верить в осязаемые вещи. Призраки не оставляют следов своих злобных деяний. Этим обычно занимаются люди.
– Как проницательно, – похвалил король.
Тэмпест проглотила свое отвращение к снисходительному тону Дестина. Пусть говорит с ней свысока. В конце концов его погубит то, что он ее недооценивал.
– Я живу, чтобы служить, милорд, – сухо ответила она.
– Сарказм. Низшая форма остроумия, – съязвил принц.
Тэмпа вскинула брови, глядя на него.
– Горшок над котлом смеется, а оба черны.
– Ты быстро учишься, – заметил Дестин, покачав головой и весело сощурившись.
– Чему, милорд?
– Обмену остроумными комментариями.
– Игра со словами – тоже своего рода форма ведения войны.
– Полностью согласен.
Король протянул ей руку, и она приняла ее. Ведомая им, она заняла пространство между Дестином и принцем. Волосы на затылке встали дыбом от взгляда, которым ее одарил Мэйвен. Принц прижался к ее левому боку, как только лорд Бетраз завладел вниманием короля.
– Может, ты и обвела моего отца вокруг пальца, но я вижу тебя насквозь. Не думай, что я не замечаю, что ты творишь. Тебе лучше не совать свой нос туда, куда не нужно. С того места, где стоишь, ты будешь очень долго и больно падать.
– Две с умом проработанные угрозы за один день. Что же я такого сделала, чтобы привлечь внимание самого принца? – пробормотала она, блуждая взглядом по залу. Несколько стоящих поблизости аристократов зевали и выглядели растрепанными. Неужели церемония обручения состоялась всего лишь прошлой ночью? Тэмпест бросила взгляд на принца. – Можете найти кого-нибудь другого и угрожать им, сколько пожелаете.
Наклонившись к ней, он обжег ее шею своим дыханием.
– Думаешь, что ты намного лучше меня. Думаешь, что можешь в чем-то отказать своему наследному принцу?
– Я предана королю, – беспечно сказала она. – А вы не король.
Дыхание принца с шипением вырвалось из легких, а его лицо покраснело.
– Наслаждайся свободой, пока можешь, – выпалил он. – Скоро ты сама окажешься на месте казни.
Он умчался прочь, а Тэмпест постаралась не показывать своего облегчения. Шею покалывало. Ее охватило невероятное желание стереть с себя все следы присутствия принца. С ним что-то не так. Он словно был не в себе. Придется держать с ним ухо востро. Стоит копнуть поглубже и найти что-нибудь на него. Если у короля появится причина сомневаться в наследнике престола, то любые обвинения, выдвинутые принцем против нее, будут выглядеть необоснованно. Но это можно отложить на потом.
Король оглянулся через плечо и улыбнулся ей, снова протянув руку в приглашающем жесте. Разве можно, собираясь на массовую казнь, выглядеть таким лучезарно счастливым? Похоже, так и проявляется безумие. Теперь понятно, в кого такой принц.
Лорд Бетраз слабо улыбнулся ей. В его налитых кровью глазах читалась усталость. Удалось ли ему поспать или он все еще был пьян с прошлой ночи? Она мило улыбнулась мужчине в тот момент, когда он взял ее руку и поцеловал тыльную сторону ладони, бормоча пустые комплименты. Отпустив ее, он указал в сторону балкона.
– Зрелище будет потрясающим, не так ли? Двору всегда подавай кровавых зрелищ.
Нечто демоническое блеснуло в его глазах.
С некоторым трудом Тэмпест обуздала свое отвращение к гедонистическому высшему классу.
– Вы правы, – мягко ответила она. Ей приходилось слышать о любви лорда Бетраза к кровопролитию, но она до сих пор не знала, правдивы ли слухи.
Двери в тронный зал открылись, и Тэмпест направила свое внимание на них. Она попыталась скрыть свое удивление, когда увидела входящего в комнату огромного, неповоротливого мужчину. Копалиец. Гигант! Она смотрела на него с любопытством. Никогда еще ей не доводилось видеть настолько больших людей. Рядом с гигантом Бриггс покажется крошечным. Она посмотрела на мускулы, натянувшие ткань рукавов его шелковой рубашки, и на размер его руки. Вероятно, у него бы получилось размозжить ей череп всего одной ладонью. Как же интересно.
– Что за чудовищный мужчина, – прошептал лорд. – Какой необычный и грубый.
– Может, они и грубы, но из них получаются сильные союзники, – мягко сказал король.
Лорд побледнел и низко поклонился.
– Приношу свои извинения.
Дестин кивнул и подставил ей локоть.
– Миледи, мы можем идти?
Она покорно взяла его под руку, а затем вместе с королем возглавила процессию, направляющуюся к месту казни.
– Что думаешь о нашем копалийском друге? – заговорщически прошептал Дестин.
Какого ответа ждал король?
– Воина можно определить по одному взгляду, – честно ответила она. – Я бы хотела провести с ним спарринг.
– Конечно. Ты ведь всегда готова принять вызов, правда?
– Я стараюсь.
Они замолчали, выйдя из дворца и ступив на Покинутые Земли. До этого Тэмпест бывала там лишь единожды. Дима водил девушку туда во время ее подготовки, дабы она могла понять, что именно случалось с теми, кого осуждали за преступления, и осознать серьезность долга Гончих, а именно: принимать к сведению все исходные данные. Никто не хочет проливать кровь невиновных.
Она с трудом сглотнула, чувствуя, как ненависть к этому месту норовит вырваться на поверхность. Гладкий черный гранит под ногами, казалось, впитывал в себя весь падающий сверху свет. Она рассматривала возвышающийся постамент с двумя тронами и небольшим богато украшенным креслом слева от центрального трона. Роскошные сиденья выстроились рядами ниже. Троны возвышались над всем, словно часовые.
Ветер играл с волосами Тэмпест. Снег покрывал ониксовую землю. Ее взгляд переместился к гильотине с поблескивающим в тусклом утреннем свете зловещим лезвием.
Тэмпест приподняла юбки, и король повел ее вверх к пьедесталу. С каждым сделанным шагом желудок сжимался все сильнее. Черт возьми, не может же она просто сидеть на протяжении всей казни, правда? Что, если Пайр не сможет спасти людей? Она ни за что не сможет сидеть сложа руки, пока казнят невиновных.
Доверие. Доверие. Доверие.
Они достигли верхней точки возвышения, и Дестин похлопал Тэмпест по руке с нежной улыбкой на его красивом лице.
– Теперь ты можешь отдыхать со спокойной душой, Тэмпа, – проговорил он. – Представляю, как ты устала после всего, что произошло прошлой ночью. Сегодня правосудие восторжествует.
От прикосновения короля и его слов по коже побежали мурашки. На самом деле его речь можно было бы счесть утешительной, если бы она исходила из уст другого человека. Любого, кто действительно имел в виду то, что говорит.
Горло обожгло желчью.
– Признаюсь, последние несколько дней дались мне тяжело.
– Не волнуйся, дорогая. Все будет хорошо.
Тэмпест могла поклясться, что ее сердце пропустило удар, когда она посмотрела в лицо короля, столь полное нежности. Не из-за его внимания, а из-за опасной идеи, зародившейся у нее в голове. Той, о которой, скорее всего, не стоило и думать.
Он провел ее
