– Ты что, озверел?! – возмутился Тарни. То есть барон Тарни Рейнольдс.
– Нет, это ты объясни мне, что на тебя нашло? Приставать к женщине, к тому же знатной даме, не служанке какой-нибудь. Еще бы немного – и поднялся скандал. А на тебя король и так смотрит неодобрительно.
Тарни скорчил рожу.
– Слушай, а кто эта красотка? Я ее раньше при дворе не видел.
– Я тоже.
– Надо бы разузнать.
– Хочешь – оставайся и узнавай. Мне сейчас некогда.
Действительно, виконт Фалион опаздывал. Вот что бывает, когда заночуешь у некоей пылкой дамы. Проспал, а Тарни ему вообще встретился по дороге.
– Но ты видел, какая…
Тарни показал на себе весьма выразительными жестами, какие достоинства есть у женщины.
– Видел, видел…
Нельзя сказать, что Фалион был равнодушен к женской красоте, но ему не восемнадцать, чтобы на каждую бросаться. Хотя незнакомка и его зацепила.
Только не внешностью. Хороша, этого не отнимешь. Но понравилось ему, как она отшила Тарни. Быстро и без лишних рассуждений. Такую пустыми комплиментами не возьмешь. Такими женщинами надо заниматься. Но зачем? Выгоднее найти ту, которая за колечко с сапфиром исполнит тебе все акробатические позы.
И все же…
В отличие от Тарни Фалион заметил и кольцо с изумрудом, и край обручального браслета, выглядывающего из-под пышного манжета… графиня.
Интересно, как ее зовут?
Мири рассказывала про Шерлока Холмса.
Лиля, когда начала знакомить девочку с этими историями, столкнулась с суровой правдой жизни. Половину пришлось выбросить, половину обрезать. Но кое-что проходило почти без правки.
Например, «Голубой карбункул», «Скандал в Богемии», «Пеструю ленту», «Вампира в Суссексе», даже «Собаку Баскервилей» Лиля умудрилась адаптировать. Хотя Артур Конан Дойл от такого кощунства наверняка в гробу переворачивался. Ну и ладно. Поворочается – и опять уснет. После некоторых фильмов и свободных продолжений, которые видела когда-то Лиля, ее правка была наиболее безобидной.
Принцессы слушали с открытыми ртами. Но это и понятно. Вот что читают благородным девицам? Правильно. Религиозные тексты, романы и опять религиозные тексты. И так – без конца. А ведь дети же! Им и страшилок хочется, и чего-нибудь интересненького. Поэтому Мири тоже третий час изображала Шахерезаду. Хотя и не знала, кто это такая.
Девочки успели уже выпить по нескольку чашек детского вина, Мири отказалась и сообщила, что мама ей голову оторвет.
Анжелина и Джолиэтт захлопали глазами, и Мири пояснила. Лиля ей запретила любые спиртные напитки до пятнадцати лет. Потом – свободный выбор. Но пока ребенок еще растет, алкоголь вреден. Даже такой разбавленный. Вода, чай, компот – пожалуйста. Но не вино.
Пришлось посылать служанку за кувшином с холодной водой для Миранды. А заодно приказать ей принести и тазик для омовения. Ибо девочка решительно отказалась брать пирожные грязными руками.
Ополоснула пальцы в ароматизированной воде, прополоскала в ней же столовые приборы и взялась за пирожное, не забывая рассказывать:
– Этот крик разбудил всех в деревне, даже в самом отдаленном домике…
Именно на этом животрепещущем моменте в дверь поскреблись. И появилась Алисия.
– Ваши высочества, прошу простить меня за дерзость. Госпожа виконтесса, за вами мать пришла.
Мири подскочила и вылетела к Лиле.
– Мама!!!
Ребенок перенервничал. Лиля подхватила малышку, потрепала по волосам, лихо сдвинув бант на сторону.
– Мелкая, ты как тут?
– Жива-здорова. Мам, а ты можешь к нам зайти на пару минут?
– Зачем?
– Анжелина и Джолиэтт не верят, что ты мне аварца купишь!
Лиля заметила мордашки принцесс в двери, спустила Миранду на пол и присела в реверансе.
– Ваши высочества…
– Графиня, надеюсь, вы уделите нам пару минут вашего времени, – протянула Анжелина.
Лиля вздохнула. Голова болела. Но как тут откажешься?
Спустя два часа Лиля таки погрузилась в карету. Мири дремала на руках у Лейфа.
Алисия смотрела на невестку с откровенным уважением.
Что-что, а находить общий язык с детьми Лиля умела. Даже с подростками. Надо, чтобы им было интересно. А дальше они сами в вас вцепятся.
Вот девочкам и стало интересно.
Для начала их пришлось научить плести французскую косу. Тот же вариант, что у Лили. Потом подтвердить, что принц Ханганата обязательно приедет ко двору. Показать, как правильно обмахиваться веером. Рассказать еще одну историю из жизни мистера Холмса про «медные буки». Пообещать поговорить с вирманами на тему еще парочки сторожевых. Для принцесс.
Девочки были очарованы. И искренне приглашали Лилю прийти еще. Пришлось дать согласие. Все равно приезжать через пару дней.
– Дорогая невестка, кажется все прошло очень неплохо.
Алисия была искренне довольна. Лиля нахмурилась.
– Вообще-то все не так радужно.
– Что случилось? Его величество?
– Его величество остался мной доволен. И обещал прислать мне приглашение на большой прием. Вместе с посольством Ханганата.
– Это замечательно. Но что тогда?
Лиля сморщила нос и рассказала о своей встрече в коридоре. Алисия сдвинула брови.
– Рейнольдс? Знаю я его! Я завтра же королю скажу! Пусть палками его прогонят! Скотина! Совсем ум потерял!
– Может, не надо? Мое слово против его, никто ничего не докажет.
– А Фалион?
– А он будет подтверждать мои слова против своего друга?
Алисия задумалась.
– Знаю я и Рейнольдса, и Фалиона. Сложно сказать, подтвердит Фалион, или не захочет раздувать скандал.
– Вот и я его не хочу. Приехать еще не успела…
– Ладно. Я Рейнольдса сама «прополоскаю». Еще пожалеет о своей наглости… быдло!
– Быдло?
– Он барон в шестом поколении.
Нувориш. Понятненько.
– А с Фалионом его что связывает?
– Рейнольдс – прилипала. Подхалимничает, старается, чтобы его видели в компании более знатных и богатых, ему кажется, что так он выглядит солиднее. А Фалион неплохой мальчик, неглупый, разводит скаковых лошадей на продажу. Его кони славятся на несколько королевств. Ну, после аварцев.
– Аварцы лучшие, – вздохнула Лиля.
– Безусловно. Но ханганы не хотят продавать ни одной кобылицы. А вывести эту породу ни у кого не получается.
– Незнание генетики не освобождает от ее влияния… – пробормотала Лиля едва слышно.
– Что?
– Нет, ничего. Мысли вслух. Алисия, чем мне может грозить эта ссора?
– При ней никого не было?
– Только слуга.
– Это не в счет. Мало ли что слуги болтают. Фалион промолчит, Рейнольдс тоже… Ты поступила правильно. Вот если бы ты спустила Тарни его наглость, было бы хуже. Не забывай, ты – графиня Иртон. А Джерисон – племянник короля.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
