозвратно пропадала. Но королевы этой страны всегда жили в полном благополучии и достатке. За всю историю королевства я не нашел ни одного случая, чтобы королева Далерии умерла в юном или даже среднем возрасте. Они все умирали по естественным причинам в глубокой старости. Поэтому вам нечего бояться. Если бы я нашел хоть что-то подозрительное, то мы бы уже сбежали из этого замка, — сэр Рошкар немного прокашлялся: видимо, ему было сложно говорить так много с непривычки — обычно он всегда молчал или же отдавал краткие команды.
— У Анжелы была возможность изучить ту же информацию? — спросила я, начиная немного понимать, что к чему.
— Не уверен. Эта информация есть только внутри замка, доступ к ней ограничен. Тем не менее, я смог прочесть нужные книги, несмотря на то, что прибыл недавно. Либо мне доверяли, зная, кем я являюсь для вас, либо не посчитали эту информацию достаточно важной, — ответил Рошкар. — Если вы ищите мотивы, которыми руководствуется Анжела…
— Да, я осознаю, что она хочет вбить клин между мной и моими мужьями. Но зачем ей это?
— Чтобы забрать вас домой, — ответил сэр Рошкар. Он казался бесстрастным, как и полагалась телохранителю, но я четко видела в его глазах сочувствие. После смерти родителей этот человек единственный, кто относился ко мне по-родственному.
— Разве уже не поздно? Я уже королева, не думаю, что меня отпустят.
— Как посмотреть. Если вы во время произнесения клятвы вдруг скажете что-то не то, откажетесь от титула королевы или попросите возвращения на родину, то у королей Далерии будет не слишком большой выбор. Либо воевать с другими государствами, что проблемно даже для такого могущественного королевства, либо отпустить вас.
— Они не отпустят. — Я четко это понимала. Интересно, Анжела тоже? — А значит сестра пытается спровоцировать конфликт между нашими государствами?
— Навряд ли. Остеону даже со всеми союзными королевствами придется очень трудно против Далерии. Как ни посмотри — это путь в никуда. Поэтому я все же склоняюсь к мысли, что она не теряет надежды вас вернуть.
— Остановимся на этом, — Я откинула на спинку кресла. Удобно, но расслабляет вместо того, чтобы заставлять думать. — Сейчас меня больше интересуют мотивы королей Далерии, чем моя сестра. Она рано или поздно уберется из Далерии, а вот что делать с информацией о моих мужьях — ума не приложу. Даже если они и скрывают что-то, то это что-то касается меня, а о таком я хочу знать.
Сэр Рошкар задумчиво потер подбородок, а потом, словно приняв решение, кивнул и начал говорить:
— Анжела подсказала мне очень интересную вещь. В замке сейчас присутствуют много высокопоставленных особо. И короли, и принцы. Поэтому ваша сестра предложила разузнать об одной из пропавших принцесс у ее отца.
— Но ты же понимаешь, что она может быть с этим человеком в сговоре сговоре? Такой вариант не подходит.
— Конечно, я ни за что не стал бы доверять словам вашей сестры. Однако она подала мне отличную идею. И я перепроверил списки пропавших и их родственников. По счастью, сейчас в замке находится еще один человек, чья дочь исчезла при таких же обстоятельствах. И, могу заверить, что он будет достаточно честен. Его знали ваши родители, а его королевство политически нейтральное.
— И поэтому он честно ответит на мои вопросы? — Я задумалась. Это было идеально, но вопрос в том, как это осуществить, не подставив ни себя, ни этого короля, ни сэра Рошкара.
— Верно. Я смогу устроить эту встречу, потому как он знает меня, — ответил сэр Рошкар. А потом глянул за окно. — Вам не пора? Уже достаточно поздно, у ваших мужей могут возникнуть ненужные вопросы.
Я встала с кресла. Библиотека уже не казалась такой уютной, как раньше: слишком тяжелые мысли окрасили все в темные тона.
— Ты прав. Тогда я уйду первой. Волк проводит, в охране нет нужды.
Сэр Рошкар поклонился мне, а я мягко улыбнулась ему. Жаль, что пора возвращаться. Сейчас мне было куда проще обсуждать неприятные дела, чем общаться с мужьями, с которыми почти поссорилась.
Я вошла в спальню тихонько, рассчитывая на то, что Иштон и Эрон будут спать, но нет. Они сидели в креслах и словно ждали меня. Неужели они как-то выследили сэра Рошкара? Или услышала разговор в библиотеке? Почему они не легли спать?
Глава 30
— Ты не голодна? — первым тишину нарушил Эрон. — Тут остался твой ужин, если хочешь. Он теплый, мы специально амулет активировали.
Что-то мне подсказывало, будь они в курсе разговора с сэром Рошкаром, то явно не предлагали бы мне перекусить. Или это такой способ снизить мою бдительность перед разговором? А то, что разговор будет, я не сомневалась — по лицу видела, что Иштону не терпится кое-что сказать.
— Спасибо, я не голодна, — я отказалась, рассчитывая, что так мы поговорим быстрее. Есть в такой обстановке все равно невозможно: любая еда в горле будет застревать. Но мой отказ, похоже, восприняли совсем неверно. А я, наконец, начала понимать, к чему все идет.
— Ты… хочешь сразу спать? — спросил Иштон с какими-то непривычно растерянными нотками в голосе.
— Нет, я просто не хочу есть, — ответила я, усаживаясь в свободное кресло с широкими подлокотниками. Удобно. В этом замке действительно многие вещи очень удобные, особенно в сравнении с Остеоном. — Но от чашечки чая за беседой я бы не отказалась, — улыбнулась я, а Эрон даже выдохнул с облегчением. Я еще раз внимательно присмотрелась к мужьям и, кажется, поняла, что происходит.
У Иштона был на удивление виноватый вид, как, собственно и у Эрона. И, кажется, это было связано со мной и с моим отказом.
— Алисия, послушай, тут такое дело… — начал было Эрон, а потом замялся, нахмурился, не зная, как продолжить.
— Вы мне кое-что хотите сказать, что связано с нашим последним разговором? — спросила я, не желая заставлять мужей оправдываться.
— Эрон, вот почему я тебе говорил, что умные женщины — лучшие, — неожиданно рассмеялся Иштон. — Они быстро все понимают и не заставляют ломать голову, изыскивая способ подобраться к той или иной теме. Да, Алисия, мы хотим поговорить о том, что произошло. Мы уже говорили о том, что ты очень крепко с нами связана. До такой степени, что…
— …что твои эмоции могут отражаться на нашей силе, — продолжил за Иштона Эрон. — Злость, обида и прочие твои негативные эмоции в отношении нас вызывают дестабилизацию силы. Так было у всех королей. Именно из этой особенности и потянулась традиция не изменять женам ни при каких обстоятельствах. Поэтому мы с Иштоном неплохо так прочувствовали твое недовольство.
Я побледнела. О таком я и не думала, да и они меня не предупреждали.
— Так что мы достаточно сильно зависимы от твоего настроения, Алисия, — подытожил Иштон. — Если чего-то захочешь от нас, то попробуй как следует позлиться. Мы долго не продержимся.
— Я бы в жизни не стала использовать подобную зависимость в своих целях, — разозлилась я. Это просто оскорбительно. Да, я умела хитрить и манипулировать людьми, но лишь до определенных пределов. Поступать так, как сказал Иштон, было попросту низко и недостойно королевы.
