ушам ездить. Ты-то здесь зачем?
— По поручению генерала Франхейма.
— Даже так? — Олд был откровенно удивлен.
— Мне доверено переправить вас в более безопасное место. Так что ничего не поделаешь, надо двигать.
— Подождите, майор, — Карт настороженно смотрел на разведчика, — сначала объяснитесь, что нам угрожает и почему я должен вам доверять?
— Хм, — Дрозд улыбнулся, — а ты растешь парень. Смело дерзишь старшему по званию.
— Если ты читал мое досье, то должен знать, что я и морду могу запросто набить.
— Это ты про скандал с Орловым? — глаза майора сузились. — Зря ты так в бутылку лезешь, Карт. Объяснение же у меня простое — я ученик Франхейма. Он любит своим доверенным последователям поручать некоторые деликатные дела. Меня ты знаешь, генерала тоже, проверить мои полномочия несложно, — Дрозд протянул рейнджеру маленький планшет. — Взгляни, параграф три.
Карт внимательно просмотрел сообщение, пару раз нажал виртуальные клавиши и удовлетворенно проговорил:
— Теперь все неясности сняты. От кого ждем проблем?
— Контрразведка, насколько я понял. Они каким-то образом спелись с людьми Нахимова. Слышал о таком?
— Да, — Карт теперь всерьез встревожился.
— Парни, я что-то не догоняю? — Ларсен наблюдал за товарищами с еле скрытой улыбкой.
— Нахимов руководит неким тайным сектором Дальней разведки, — уточнил майор, — каким местом он к Карту, я и сам не представляю. Ал, может, поделишься информацией?
— Извини, не поделюсь. Куда нам сейчас?
— Это на другой стороне астероида, поедем на скоростном транспорте. Надо вам разработать обходной маршрут, а в том секторе у меня свои люди.
— Не надо обходных маршрутов, майор, мы тут у себя дома, — неожиданно заявил Ларсен. Карт удивлено посмотрел на старого друга, но перечить тому не стал. Его, вообще, сейчас обуревали странные ощущения. Как будто глаза, заспанные до непрозрачности, оказались промыты чистой родниковой водой. Все рецепторы стали сверхчувствительны, даже те, которые были ему доселе незнакомы. Он неожиданно для себя очень отчетливо рассмотрел помещение, уже повидавшее виды, но поддерживающееся в относительно хорошем состоянии.
Чуть потресканный пластик, недавно замененные световые панели, «вечная» обивка пола, впитавшая в свои микротрещины многолетнюю грязь, не смываемую роботами-уборщиками. Еле ощущаемый ветерок от вентиляции пах гигиеническими отдушками и прогорклым маслом. Ему импонировало ледяное спокойствие Олда, уверенность в своих возможностях, сквозившее от Николая. Это придавало сил, дарило надежду на удачный исход будущего противостояния. А то, что оно началось, он уже не сомневался. Генерал не стал бы попусту посылать к нему доверенного человека. Пока он был на отдыхе, Карт осторожно навел все необходимые справки. Официальные службы и ведомства даже не подозревает, сколько секретной и очень секретной информации могут добыть даже простые солдаты и сержанты.
— Тогда идем!
Они подхватили солдатские баулы и, пройдя через дверь, двинулись по длинному коридору, затем через шлюз попали в огромное помещение станционной транспортной развязки. Высокий потолок терялся в сотнях метрах наверх, посреди причудливо изогнутых трубопроводов. Широкие полотна бегущих дорожек пересекались на разных уровнях, между ними неспешно плыли ступеньки эскалаторов. Табличек и указателей, как и везде у военных, было мало. Тактический трассер без проблем помогал ориентироваться в этом, казалось бы, хаосе, наполненной тысячами людей. У Алекса поначалу даже закружилась голова. Следовало привыкнуть к такому обилию информации, ставшей доступной из-за обострившей чувствительности молодого человека. «Надо как-то научиться управлять этим непривычным даром».
В глазах рябило от новых лиц, разнообразия формы, одежды. На станции сталкивались бойцы всех родов войск, в составе персонала работало множество гражданских лиц. Запахи, неожиданные тактильные ощущения, звуки, Карт чувствовал себя, как будто принял хорошую дозу марихуаны, только голова соображала намного лучше. Впереди их маленькой группы четко вышагивал Дрозд, рассекая могучими плечами толпу военнослужащих. За ним двигался сам Карт, а чуть позади Ларсен, внимательно оглядывая с высоты своего роста все вокруг. В этой толчее можно было запросто затеряться, но опять же, ты был всегда на виду.
Сотни камер все кругом просматривали и сканировали. Тысячи людей двигались по своим делам, или на вахту, или закончив работу. Озабоченные космофлотчики, как всегда, считали себя первее всех, ввинчиваясь в толпу небольшими группами. Долговременная работа в одном экипаже сказывалась на их поведении. Пехота, команда гренадеров, видимо, недавно с боевых действий, ошарашенно пытаются разобраться в хитросплетении дорожек. К ним медленным шагом подходит местный сержант из военной полиции, также лениво изучает их предписание и посылает вперед коротким увесистым жестом. Вот сплоченная группа легионеров в серых парадках. Сразу видно, что парни из отпуска. Веселы, шумны и сержанту-полицейскому дерзят с наглыми лицами. А что им боятся? Возможно, завтра они уже будут идти в жестокий бой, сидя в своих грохочущих машинах-монстрах. Что потом остается от взорвавшихся легионерских панцеров, Алекс видел. Его непонятное для товарищей любопытство несколько задерживало их небольшую группу.
— Ал, что тормозишь? — прошептали сзади.
— Потом расскажу.
Карту было интересно воспринимать мир через призму обостренных ощущений. Это даже давало некоторые преимущества: вот он угадал маневр замешкавшегося гренадера, вот увернулся от баула громадного сержанта в форме техника. Но через некоторое время у молодого рейнджера появилась новая проблема. Он внезапно понял, что привлекает чересчур много внимания. Причина этого была ему непонятна. Хотя надо признаться, что рейнджер в полевой форме, с широким реестром наград, так и так бы привлек внимание окружающих. Это нечастые гости на тыловых станциях. Да и нашивки штатс-сержанта на плечах относительно молодого солдата, и бриллиантовый меч на груди являлись вещью далеко неординарной. Но здесь явно было нечто другое. Помог новый обостренный слух: «Первый брат. Это он. Брат. Брат. Смотри, это первый». Карт после осознания происходящего, даже встал на месте, как вкопанный.
— В чем проблема, брат?
— Олд, блин, они что, все знают?
— А ты думал, — норвежец усмехнулся. — Получи свою долю славы, бродяга! Давай быстрее сваливать отсюда. Вон, наша дорожка, пять бис три.
Чуть позже, когда они встали на бегущую ленту, Карт снова спросил:
— Получается, ты уже был в курсе и меня, зараза, не предупредил?
— Что поделать, ты сам должен ощутить.
— Это уже так далеко зашло?
— Возможно. Честно говоря, я не в курсе всех заморочек. Все развивалось слишком стремительно. Пришлось по факту стать Вторым посвященным.
— Вот как? Теперь я что, великий Гуру?
— Типа того. Так, не отвлекайся, Дрозд сигнализирует, что сходим на следующем перекрестке.
Под лестницей Карт сразу ощутил приближение неприятностей. Он живо вычислил трех сержантов в форме технической службы, слишком уж накачанными были их плечи и тяжелыми взгляды. Алекс локтем толкнул Ларсена. Тот, придерживая друга за плечо, повернулся в сторону проходивших мимо гренадеров. Оттуда живо подскочил молоденький капрал, и вскоре трое
