Злость взметнулась в груди Рэнда яростным огнем. Взяв из рук Эфрама донесение, он пробежал глазами первую страницу.
– А где сейчас «Морская нимфа»?
– К сожалению, уже покинула порт. Наш информатор считает, что она взяла курс вдоль восточного побережья, однако он в этом не уверен. Кроме того, он думает, что владельцы судна тоже находятся сейчас где-то на восточном побережье, добывают деньги на предприятие по очередному мнимому потоплению корабля.
Рэнд витиевато выругался. Вскочив, он подошел к камину и уставился на язычки пламени. Постояв так несколько секунд, он повернулся к Эфраму.
– Должен быть какой-то способ остановить их.
– Мы их и остановим... рано или поздно. Власти возьмут их под наблюдение. Вы должны набраться терпения, ваша светлость.
Рука Рэнда сжалась в кулак.
– Именно терпением я и не отличаюсь. Я хочу, чтобы эти мерзавцы заплатили за то, что сделали с Джонатаном. И я не желаю, чтобы то же самое повторилось с каким-нибудь другим беднягой.
Поднявшись, Эфрам подошел к Рэнду и положил худую, испещренную венами руку ему на плечо.
– Мы делаем все, что в наших силах. А пока самое большее, на что нам можно надеяться, – это узнать, что замышляют Филипп Радерфорд и Донован Хармон.
Рэнд вздохнул.
– Он ведь может уехать из страны, вы это знаете?
– Если он это сделает, мы никак не сможем его достать. Как я уже сказал, пока у нас нет никаких веских доказательств его вины.
– А чтобы их раздобыть, потребуются месяцы, а то и годы.
– Совершенно верно.
– Талмидж определенно замешан в какой-то незаконной деятельности, а это означает, что и Хармон, без сомнения, имеет к ней отношение. Но вот насчет Кейтлин я не уверен.
– Может быть, мисс Хармон и не имеет к ней никакого отношения. Вам об этом лучше знать, чем мне.
Рэнд скользнул по Эфраму взглядом, но тот больше ничего не сказал.
– Что-то явно происходит, – повторил Рэнд. – И мне хотелось бы узнать, что именно.
Эфрам лишь кивнул. Он знал Белдона. Если тот что-то задумал, то не отступится от своего, а хватка у него просто бульдожья.
– Я бы посоветовал вам быть чуточку осторожнее, ваша светлость. Человек, с которым вы решили поквитаться, не имеет никакого представления об угрызениях совести. Никогда не знаешь, что от такого можно ожидать.
Совет был хорош, и Рэнд намеревался ему последовать. Знал он и то, что не успокоится, пока Талмидж и его сторонники не ответят за свои преступления.
Он проводил Эфрама до двери, посмотрел, как тот уезжает в наемном экипаже, после чего вернулся в кабинет и в сотый раз за утро взглянул на часы. Время тащилось со скоростью черепахи.
Но ничего, подумал Рэнд, настанет его звездный час. Сегодня он увидит Кейтлин Хармон. Он отвезет ее в Ривер-Уиллоуз, приведет в одно из своих фамильных поместий, чего никогда раньше не делал, и займется с ней любовью. Он насладится этой ночью сполна. Будет брать Кейтлин снова и снова, насколько хватит сил.
При одной только мысли об этом Рэнда охватило безудержное желание. Он закрыл глаза и представил себе очаровательное лицо Кейт с россыпью веснушек на носу, полными розовыми губами и упрямо вздернутым подбородком. Представил, как вытаскивает из ее длинных золотисто-рыжих волос шпильки, берет в руку высокую упругую грудь...
О Господи, как же он ее хочет!
Рэнд снова взглянул на часы.
Глава 9
– Прости, Мэгги, мне так хочется поехать с тобой, но я совсем забыла, что отец просил меня просмотреть в музее кое-какие документы. Эта информация ему необходима, но чтобы раздобыть ее, потребуется некоторое время.
Радостное возбуждение Мэгги как рукой сняло, и Кейт почувствовала себя преступницей. Она уже не раз задавала себе вопрос, когда это она успела научиться так здорово врать и почему проделывает это с такой охотой.
– Может быть, если ты не можешь поехать, нам с Эндрю тоже остаться дома? – предложила Мэгги.
Кейт покачала головой:
– Не глупи. Ты же говорила мне, что ждешь не дождешься, когда уедешь за город. И потом, вы с Эндрю заслуживаете того, чтобы немного побыть наедине.
Мэгги прикусила нижнюю губу и слегка сдвинула светлые брови.
– Не знаю... Нехорошо как-то оставлять тебя одну.
– Со мной все будет в порядке, – проговорила Кейт с мимолетной улыбкой, поймав себя на том, что руки слегка дрожат. Похоже, врать все-таки не так легко, как она думала. – У меня столько дел, что я и не замечу вашего отсутствия.
Мэгги бросила взгляд в сторону кабинета, где Эндрю заканчивал просматривать бумаги, после чего они могли уехать.
– Я так ждала этой поездки. Чтобы Эндрю был только мой и ничто его не отвлекало... – Мэгги усмехнулась. – Ты и представить себе не можешь.
Кейт попыталась улыбнуться, но у нее ничего не получилось. Возможно, она пока и не может себе представить, но к утру наверняка будет иметь полное представление. Кейт много читала о том, что происходит между мужчиной и женщиной в постели, и хорошо помнила рисунки, виденные ею в Помпее. Но тем не менее вообразить себя на месте этих нарисованных женщин она не могла.
Повернув Мэгги лицом к лестнице, она легонько подтолкнула ее.
– А теперь иди в свою комнату, заканчивай собираться, бери мужа и поскорее уезжайте отсюда.
Порывисто обняв Кейт, Мэгги повернулась и помчалась вверх по лестнице. Глядя ей вслед, Кейт почувствовала острое чувство вины. Они с Мэгги стали добрыми подругами, а друзья не должны лгать друг другу.
Послышался бой стоявших у входной двери позолоченных высоких часов. Через два часа она скажет экономке, миссис Бизли, что получила записку от Сары Уиттакер, дочери друга отца, в которой та просит ее приехать к ним погостить на несколько дней.
– Будет лучше, если вы ничего не станете говорить леди Трент, – сказала Кейт экономке, когда два часа наконец прошли. – Вы же знаете, как она не любит, когда я уезжаю куда-нибудь одна.
Миссис Бизли лишь кивнула в ответ. Она с неодобрением относилась к независимому поведению Кейт, однако принимала его, как и все остальные слуги.
– Как пожелаете, мисс, – проговорила она, и в ее голосе Кейт уловила легкое недовольство.
Двадцать минут спустя Кейт уже ехала в наемном экипаже к Британскому музею, надеясь, что карета Рэнда ждет ее у входа. К тому времени, когда она добралась до музея, сердце стучало в груди так сильно, будто она только что пробежала стометровку, а ладони были влажными от пота. Кейт сжимала гобеленовую сумку с такой силой, что костяшки пальцев побелели.
Наконец экипаж остановился. Натянув на голову капюшон плаща, Кейт вышла на Грейт-Рассел-стрит и, вручив вознице шиллинг, украдкой огляделась по сторонам, ища глазами Рэнда. Она тотчас же заметила его. Рэнд направлялся к ней решительным шагом, высокий и невероятно красивый. Сердце Кейт на секунду сжалось, а потом забилось с удесятеренной силой.
