Читаем без скачивания Путешественник во времени - Генри Ченселлор

— Мистер Август Кэтчер? Я не ошибаюсь?

Вздрогнув, Том обернулся, но вместо дона Жерваза увидел высокую стройную девушку в длинном белом пальто, катившуюся к ним мимо пылающих жаровен. Она сияла улыбкой, ее голубые глаза искрились, и даже в темноте было заметно, насколько она красива.

— Я просто обязана с вами поздороваться, — улыбнувшись еще шире, сообщила она, протягивая руку. — Меня зовут Мина Квилт.

Август словно бы напрочь забыл о своих затруднениях и сосредоточился на прекрасном видении, возникшем перед ним. Он взял ее руку и низко поклонился.

— Мы знакомы?

— Пока нет, — ответила она, — но скоро познакомимся. Я приехала к сэру Генри на торжественное открытие музея. Видите ли, я его двоюродная сестра.

Август явно был очарован.

— Что ж, это замечательно, поистине замечательно.

Девушка покосилась на Тома и хихикнула.

— Август, дружище! Где ж ты прятался?

К Мине подъехал высокий мужчина в костюме в елочку — крепко сложенный блондин с острым, орлиным взглядом. Сэр Генри Скаттерхорн — кто же еще это мог быть.

— Вы молодец, дорогая. Где ты пропадал, старина? Мы тебя искали.

— Ну, понимаешь ли, — промямлил Август, — просто проводил опыт, как обычно.

— Проводил опыт? — переспросил сэр Генри, удивленно вскинув бровь. — Здесь, на ледовой ярмарке? Вот видите, Мина, Август ничего не может с собой поделать. В отличие от прочих смертных, его разум не бывает удовлетворен. Всегда сражается с какой-нибудь великой загадкой или еще чем-нибудь. Вот что значит — быть одним из умнейших людей в Англии.

— Я об этом наслышана, — подтвердила Мина.

Август залился румянцем.

— И моим старым другом, — добавил сэр Генри, шутливо хлопнув его по спине.

Его взгляд соскользнул на Тома, почти утонувшего в чужой меховой куртке.

— А ты, должно быть, Том, я полагаю?

Мальчик кивнул. Ему почему-то не хотелось смотреть в глаза прапрадедушке.

— Надеюсь, ты присматриваешь за мистером Кэтчером. Он у нас такой выдумщик.

— О, на этот счет не беспокойся, — многозначительным тоном сообщил Август. — Том — весьма целеустремленный юноша.

— Рад слышать, — тепло откликнулся сэр Генри. — Люблю целеустремленных людей. С колебаний не много толку.

— Твоя правда.

— Отлично, отлично. А теперь, Мина, может, поищем этот шоколадный фонтан? Говорят, он выполнен в форме ледяного дракона, и шоколад хлещет прямо из его пасти.

— Какая прелесть!

— Но мы должны добраться к нему раньше Августа.

— Почему?

— Видите ли, дорогая, я убежден — стоит ему увидеть дракона, и он сразу же отыщет какой-нибудь хитрый способ сделать из него чучело. Или, того хуже, превратить в настоящего ящера, изрыгающего не шоколад, а пламя. И что нам тогда делать?

Еще мгновение Мина сомневалась, шутит сэр Генри или нет. Затем он подмигнул Тому, а Август усмехнулся.

— Не беспокойся, — отмахнулся он. — Я подожду, пока вы уйдете.

— Спасибо, старина, — рассмеялся сэр Генри и пожал другу руку. — Еще увидимся.

— Я так рада наконец с вами познакомиться, — тепло улыбнулась Мина. — Пока, Том.

Она помахала рукой, взяла кузена под руку, и они унеслись к ледяному замку.

— Прелестная девушка, не находишь? — заметил Август, провожая взглядом изящную пару. — Удивительно, что сэр Генри прежде о ней не упоминал.

Том промолчал. Он думал о том, как странно угодить в прошлое и встретить всех этих людей, которых он знал по рассказам дядюшки Джоса.

Уже совсем стемнело, но толпа не собиралась расходиться с ледовой ярмарки. Том с Августом глянули на представление фокусника, осмотрели ледяной замок, вокруг которого наперегонки носилась на коньках ребятня. Том поискал Ноя в толпе у шоколадного фонтана, но не нашел, зато обнаружил, что Феникса подобрали новые хозяева. Две маленькие девочки сидели на корточках у жаровни и поили щенка молоком из миски.

— Ты был прав, Том, — признал Август, глядя, как песик жадно лакает. — Он жив, и, похоже, весьма этим доволен. Будем надеяться, на этот раз малышу повезет больше.

Том не мог с ним не согласиться. Некоторое время они молчали.

— Так вы решили, что собираетесь делать с вашим составом? — спросил мальчик. — Я имею в виду, теперь, когда убедились, что он действует.

