Было время, когда Конче-Дарья текла на восток. Она не спеша несла свои воды среди песков. Рядом с основным потоком извивались бесчисленные рукава и рукавчики. Русла их часто оказывались занесенными песчаными отложениями. Но главное течение реки уверенно пробивало себе дорогу. В наиболее низменной части котловины, по которой текла Конче-Дарья, образовалось озеро, мелкое и все поросшее тростником. Это и был древний Лобнор, лежащий к северо-востоку от озера, открытого Пржевальским. И пока Конче-Дарья питала его своими водами, оно благополучно существовало.
Но вот произошли какие-то изменения, и река, оставив свое старое русло, метнулась на юг. И вскоре от некогда обширного бассейна Лобнора остались лишь жалкие следы в виде маленьких озер да многочисленных солончаков, а на месте прежде полноводной Конче-Дарьи — сухое русло, безжизненная Кум-Дарья.
Зато оживилось нижнее течение Тарима. Конче-Дарья, впадая в его рукав Кюк-Ала-Дарью, влила в него новые силы. Теперь полноводный Тарим, достигнув ближайшей впадины, разлился и образовал новое озеро. Оно ничем не отличалось от древнего Лобнора, сухое ложе которого осталось где-то севернее: такое же неглубокое, поросшее тростниковыми зарослями.
Таким и нашел его здесь Пржевальский в 1877 году.
Время шло. Конче-Дарья постепенно размывала песчаные наносы. Наконец она прорвала их, вновь устремилась на восток и заполнила водой свое старое мертвое русло.
Теперь стало мелеть озеро Лобнор Пржевальского. Точно так же, как раньше древнее озеро, оно вскоре стало меньше, дно его обнажилось и покрылось солончаками. Лишь кое-где сохранились еще небольшие блюдца сильно засолоненной воды.
А тем временем древнее озеро Лобнор оживало и принимало свой прежний вид. Конче-Дарья теперь питала его своими водами.
Почему же Конче-Дарья с течением времени изменила русло? Какие силы заставили ее проделать это?
В основном здесь две причины.
Прежде всего, это зависело от деятельности человека. По берегам Конче-Дарьи разбросано множество селений. Жители этих селений для орошения своих посевов сооружают каналы и отводят воду реки на поля.
В том месте, где Конче-Дарья поворачивала к югу, а к востоку уходила сухая Кум-Дарья, вода текла по каналам тоже на восток. Весь избыток воды с полей неизбежно попадал в старое высохшее русло — ведь оно было совсем близко. Вода размывала сухое ложе реки, или, как говорят географы, разрабатывала его, и этим как бы подготовляла к возвращению Конче-Дарьи. Это первая причина.
Вторая же зависит от характерных особенностей пустынных рек. Вот как объясняет это явление известный советский путешественник и исследователь Монголии Э. М. Мурзаев:
«Бесконечная работа рек, их разрушающая сила сама создает причины изменения течения. В низовьях Тарима и Конче-Дарьи господствуют песчаные и глинистые отложения, они легко размываются текучей водой, которая подмывает берега то с одной стороны, то с противоположной. Если во время сильного подъема воды в реке главная струя фарватера ударит в место ответвления старой протоки, то тем самым вода может прорвать и размыть перешеек, отделяющий протоку от главного русла, тем более что этот перешеек сложен рыхлыми наносными грунтами. В протоку хлынет вода, которая будет расширять и углублять ее русло. Старое русло может совсем отмереть, если падение в протоке окажется большим, а это определит и энергию реки. У Конче-Дарьи уклон круче, чем у Тарима, это способствовало тому, что и главный сток постепенно переместился на север в Кум-Дарью».
Так оно, очевидно, и получилось. До поры до времени Конче-Дарья текла в южном направлении, к Тариму. Но в один прекрасный день под ее напором не устояли песчаные наносы, преграждавшие ей путь на восток, в старое русло. Река прорвала их и с шумом устремилась в уже изрядно размытое и подготовленное к ее встрече водами из оросительных каналов сухое русло Кум-Дарьи.
Так река Конче-Дарья, вернувшись в свое старое русло, помогла решить загадку озера Лобнор.
Умершая река
падала ли когда-нибудь Аму-Дарья в Каспийское море? Этот вопрос долгое время занимал многих исследователей.
