поняла, что он ещё ничего не видел. Значит, у меня есть шанс запечатлеть эту гримасу негодования в своей памяти. Страшнее, чем в случае с навозом, уже не будет. Так что можно в открытую посмеяться. Не убьёт же он меня за это, да и конец семестра чуть больше, чем через месяц.
Выходя из аудитории я решила далеко не отходить, что бы увидеть всё своими глазами. Когда студенты посыпались из дверей, я заметила среди них светлую голову. Салливан! Он немного отошёл от кабинета, а потом увидел какие-то бумажки и приблизился, что бы прочитать.
– Твою мать! Флеминг! – заорал он на весь коридор. Ну как так можно? Почему нельзя было позлиться сначала, пострелять глазами, покричать на кого-то другого, а то сразу Флеминг.
– Салливан, ты что-то хотел? – тихонько спросила я елейным голосочком, приближаясь к троице.
– Ты что совсем из ума выжила? – он тряс надо мной этими бумажками. Если бы не его рост, это было бы даже смешно, но Эдриан выше меня на полторы головы, а его махи руками так и хотели задеть мою тёмную макушку.
– Я? Нет. А вот тебе бы полечиться надо, а то вон чего, – я провела рукой по всему коридору. – Всех девушек распугаешь.
– Это твоя месть? За то, что я не стал ничего делать со сплетнями? – какой он догадливый оказывается. Так, пора делать ноги.
Прозвенел звонок, но студенты продолжали стоять, как вкопанные, хлопая глазами. Некоторые снимали на телефон. Им нравилась эта сцена, они жаждали продолжения. Я ликовала, хоть и самую малость нервничала. Блондин громко рявкнул на толпу зевак и те разбежались по аудиториям. Эдриан грубо схватил меня за руку и потащил куда-то.
– Отпусти! Что ты делаешь, куда ты меня тащишь?! – вырывалась я, но тщетно.
– Поговорить хочу, там, где не будет лишних ушей. Надо прояснить пару моментов.
– Говори сейчас. Мы и так здесь одни.
Он всё ещё тащил меня куда-то, перебирая двери. Эдриан зло глянул на меня и втолкнул в какую-то аудиторию. Она оказалась пуста.
– Когда мы были в отеле, я думал, ночью мы всё выяснили, прекратили войну. Ты сама сдалась, забыла? – приподнял он бровь, улыбаясь на последнем слове.
– Ну, я передумала. Это было перемирие. Я не та, кто легко сдаётся, последнее слово будет за мной, – задрала я нос.
– Ты, – начал он. – Маленькая заноза в заднице! Ты как вообще додумалась до такого? Хламидиоз!
– Не волнуйся, Эдриан, это лечится, – не сдержала я смешок.
– Волноваться? О, Адель, я не волнуюсь. Волноваться придётся тебе после того, что я собираюсь сделать, – он начал наступать на меня, я отходила назад. Мне стало страшно. Что он может мне сделать? Он не похож на того, кто может избить невинную девушку, он же спас меня. Дважды. Ну хуже уже точно не будет, так что…
– А что такого ты собираешься сделать? – я горделиво подалась чуть вперёд, продолжая отступать назад, пока путь не преградил учительский стол.
Его глаза горели. Но не как обычно. Я не видела ни лице ни ярости, ни даже злобы. Азарт! Азарт украшал его улыбку, глаза были немного прищурены, он наслаждался происходящим. Но что дальше? Он явно задумал что-то необычное, но не злобное. Мне было и любопытно, и немного подрагивали коленки.
– Что? А я сейчас покажу! – сказал блондин и схватил меня за плечи, не давая и дёрнуться. Я замерла, не зная, чего ожидать, зажмурилась. – Ты меня боишься? – прошептал он над самым ухом. Его тёплое горячее дыхание скользнуло по шее.
– Нет, – гордо задрала голову ему навстречу.
– Уверена? – и тут моя уверенность решила меня покинуть, коленки предательски подкосились. Мои губы ощутили влагу, чужие губы, язык. Опять!
Он целовал меня иначе, чем на весеннем празднике, иначе, чем на зимнем балу, как будто пробовал на вкус первый раз. Нежно и осторожно, словно, боясь обжечься. Потом набрался наглости и запихнул свой язык мне в рот, это перестало походить на нежность, отдавало похотью. Он уже не сжимал мои плечи, а гулял руками по спине, придерживал затылок. Я невольно обняла его шею руками, запуская пальцы правой руки в светлые волосы.
Чёрт, что я творю? Почему это так приятно? Я была бессильна оторваться от него. Я и не хотела. Эдриан поднял меня и усадил на стол, разводя мои ноги собой. Я обхватила тело парня своими ногами, чувствуя, как внизу живота собирается горячая тягость. Это было полное безумие. Мы целовались так страстно и горячо, будто любили друг друга всю жизнь, но не виделись последние пять лет. Ещё немного и мы бы что-то сделали. Но Эдриан резко оторвался от меня.
– Это что сейчас было? – я уставилась на него. Блондин молчал.
Что-то в этом молчании мне понравилось. Эдриан коротко глянул на меня, странно улыбнувшись, но не проронив ни слова, выглянул за дверь в коридор и спокойно вышел. Я вышла следом, но в другую сторону. Закрывшись в своей комнате, я погрузилась в мысли.
Что это только что было? Как такое вообще могло произойти? За последние два месяца Эдриан начал вести себя иначе. То ли моё разоблачение и исторический квест так на него повлияли, то ли ещё что-то, но изменения определённо есть. Надеюсь, мне это не показалось, ибо если так, то это значит, что это я изменила своё отношение к нему, а не он своё поведение в целом.
А может здесь и то, и другое? Чёрт, почему я его не остановила? Неужели он и правда мне нравится? Не может быть. Он же сам говорил, что никогда бы в здравом уме… а я? Я же вообще ненавижу снобов! Заносчивых мажорчиков с непомерным эго!
Ну, нет! Этого больше не должно повториться!
Я уже шла после обеда в свою комнату, когда за спиной послышались ахи и фырканье вперемешку. Я оглянулась, трое девчонок, болтавших между собой, подозрительно косились на меня. Я не стала обращать внимание, послав им лишь злостный взгляд. Потом я услышала обрывки фраз из разных ртов: «Она… Представляешь?… Да кто она такая?… С Эдрианом…».
Ко мне подскочила какая-то девушка и неожиданно предложила подружиться. Что ей надо от меня? Я здесь уже почти целый семестр и пока никто не спешил подружиться. В чём дело? И тут уж я насторожилась не на шутку. Я осторожно выспросила у неё о происходящем, и она показала мне фотку на сайте академии, где студенты делятся последними новостями и сплетнями. Там Эдриан обнимает меня, сидящую на столе, и целует, а
