Сам стол, покрытый скатертью из ароматных лепестков белой розы, был произведением искусства. В окружении толстых мерцающих столовых свечей различной высоты возвышались драпированные черным бархатом бюсты, на которых демонстрировались украшения работы Рэйчел. Обрамленные драгоценными металлами, мерцали драгоценные камни. У Рэйчел захватило дух от такого зрелища.
— Поздравляю, carina, — прошептал Тони ей на ухо. — Думаю, ты не имеешь ничего против белых роз. Это была моя идея. Но дизайнер здесь ты, поэтому в следующий раз сама будешь продумывать витрину. Об этом ты мечтала?
— Это больше, чем я мечтала, — ответила Рэйчел, и глаза ее увлажнились. — Это намного больше…
Весь оставшийся вечер походил на сон. Шампанское текло рекой. Среди гостей сновали официанты в черных костюмах, неся серебряные подносы с наполненными бокалами и миниатюрными кулинарными изысками. Рэйчел пила чай со льдом и разговаривала не переставая. Люди восхищались ею, и она вдруг почувствовала уверенность в собственных силах.
— Я хочу это украшение, — сказала Пиа Констанзо.
По словам Тони, Пиа была супругой высокопоставленного члена парламента и ее семья владела виноградниками в Тоскане. Она выбрала широкий браслет из золота восемнадцати карат, инкрустированный голубыми сапфирами и бриллиантами. В бутике его цена превышала пятьдесят тысяч долларов, но ни одну из дам на этой вечеринке цены не интересовали.
— Для меня это слишком скромно, — сказала стоявшая рядом молодая женщина, актриса, известная своими жаркими сценами на экране и пикантными приключениями в личной жизни.
При других обстоятельствах их пути никогда бы не пересеклись. По лицу Пии было видно, как она относится к этой особе.
Дафни решила разрядить обстановку:
— Вот это подойдет тебе, Тауни.
Она выбрала цельный серебряный браслет, украшенный ониксами, и застегнула его на татуированном запястье актрисы.
— Точно. И вот это кольцо. — Тауни показала на серебряную стрекозу с крыльями, инкрустированными синими лунными камнями.
Вечер так и продолжался, работы Рэйчел расхватывали, как сладкие пирожные. Только откровенное заигрывание женщин с Тони расстраивало ее. Рэйчел в недоумении гадала о причинах подобной фамильярности. Ревновать было глупо. Но в голове все время вертелись одни и те же вопросы: как долго это будет продолжаться? Когда Тони заскучает и бросит ее? И сможет ли она остаться просто его деловым партнером?
Уже было почти два часа ночи, когда Тони и Рэйчел собрались вернуться в отель. К ее изумлению, они не были последними.
— Ну, как ощущения? — спросил Тони, когда шофер подал машину. — Как будто завоевала целый мир?
— Скорее галактику. Или даже вселенную.
— Тогда, думаю, тебе будет приятно услышать, что на следующей неделе Дона Лоренцо пригласила нас в Милан.
— Дизайнер обуви, которую открыла Дафни?
Дона, высокая черноволосая женщина с ослепительной улыбкой, чувственная и сексуальная до неприличия, весь вечер не спускала с Тони глаз. Либо между ними что-то было, либо она собиралась что-то начать. В любом случае Рэйчел эта особа была неприятна.
— Да. Она оплатила фотосессию в одном из моих журналов и хотела бы объединить свои изделия с твоими работами.
— Ты согласился?
— Я сказал, что спрошу тебя.
Рэйчел тут же повеселела:
— Думаешь, нам следует поехать?
— Это хорошая возможность повысить интерес к твоим работам, прежде чем ты завоюешь американский рынок. Надо раскрутиться.
В темноте салона автомобиля она увидела его улыбку.
Раскрутиться. Именно это сейчас происходило с ней. Голова Рэйчел была полна идей, картин, впечатлений и вопросов, и не все из этого относилось к карьере.
— Хорошо. — Рэйчел кивнула. Затем, когда она уже не могла больше терпеть, нагнулась и тронула водителя за плечо: — Остановите, пожалуйста, per favore. — Обращаясь к Тони, она уточнила: — Как сказать «остановите»?
— Accostare qui, — обратился к водителю Тони. Когда лимузин остановился, он спросил Рэйчел: — Что случилось? Почему надо остановиться?
— Я хочу… мне надо пройтись. Мы же недалеко.
— Еще пару кварталов, — ответил он. — Carina, все в порядке?
— Да. — Но к ужасу Рэйчел, ее глаза наполнились слезами.
Она попыталась скрыть их, поморгав, но они скатились к щекам. Вытирая влажную кожу, она пробормотала:
— Прости меня. Думаю, на меня так подействовал этот вечер.
Тони взял Рэйчел за руку и поцеловал ладонь:
— Тогда давай пройдемся.
Ночью на улице было тихо. Стук ее каблуков был единственным звуком какое-то время. Затем они услышали шум воды. За углом оказалась площадь, а в центре нее — фонтан.
— Это не Треви. Но считается, что, если бросишь монетку в фонтан и загадаешь желание, оно сбудется.
Рэйчел села на низкий парапет, обрамлявший фонтан:
— Все мои желания уже сбылись.
— Все? Точно все? — Тони вытащил из кармана пару монеток. — А мне, боюсь, потребуется помощь для исполнения моего желания.
Он дал Рэйчел монетку. Затем, поцеловав на удачу, бросил свою монетку в фонтан. «Что он загадал?» — подумала Рэйчел. Она не стала спрашивать: никому не стоит рассказывать о своих желаниях. Да и ответ услышать было боязно.
— Теперь ты, — сказал Тони.
Она потерла монетку большим пальцем. Теперь у Рэйчел есть карьера, о которой она столько грезила, мужчина, поддерживающий ее во всем… Она была счастлива.
«Я желаю, чтобы это длилось вечно».
Как и Тони, она поцеловала монетку и бросила ее в фонтан.
Глава 12
Рэйчел никогда не была на фотосессии. Тони рассказал ей все, что знал, объяснил важность освещения и постановки кадра.
Она кивала, покусывая губу, но Тони не был уверен, что она слышала хоть слово.
— Мне нравятся лепестки белых роз, — заметил он.
Их выдували специальные гофрированные насосы, и они разлетались по всей съемочной площадке. В этот раз Рэйчел его удивила.
— Это я попросила, — произнесла она. — Мне понравилось, как лепестки смотрелись на столе Дафни.
— Я вижу, послушалась меня.
— Это мои работы, хоть и не моя фотосессия.
«Она многого добилась за такой короткий период», — с гордостью подумал он.
— Белые розы станут твоим фирменным знаком, который будет присутствовать на всех показах и фото-сессиях. Помимо украшений, разумеется, — рассмеялся Тони.
— Да. — Она улыбнулась. — Как визитка. Я не собираюсь привередничать, но, как ты сам знаешь, я дизайнер. Я должна обладать каким-то влиянием на выбор презентации моей коллекции.