О существовании Каспийского моря знали еще древние греки и римляне. Но в те времена ученые не имели о нем ясного представления Одни думали, что Каспийское море — это большой залив океана. Другие — и они были совершенно правы — считали его замкнутым бассейном, не соединяющимся ни с каким другим морем. Однако все эти ученые, давая краткое описание Каспийского моря, среди многих рек, впадающих в него, неизменно называли Окс, Ох и Яксарт. И текли эти реки с Индийских гор. Вот, например, как писал в своем труде «География» известный римский географ Страбон: «Из тех самых Индийских гор, из которых текут Ох, Окс и многие другие реки, вытекает и Яксарт, впадающий, подобно им, в Каспийское море».
Без сомнения, на современной географической карте искать эти наименования было бы напрасно: они давно сменились другими. Ученые установили, что Оксом в старину называли Аму-Дарью, Яксартом — Сыр-Дарью, Охом, очевидно, реку Атрек. А под Индийскими горами подразумевали горные хребты Средней Азии и все, что за ними лежало на юг и восток.
Значит, первые упоминания о том, что Аму-Дарья несла свои воды в Каспийское море, появились еще в самом начале нового летосчисления, когда Страбон писал свою «Географию».
Конечно, полностью доверять описаниям древних ученых нельзя. Ведь они сами никогда не видели ни Каспийского моря, ни рек, впадающих в него.
Гораздо достовернее сведения, оставленные арабскими географами спустя почти тысячу лет после Страбона. Аму-Дарью они называли Джейхун и описывали ее уже не по туманным рассказам, а на основании собственных наблюдений. И что же оказалось? В описаниях всех арабских географов IX и X веков говорилось, что Аму-Дарья, так же как и Сыр-Дарья, впадала не в Каспийское, а в Аральское море. Правда, кое-кто из них упоминал о сухом русле, отходящем от Аму-Дарьи в сторону Каспия. При этом ссылались на предания, бытующие среди жителей низовьев Аму-Дарьи. В них рассказывалось, что когда-то, в очень отдаленные времена, Аму-Дарья поворачивала от Аральского моря на запад, к Каспийскому.
Аму-Дарья по арабским источникам.
Значит, одно из двух: либо Аму-Дарья несла свои воды только в Каспийское море, либо одновременно впадала еще и в Аральское, раздваиваясь в своих низовьях. Такой вывод можно сделать из сочинений арабских географов IX–X веков.
А спустя три столетия известный персидский географ Казвини в одном из своих трудов говорит: «Море Хазарское. В нем около 200 островов. Из них самый известный Абескун теперь скрыт под водой по той причине, что Джейхун, прежде впадавший в Восточное море, расположенное против страны Яджудж и Маджудж, около времени появления Монголов изменил свое течение и направился к этому морю. Так как это море не соединено с другими, то по необходимости вода затопила часть материка для уравнения прихода и расхода».
Хазарским морем Казвини называет Каспий, Восточным — Аральское море, Джейхуном — Аму-Дарью. Монголы в низовья Аму-Дарьи пришли в начале XIII века. В 1221 году они завоевали государство Хорезм, расположенное у впадения Аму-Дарьи в Аральское море.
В другом своем сочинении Казвини утверждает, что хотя Джейхун изменил свое течение и направился в Каспий, но часть его вод продолжала изливаться в Аральское море.
Примерно то же говорит и арабский географ Ал-Омари. Он упоминает о двух рукавах Аму-Дарьи. Один из них, вероятно, не что иное, как главное русло реки, а второй — сухое русло, ведущее к Каспию.
Нет оснований не верить Казвини и Ал-Омари. Их свидетельства — не пустые предположения, а факты. Впадала ли Аму-Дарья в древности в Каспийское море, остается только догадываться. А вот что она до XIII столетия текла в Аральское море, а потом образовала рукава и частично повернула на запад, к Каспию, можно не сомневаться.
Но ведь сейчас Аму-Дарья снова целиком вливается в Аральское море. Когда же высох западный рукав реки?
Абулгази, хан Хивы, живший в первой половине XVII века, написал об этом событии в своей «Истории». Там рассказывается, что в 1573 году Аму-Дарья перестала течь на запад и повернула свои воды опять в Аральское море.
Хан Хивы Абулгази в своей «Истории» упомянул об Аму-Дарье.
В России и Западной Европе это стало известно несколько позднее, и на картах еще долго изображали Аму-Дарью впадающей в Каспийское море.
Однако ко времени царствования Петра I об этом уже узнали. В 1714 году к царю Петру I привели туркмена Хаджи-Нефеса. Он рассказал, что «в стране, лежащей при реке Аму, добывается песочное золото и что хотя речка эта, впадавшая прежде в Каспийское море, ради безопасности от русских узбеками отведена в Аральское море, но, перекопав плотину, можно обратить реку в ее прежнее русло…»
