– И король его любит. Очень любит.
Лиля задумчиво смотрела в окно. Алисия бросила на нее встревоженный взгляд. Но вроде бы нет, не догадалась.
– Его величество очень любил Джессимин. А они с Джайсом были очень близки. Джайс стал поверенным в любви тогда еще принца Эдмона и его самым близким другом.
– Наверное, Джессимин было очень сложно. А долго они с принцем встречались?
– Десять лет. То есть восемь лет просто так и два года после смерти ее высочества Имоджин. Пока был большой королевский траур.
– Не знаю, смогла бы я десять лет жить вот так? Прятаться, таиться… Даже детей нельзя было иметь. Они ведь незаконные.
– Это жизнь. А она часто бывает жестока.
Лиля кивнула.
И все же, все же…
Были у нее нехорошие подозрения. Но зачем их озвучивать? Это так, на крайний случай. Чтобы торговаться с мужем.
Ладно. Это потом.
– Миранда вымоталась.
– Ты возьмешь ее на прием?
– Не знаю. Не хотелось бы. Все-таки она еще маленькая.
– Я могу попросить принцесс, чтобы они о ней позаботились.
– Неплохая идея. Они согласятся?
– Да, должны. Анжелина и Джолиэтт… я никогда не видела их такими.
– Они же дети. Им тоже интересно. А принцессы они уже потом.
– Странная мысль.
– Я могу перестать быть графиней. Но я останусь Лилиан. Что бы ни случилось.
– Ты уверена, что стоит говорить такое Миранде?
– Безусловно.
Алисия с сомнением покачала головой.
А дома их ждал посыльный со свитком.
Амалия Ивельен рожала. Алисии предлагалось приехать. Женщина покривилась. И неожиданно даже для себя предложила Лиле:
– Поедем вместе?
Лиля вздохнула.
– Сейчас поговорю с Тахиром и Джейми. Пусть собираются.
– Зачем?
– Полагаю, что грамотный лекарь – дело не последнее.
– Повитуха должна справиться.
Лиля сморщила нос.
– Должна? А она об этом знает?
– То есть?
Но Лиля уже не отвечала.
– Тахир! Джейми! Собирайтесь!
– Особенно не торопитесь. Она в загородном поместье Ивельенов.
– То есть?
– Туда часа три пути. Верхом. А в карете даже чуть больше. Если сейчас выедем – приедем ночью.
– И что вы предлагаете?
– Поедем с утра. Как рассветет.
Лиля вскинула брови.
– Алисия, милая, при мне лучший докторус Ханганата. Разве он будет там лишним?
Женщина задумалась. Ехать не хотелось. Но… как поступила бы мать? Помчалась бы туда опрометью.
А Лилиан Иртон умна. Если она увидит, что Алисия ведет себя…. неправильно… Нет, такого допустить нельзя.
– Дай мне две минуты. Я сделаю пару глотков вина, и в путь.
– Мы раньше и не соберемся.
И Лиля помчалась вверх по лестнице, не переставая призывать друзей. А по пути еще и раздавая ценные указания. Марте – взять Мири и уложить спать. Лейсу – выделить охрану для ребенка. И чтобы ни на шаг! Лейфу – подумать насчет пары щенков для принцесс. Пастору Воплеру – молиться за успех. Ингрид – заняться ремонтом и прикинуть, сколько чего нужно. Лонсу – поговорить с ханганами насчет приема. А пока распорядиться на конюшне. Насчет лошадей для графинь и свиты.
Алисия наблюдала за этим ураганом в некотором оцепенении. М-да… Действительно – Брокленд. И ничего тут не поделаешь. Остается только надеяться, что она не разозлится на Джеса. Иначе… беднягу просто сдует.
Амалия ничего не соображала.
Было больно. Очень больно.
Повитуха все чаще хмурилась. Питер внизу мерил шагами гостиную. Его отец, Лоран Ивельен, сидел в кресле и хмурился. Ему происходящее не нравилось. Но и сделать он ничего не мог. Оставалось только молиться Альдонаю.
Глава 4
Новые родственники
Лидарх рванулся с места с такой скоростью, что Лиля даже слегка отклонилась в седле. Похлопала коня по шее.
– Потерпи, мальчик. Мы с тобой еще поскачем… Но сейчас надо подождать остальных.
Лидарх покосился на нее большим лиловым глазом, и Лиля от всей души потрепала его гриву.
– Всему свое время, малыш.
Коня она обожала. Али не прогадал и заслужил вечную признательность Лилиан. Лидарх был умен, красив, обожал свою хозяйку и готов был за нее в огонь и в воду.
Лиля также готова была отгрызть голову любому за своего коня. Сама вычесывала его, наплевав на занятость, старалась уделять ему по возможности больше времени, и это дало свои плоды. Конь и всадница постепенно становились единым целым.
Лидарх чуть снизил скорость, обежал вокруг кареты Алисии.
– Я чуть-чуть вперед, а то Лидарх застоялся.
Лейс кивнул паре своих людей, и те сорвались вслед за графиней. Ничего. За городом можно немного погонять. Да и Лилиан все понимает. От охраны уходить не станет. Мало ли что, мало ли как…
Золотой конь почти летел над дорогой. Всадница словно составляла с ним одно целое. Алисия любовалась.
Почти нереально. Невероятно красиво.
Коса женщины растрепалась, и золотые волосы стелились по ветру. И куда смотрел Джес?
Как он вообще мог не разглядеть свою жену?
Алисия терялась в догадках. Джес не был дураком. Да, капризный, да избалованный мальчишка, но не дурак ведь! А чтобы не увидеть такое в женщине… Сопляк самонадеянный.
Алисия наморщила нос.
А ведь Лиля умна. И надо контролировать свое поведение. Расслабилась за долгие годы, привыкла. А графиня Иртон смотрит. И видит равнодушие за ее словами о любви к дочери.
Хотя…
Лилиан Иртон умна. Даже если она дойдет до правильных выводов, она промолчит. Алисия никогда об этом не узнает. Жить-то Лилиан хочется. А Эдоард за такое не пощадит.
Интересно, как там Амалия?
Алисия покосилась в окно. Карету взяли только ради нее. Вся остальная свита ехала верхом. Даже седобородый старик, которого Лиля рекомендовала как одного из лучших лекарей Ханганата, предпочел коня.
Может, и ей надо было?
Лоран Ивельен потягивал вино.
С Амалией что-то было не так. И сильно не так. Повитуха становилась все мрачнее. И пару раз уже буркнула, что надо бы думать, как бы не пришлось выбирать между матерью и ребенком.
Хорошо хоть детей отослали на верховую прогулку, как только началось. А если что – пусть ночуют в городском доме.
Питер был весь бледно-зеленый. А если бы его пустили, и вовсе бы в комнату к жене пролез.
М-да…
Амалию он любит беззаветно. И это еще мягко сказано. Питер жил, дышал, любил только потому, что рядом была она. И Лоран сильно опасался потерять и сына, если… А еще по старой привычке ожидал всего самого худшего.
Чего он не ожидал, так это блеяния слуги:
– Ее сиятельство графиня Иртон, ее сиятельство вдовствующая графиня Иртон.
И золотого вихря, ворвавшегося в комнату.
Лилиан невольно оттягивала на себя внимание.
Среди подарков Али был и отрез желтого шелка. Яркого, живого… И Лиля не удержалась, сделала себе рубашку. Коричневая юбка-брюки и коричневый жилет с золотым шитьем, рассыпанные по бархату пряди золотых волос – как ни скалывай, как ни связывай, но при скачке все равно растреплются.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