— Я не могу быть полностью уверен, что он действует, — ответил Август, избегая его взгляда, — но состав, несомненно, чрезвычайно мощный. И, голову даю на отсечение, многие захотят заполучить его.

Они покинули ледяной замок и теперь стояли лицом к городу, где на берегу развели огромный праздничный костер.

— А если людям чего-то хочется достаточно сильно, они готовы пойти на все.

Том смотрел, как искры от костра, словно ракеты, взмывают в небо. Август, конечно, прав. В конце концов, его собственный отец пожертвовал всем ради поисков некой божественной искры. Может, как раз той, на которую случайно наткнулся Кэтчер?

И тут около костра началась какая-то суматоха. Сперва казалось, что там завязалась драка, но затем послышалось громкое ржание, и над толпой встал на дыбы испуганный конь. Какой-то мужчина пытался поймать его за уздечку.

— Тише, мальчик! Успокойся! — кричал он. — Тише!

Ву-у-уш!

Послышался гул, толпа у костра вдруг раздалась, и на лед с грохотом вылетели сани, которые волочил за собой понесший конь. На санях Том разглядел мальчишку, отчаянно вцепившегося в поводья.

— Я не могу его удержать! — кричал тот.

Конь совершенно обезумел от страха, и не без причины: заднюю часть саней объяло пламя. Случайная искра, возможно от фейерверка. Пылающие сани пронеслись сквозь ярмарку, переворачивая палатки и жаровни, и катавшиеся на коньках люди с криками бросились с их пути. Чем быстрее бежал конь, тем ярче разгоралось пламя, вскоре вспыхнуло и сиденье, на котором стоял мальчик.

— Прыгай, малец! Спрыгивай! — кричали торговцы и рыбаки.

Они храбро преграждали дорогу мчавшимся прямо на них саням, размахивая пальто и фонарями, и лишь в самый последний миг отскакивали в сторону.

— Помогите! — кричал мальчишка, отчаянно сражаясь с поводьями.

Огненные языки вздымались все выше и выше. Лед стонал, сани полыхали, понесший конь мчался все быстрее, не в силах убежать от ревущего позади пламени, и остановить его не мог ни сам мальчик, ни кто-либо другой. Разметав палатку кукольного театра, он свернул к темнеющей середине реки. Несколько мужчин из толпы бросились было в погоню, но и они смогли лишь увидеть, как пылающие сани уносятся в темноту по истончающемуся льду…

Спустя несколько секунд по реке прокатился глухой раскатистый грохот — не выдержал лед. Разверзлась извилистая трещина, и тут же и конь, и мальчик, и пылающие сани провалились в ледяную воду, с шипением сомкнувшуюся над ними. Несколько мужчин с факелами подбежали к трещине, и вскоре к ним присоединилась затаившая дыхание толпа. Люди сгрудились у иззубренной кромки льда, всматриваясь в темную воду.

— Где он… боже сохрани!

Смятенная женщина проталкивалась сквозь толпу. Когда она пробилась к краю трещины, Том узнал краснолицую служанку, с которой встретился в коридоре, впервые очутившись в Кэтчер-холле. Она отчаянно вглядывалась в свинцово-серую реку.

— Он там? Он там? Бога ради, вытащите его! — причитала она.

Мужчины с факелами склонились к воде, пытаясь высмотреть там хоть что-то.

— Вот он! — закричал кто-то. — Вон там!

Что-то серое маячило у дальней кромки льда. Один из мужчин лег на живот и пополз вперед, протягивая руку в темноту.

— Господи, прошу тебя, пусть Авель будет жив, пусть он не утонул, — рыдала женщина. — Умоляю…

Мужчине удалось схватить плавающую фигуру за шиворот.

— Мама! — разнесся над толпой мальчишечий голос. — Мама, я здесь! Я здесь…

Женщина резко обернулась и вскрикнула, увидев на краю разлома запыхавшегося, раскрасневшегося Авеля.

— Я здесь.

— Слава богу, — всхлипнула женщина, кинувшись к сыну и крепко обняв его. — Когда я увидела эти сани с твоим новым конем, я подумала… подумала…

Но Авель не слушал ее. Он с ужасом смотрел, как мужчины вытаскивают из воды маленькое тело, а затем вскрикнул и спрятал лицо в ладонях. Его мать перестала всхлипывать и тоже посмотрела на лежащего на льду мальчика. Им оказался Ной.

— Нет…

Женщина лишилась чувств. Врач уже склонился над ребенком, надавливая ему на грудь в попытке очистить легкие от воды.

— Пусти-ка, я попробую, — буркнул коренастый мужчина, отстранив врача.

Он размеренно набирал полную грудь воздуха и вдувал его в рот мальчика. Но Ной не шелохнулся. Его лицо казалось пепельно-белым, а губы посинели до черноты.

— Я просто предложил ему прокатиться, не знал, что конь понесет, клянусь богом, я не знал, — безутешно вздрагивая, бормотал Авель.