Кейт понимала, что изменилась, если не внешне, то внутренне. Несколько раз в течение дня она ловила себя на том, что смотрится в зеркало, пытаясь отыскать на лице следы произошедшей с ней перемены.
Естественно, она их не увидела. Лишь щеки казались розовее обычного да глаза блестели ярче...
Кейт почувствовала, как за спиной у нее зашевелился Рэнд, и тихонько ахнула: в бок ей уперлась его восставшая плоть. Кейт вдруг вспомнились каменные барельефы, которые она видела в Помпее. Ни один из изображенных на них мужчин не был таким мощным, как Рэнд. А вот огромные фаллические символы... не настолько уж они были преувеличены, как ей тогда казалось.
Рэнд приподнялся на локте и, наклонив голову, легонько куснул ее зубами за плечо.
– Не спится? – спросил он, целуя Кейт в щеку. Она почувствовала, что он улыбается, а в голосе его явственно слышалось желание.
Кейт непроизвольно облизнула губы, зная, что скоро он войдет в нее, и жаждая этого.
– Не спится, – подтвердила она и шутливо бросила: – Может, ты знаешь, как мне помочь?
Рэнд тихонько хмыкнул.
– Может, и знаю, – ответил он.
Его рука нащупала ее грудь, легонько сжала ее, после чего скользнула между ног. Рэнд принялся поглаживать ее интимное местечко, одновременно целуя шею и плечи, и Кейт прерывисто застонала. Подвинув ее поудобнее, Рэнд глубоко вошел в нее.
Кейт вспомнила, что видела эту позу среди тех, что были высечены на стенах Помпеи. Тогда она никак не могла понять, как ее можно принять. А вот теперь все было ясно.
Рука Рэнда, соскользнув с груди Кейт, принялась ласкать нежный бугорок, средоточие ее страсти, и Кейт пронзило такое острое чувство наслаждения, что все мысли вылетели из головы. Мускулистое тело Рэнда размеренно двигалось взад и вперед, а вместе с телом в таком же ритме двигались его руки, и спустя всего несколько секунд Кейт почувствовала, что вот-вот достигнет вершины наслаждения.
И вскоре они с Рэндом одновременно содрогнулись в блаженном экстазе. Потом она лежала в его объятиях, а Рэнд нашептывал ей ласковые и бесстыдные слова. О том, как она прекрасна, как ему приятно брать ее вновь и вновь, какие у нее восхитительные груди, бедра, ноги. Она заснула, чувствуя, как Рэнд ласково гладит ее по голове.
Кейт могла бы проспать до самого утра так же крепко, как и предыдущей ночью, но перед самым рассветом вдруг проснулась, охваченная печалью. Утром они с Рэндом уедут, их идиллия подошла к концу.
Теперь, когда она отдалась Рэнду, познав всю глубину его страсти, она с трудом представляла себе, как будет жить без него.
А то, что ей придется жить без него, Кейт отлично понимала.
Завтра отец возвращается в город. В последующие дни предстояло переделать массу дел, и встречаться с Рэндом будет некогда.
А если они и найдут время для встреч, все равно меньше чем через две недели она уедет обратно на Санту-Амару. Деньги для экспедиции собраны, продовольствие и инструменты закуплены. Отец ждет не дождется, когда можно будет продолжить поиски ожерелья. Он уедет на целый год, а может, и на более продолжительное время. А если не найдет ожерелье, ему незачем будет возвращаться в Англию. Он может никогда не вернуться...
Лежавший у нее за спиной мужчина пошевелился, но не проснулся и не выпустил ее из объятий. Кейт слышала его ровное дыхание, чувствовала, как вздымается и опускается его мощная грудь. И впервые ей пришло в голову, что он стал ей небезразличен и что она будет сильно по нему скучать.
Сердце Кейт сжалось от боли при мысли, которую она упорно гнала от себя: после того как она уедет из Лондона, они могут никогда больше не встретиться.
Карета подкатила к огромному каменному особняку герцога Белдона на Гросвенор-сквер, и Мэгги Саттон спустилась по железной лесенке на мостовую. Поправив шляпку и расправив юбки муслинового платья абрикосового цвета, она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, решительно расправила плечи и, поднявшись по ступенькам лестницы, постучала дверным молотком в резную, с изысканным орнаментом, дверь.
Дверь открыл светловолосый молодой лакей, облаченный в красную с золотом ливрею, и к Мэгги тотчас же направился дворецкий, которого звали, насколько она помнила, Питерсон. При виде Мэгги он удивленно вскинул тонкие брови.
– Леди Трент? Я не знал, что его светлость вас ожидает.
– А он и не ожидает, – сдержанно проговорила Мэгги, входя в холл, пол которого был выложен бело-черной мраморной плиткой.
Брови дворецкого поднялись еще выше.
– Он работает у себя в кабинете. Не будете ли вы так любезны пройти в Золотую гостиную? Я сообщу его светлости о вашем приходе.
Мэгги послушно направилась за дворецким к Золотой гостиной и, войдя, оказалась в огромной комнате с побеленными стенами, высоким потолком, украшенным лепниной, и мебелью с позолотой. Повсюду висели зеркала и стояли расписные вазы, красивые диваны и столики с мраморными столешницами, все было выдержано в золотистых и цвета слоновой кости тонах. На стенах висели портреты в позолоченных рамах, а рядом с ними – позолоченные итальянские канделябры.
– Скажите герцогу, что я пришла по важному делу и готова ждать до тех пор, пока он не освободится, – бросила Мэгги в спину дворецкому, когда тот повернулся, намереваясь выйти.
Отвесив нежданной посетительнице официальный поклон, тот произнес:
– Как пожелаете, миледи. – После чего, держа спину на удивление прямо, вышел в холл. Шаги его становились все глуше, а вскоре и совсем стихли.
А Мэгги принялась нетерпеливо расхаживать взад и вперед по комнате, чувствуя, что волнение охватывает ее все сильнее. Она так и знала, что произойдет нечто подобное. Если бы она поговорила с Рэндом раньше, заставила его понять... Если бы она могла...
В этот момент дверь распахнулась, прервав ее размышления, и в комнату решительной походкой, словно генерал, командующий армией, вошел Рэнд, как всегда неотразимый.
– Мэгги? – проговорил он, с беспокойством глядя на нее. – Что случилось?
– Боюсь, я еще не знаю, что именно, – бросила Мэгги, горделиво вскинув голову. – Может быть, вы мне расскажете?
Рэнд пристально взглянул на нее и отвернулся.
– Вы пришли, чтобы поговорить со мной насчет Кейтлин, – сказал он.
Мэгги холодно улыбнулась.
– Вы необыкновенно проницательны, ваша светлость. Мы с Эндрю уезжали из города на пару дней, а когда вернулись, я узнала, что за время нашего отсутствия произошли кое-какие события.
– Какие именно?
– Не делайте вид, что не понимаете, Рэнд. Экономка сообщила мне, что Кейтлин ушла из дома всего несколько часов спустя после нашего отъезда и вернулась лишь в воскресенье поздно вечером.
