Ни на секунду не ослабляя натиска, Рия поцеловала его в грудь, лизнула сосок…
Сдавленно дыша, Натан понял, что просто не в силах отослать ее прочь. В конце концов, она же сама к нему пришла? И сама его хочет.
Похоже, рядом с ней он никогда не сможет до конца себя контролировать и так и останется слабым. Рядом с той женщиной, которая так отчаянно нуждается в честном, сильном и надежном мужчине. В таком, каким он никогда не сможет стать. И рядом с ней он всегда будет мечтать о еще паре минут, о еще паре поцелуев…
Разве не этого он всегда боялся?
Но именно эта женщина помогла ему хотя бы на пару недель обрести мир и гармонию, спасая от бесконечного одиночества.
И сегодня у них есть еще одна ночь, которую можно заполнить наслаждением и друг другом.
Решившись, Натан наконец ответил на поцелуй, жадно набросившись на податливые губы и пьянея от одного лишь ее запаха.
Ненасытные прикосновения, плотно сплетенные тела…
С небывалой отчетливостью Натан вдруг понял, что больше никогда не прикоснется, не обнимет и не поцелует другую женщину. Только сейчас до него дошло, что проблема была не в больном сердце, а в том, что он пытался объять необъятное, отказывая себе в самых простых вещах.
Все, что он делал, все, чего он сумел достигнуть, казалось сейчас чем-то далеким и совершенно не нужным. Да и к чему все, если он не в состоянии произнести тех слов, что застряли в горле и не могут двинуться дальше?
Если бы он только мог сказать, как сильно ее любит и как много она для него значит… Объяснил бы, что она оставила на его сердце неизгладимый след и сумела привнести в его жизнь прощение…
Рассказал бы, каким живым он чувствует себя рядом с ней и что хотел бы состариться вместе, защищая, заботясь и любя.
Поцелуй, вздох, новая ласка…
Не в силах насытиться близостью и сплетясь в жадных объятиях, они повалились на кровать единым клубком жгучей страсти. Запустив руку ей между ног, Натан мгновенно убедился, что она уже готова, и довольно потер ее средоточие женственности, заставив сдавленно застонать…
Но на этот раз она не просто принимала его ласки, но и сама активно задвигалась, лаская, целуя, кусая…
Не в силах больше сдерживаться, Натан быстро расстегнул брюки, стянул с Рии трусики, пошире раздвинул ей ноги и, глядя прямо в глаза, вошел в нее одним мощным движением, заставляя выгнуться дугой и сцепить ноги у него на бедрах. Двигаясь все быстрее, Натан чувствовал, что они оба уже на пределе, и стоило ему лишь погладить ее влажные складки, как она сразу же взорвалась, и он вонзился в нее еще глубже и быстрее, направляя и увлекая за собой. Подхватив Рию руками под бедра, он перекатился на спину, усаживая ее на себя верхом. Погладил, поцеловал, наслаждаясь сладковатым вкусом и ароматом…
Чувствуя, как плотно она облегает его своим жарким телом, Натан вдруг понял, что нашел единственное место, из которого ему никогда не захочется уходить. Место, которому он принадлежит целиком и полностью, место, которое и есть его настоящий дом, тот самый дом, о котором он все эти годы страстно мечтал, но гнал эти мечты, не в силах признать очевидное.
Теперь, когда его сердце наконец-то отыскало любимую женщину, с которой им не суждено быть вместе, он больше никогда не сможет смотреть на других.
Натаниэль Рамирес оказался безнадежным однолюбом. И теперь у него просто нет выбора.
Раз Рию он получить не может, значит, ему вообще никто не нужен. Осознав это, он понял, как отчаянно сейчас в ней нуждается. Осторожно уложив ее на живот, он немного подождал, давая ей возможность возразить, но она лишь слегка повернула голову и улыбнулась:
– Нат, сегодня я целиком и полностью в твоем распоряжении. Можешь делать со мной все, что захочешь.
Запустив руки ей под бедра, он слегка потянул на себя, заставляя подняться на четвереньки, пробежался пальцами по пояснице, проложил цепочку поцелуев по позвоночнику, нашел влажное, скользкое средоточие ее желания, готовое принять его в себя…
Запустил в нее сперва один палец, затем второй… Подавшись вперед, он лизнул ее в ухо.
– Мне остановиться?
– Нет, пожалуйста, продолжай.
Больше его ничего не сдерживало. Крепко ухватив ее за бедра, он снова вонзился в нее, сразу же чувствуя, как Вселенная сжимается в точку, вокруг взрываются звезды, а сам он летит куда-то в бесконечность.
Ни мыслей, ни контроля, ничего не осталось. Одна лишь всепоглощающая любовь и желание к распростертой под ним женщине, что вместе с ним сейчас взлетала на вершину блаженства.
А когда они оба снова пришли в себя, Натан скатился на простыни и нашел губами губы Рии.
– Я сделал тебе больно? – Осторожно притянув к себе Рию, он легонько погладил ее по голове, но она лишь свернулась клубочком и покачала головой. – Рия, пожалуйста, посмотри на меня.
– Все хорошо, просто… Думаю, мне пора уходить. Рия изо всех сил пыталась побороть нарастающую панику. Она пришла попрощаться, ведь не могла же она просто уйти, больше ни разу так и не почувствовав прикосновения его рук и не ощутив близости с человеком, рядом с которым впервые в жизни сумела почувствовать себя любимой и значимой.
А в итоге только загнала себя в западню еще дальше.
И теперь ни в коем случае нельзя сдаваться и просить о еще одной секунде, минуте, часе… Нельзя просить о том, чтобы он продолжал сжимать ее в объятиях, целовал, ласкал, нельзя мечтать о следующей ночи или о том, чтобы он позвал ее с собой…
Потому что ни одна, ни тысяча ночей не изменят его натуру и не заставят почувствовать к ней нечто особенное. Сама же она отчаянно нуждается в нем и готова прожить всю жизнь, ни на секунду не расставаясь. Но что бы она там сейчас ни чувствовала, ни в коем случае нельзя показать, как сильно он ее ранил. Она просто не вынесет, если он сейчас назовет ее наивной дурочкой и скажет, что предупреждал.
Завернувшись в простыню, она подобрала с пола платье и скрылась в ванной.
– Рия, послушай, – начал Натан, когда она снова вернулась в спальню, – у меня есть знакомые на Бали, позволь мне…
– Нет. Мне не нужна твоя помощь, а сейчас мне пора.
Замерев на месте, Натан лишь молча наблюдал, как она уходит.
– Прощай, – выдохнула Рия, но стоило ей лишь взяться за дверную ручку, как она поняла, что, пока не выговорится, не успокоится. – А ты вообще собираешься сюда возвращаться? Не ради меня, я отлично понимаю, что ничего для тебя не значу, ради Роберта?
– Нет, и отец это знает. Слушай, Рия, мой уход не имеет к тебе ни малейшего отношения, не создавай нам ненужных сложностей.
– Тебе действительно все это так просто? Когда же ты успел превратиться в такого ублюдка? Или ты просто не понимаешь, кем стал?
