том, что скрывают власти по поводу лаборатории.
Что могло там произойти? Кем были твари, которых я пристрелил воскресной ночью и которые попали на видео? Чем объяснить все увеличивающееся число исчезновений? Несомненно — пропавшие становились жертвами обезумевших ублюдков, сходных тем, с которыми столкнулись Роб, Терри и я, но какова была их цель?
Мое внимание привлекла одна деталь — оба видеоролика были сняты в темное время суток. На нас они тоже напали ночью. Выходит, днем твари где-то скрываются, иначе сложно представить, чтобы они не попали под объективы многочисленных уличных видеокамер, когда жизнь в городе бьет ключом. Снова в моей голове были сплошь вопросы и ни одного внятного ответа.
И кое-что еще не давало мне уснуть. Я как мог отгонял эти непрошенные помыслы, что подобно искусному карманному воришке проникали в мой мозг, но они настойчиво возвращалась, стоило только перестать себя контролировать. Я думал о Марте Дилл.
Пока была жива Анна, меня не особо интересовали другие женщины, а после ее смерти непереносимая боль выжгла все эмоции. Потребность в женщинах в том числе. В первый год я совсем не вспоминал о сексе — тогда все будто перестало существовать — а позже, когда завязал с алкоголем, был занят только тем, что старался все исправить и выстроить заново. Думаю, если бы я встретил Марту Дилл в один из тех дней, то попросту не обратил на нее внимания. Но сейчас что-то изменилось.
Мне уже приходилось задумываться об этом раньше. Изредка снимая напряжение в душевой кабинке ванной комнаты или распластавшись по ставшей слишком широкой для меня одного кровати, я всегда представлял, что Анна рядом. Представлял, что все как прежде, но прекрасно отдавал себе отчет — вечно так продолжаться не может. Рано или поздно на горизонте появится женщина, с которой я захочу провести время. Женщина, которая вызовет во мне хоть какое-то влечение, пробудит давно позабытые инстинкты, всколыхнет зов, казалось бы, навечно уснувшей плоти.
Натыкаясь взглядом на женские лица где-нибудь на улице, между магазинных полок в супермаркетах, на заправках или перед школой Терри, я ощущал порой слабые импульсы, которые можно было охарактеризовать как любопытство, смешанное напополам с надеждой. Я знал, что ищу в каждом из этих лиц. В их облике я пытался отыскать черты любимой женщины, но не найдя, всякий раз испытывал разочарование, после чего тотчас терял к ним любой интерес.
Сейчас же, беспокойно ворочаясь на смятых простынях, я переживал глубокое удивление от того, что так внезапно появившаяся у меня на пути настырная журналисточка с ясными глазами, белозубой улыбкой и гривой темных волос, сумела настолько пробраться в мою голову, что мысли о ней мешали уснуть.
Марта Дилл была полной противоположностью Анны и все же поразительным образом меня к ней влекло. Это был необъяснимый химический процесс и где-то в глубине подсознания я догадывался — обусловлен он не просто плотским желанием. Это было чем-то, что сильнее меня, чем-то, что я не в состоянии истолковать и осмыслить, чем-то, чему почти невозможно сопротивляться.
Поганое чувство. Оно хорошо мне знакомо и я знал, что чувство это способно взметнуть тебя к самой стратосфере, а потом со всего маху шмякнуть об землю, где ты будешь лежать сломленный, растерянный и больной, а все попытки объяснить себе, как умудрился угодить в такой переплет, не дадут результата.
— Чертов кретин! — разозлившись на себя за эти глупые мысли, прошипел я в темноту, а затем сполз с кровати, чтобы выкурить сигарету.
Вниз спускаться не хотелось. Открыв пошире окно, я выпускал в прохладу ночи струи сизоватого дыма и смотрел на горящий на углу улицы фонарь. Он отбрасывал на асфальт тонкую, изломанную в нескольких местах тень, а у самого источника света в легкомысленной, истерически-сбивчивой пляске кружились мотыльки.
Кроме их замысловатого танца, ничто не нарушало мирного покоя полутемной улицы. Везде было тихо, город спал. Цифры на электронных часах высвечивали половину второго ночи.
Взглянув на них, я пообещал себе, что докурю сигарету, а после выброшу все лишнее из головы, лягу в кровать и усну. Как ни странно, у меня получилось. В эту ночь я крепко проспал до самого утра.
Глава 13
Без четверти восемь наш с Терри завтрак был потревожен звонком в дверь. Так мы узнали, что охота журналистов на нас продолжается. К девяти часам утра под домом дежурило уже несколько машин, а в дверь еще пару раз звонили. Решив, что в мастерскую ехать не имеет смысла, я предложил дочери провести весь день дома.
Возможность второй день не ходить в школу ее необычайно обрадовала, но мне пришлось объясняться с миссис Новак. К моему облегчению, та оказалась в курсе всей ситуации, так что это не составило проблем. Напротив, она даже рекомендовала оставить Терри дома, пока шумиха вокруг нас не уляжется.
Все утро я провалялся на диване, лениво переключая телевизионные каналы и периодически просматривая, что пишут в сети. Везде было одно и то же. За прошедшую ночь ситуация в округе ухудшилась, снова пропало несколько человек, а количество народа перед правительственными зданиями увеличилось в десятки раз.
В ответ на это полиция оцепляла районы, не выпускала жителей за пределы блокированных территорий, разгоняла митингующих, но это мало помогало. Люди настойчиво требовали от властей объяснений. Паника наступала полным ходом и почти все города округа гудели, как потревоженный пчелиный улей.
Между тем видеоролик, что я вчера видел в телефоне Марты Дилл, вовсю гулял по интернету. Его показали и в новостях, но никто из представителей полиции так и не дал никаких разъяснений. Это затянувшееся молчание провоцировало самые разные, порой совершенно безумные версии о том, кем мог быть запечатленный на камеру выродок с обезображенным лицом. Автора видеоролика прессе разыскать не удавалось, что, в свою очередь, тоже нагнетало обстановку.
После обеда мне позвонил адвокат. Особый отдел наконец установил, кем были те двое, кому в позапрошлое воскресенье я отстрелил голову. Теперь у убитых мной появились имена.
Оба работали на скотобойне в городке еще меньшем, чем наш. Он был расположен в двадцати километрах к западу от места происшествия. Третий предположительно являлся их приятелем и работал вместе с ними. Его, несмотря на прочесывание леса вдоль и поперек, так и не нашли.
Вся троица пропала больше двух недель назад, но так как вели те парни довольно беспорядочный образ жизни, никто сразу не озаботился их исчезновением. Ни один из них не имел семьи, все приехали в округ из разных мест, арендовали общую квартиру
