А ведь могли пустынники и делов наворотить! Если бы их старший пользовался головой, а остальные одевались на войну как на войну, а не как лицедеи на ярмарку.
Или же всё-таки не могли?
— Тьху ты… — Бате преподнесли трофейное оружие, оказавшееся допотопным фитильным мушкетом монструозного калибра. И вес у него — соответствующий. Командир разочаровано вздохнул:
— Ладно. На обратном пути заберём. Только смотрите мне, чтобы местным — ни слова!
Оно и понятно… Опять на жалость давить начнут, так оставить придётся. Был бы толк — вообще не проблема! Вот только, что бабы али детвора, с оружием делать будут? Ну вот прилетят их опять неволить подонки эти бородатые, и что? А ничего! В лучшем случае, догадаются закопать или утопить. В худшем же — дополнительно вооружат врага. А враг то этот сзади. То бишь — тыл!
Командира послушались все, кроме отъявленных мародёров. Кое-кто нацепил на себя наручи и поножи, даже не утруждаясь оттереть их от крови.
Пошли дальше.
Деревушка показалась спустя ещё минут пятнадцать. И всё, как всегда. сначала пахота, за ней — сараи и амбары, а дальше уже избы. В этот раз — значительно больше, чем на предыдущем остров. Головные дозоры насчитали целых пять десятков дворов. А ещё с пригорка сумели рассмотреть и посчитать патрульных.
Целых пять человек!
И все они традиционно собрались у большого сарая. Значит там местные жители!
Макс с Кеншином наблюдали, наверное, четверть часа, но кроме стражи никого так и не увидели. Пробовали и за окнами следить, в первую очередь окраинных домой и самых больших усадеб. Пытались рассмотреть дым от трубок и даже пар от дыхания… Но ничего так и не нашли.
Доложили Бате, тот, недолго думая, отправил дозоры входить в село и снимать часовых.
Окраины встретили наёмников и девятерых смельчаков пустыми домами. По мере приближения к центру — ничего не менялось. С наблюдательного поста на холме — действия дозоров прекрасно просматривались. Так что и командующий и рядовые с сержантами видели, что посёлок пустой.
А когда до врага оставалось всего-то огород пройти, да забор перемахнуть — сослуживцы затаили дыхание.
Всё произошло слишком быстро, чтобы даже начать успеть волноваться. Пара секунды и всё! Сначала арбалетчики убили двоих, а затем офицеры и один сержант расстреляли остальных из пистолетов. Видать, не захотели рисковать навредить пленникам, если вдруг какая пуля и стену сарая пробьёт.
В отличии от предыдущей деревни, местные бабы эмоций не таили. Вой поднялся такой, что солдаты аж за вершину холма отползли. Лишь бы не слышать этого плача…
После короткого общения, проверили резиденцию старосты. Того на месте не нашлось, видать в леса сбежал, как жареным запахло. Но бабьё пообещало насадить его на вилы при первой же возможности.
А вот священника на твердыне не оказалось совсем. Также, как и на предыдущей. Хотя эта вроде и не маленькая… Женщины сказали, что никогда не было своего, а два раза за год из метрополии приходили. И либо проездом, на дальние острова шли, да с обозами и голубями, либо в гости на лето или зиму и потом обратно, во время следующей пристани.
Пожалуй, странность можно было бы списать на близость к местечковой столице. Ведь всяко проще контролировать, чем тот же Стиллролл аж на девятнадцатой орбите. Там святой отец давным-давно Свету душу отдал и местные собственного алкаша назначили, а в метрополии, наверняка — ни слухом, ни духом…
В общем не суть.
Обратно воинство шло преисполненное чувства выполненного долга. Ещё одна крупная победа! Ещё два шара. И ещё немного трофеев. Рядовые возмутились, мол местным бы оставить! Тогда Бате пришлось пообещать выдать всем премию, с продажи добытого оружия. Ясен-красен, что он и половину выручки на личный состав не пустит, но мужикам это знать неоткуда. Услышав о деньгах — роптать перестали.
И снова рокот скал, и снова нескончаемый небесный простор…
* * *
И снова скука!
Дабы хоть немного отвлечься, бойцов сразу посадили приводить добычу в порядок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Металлолом, конечно, оставлял желать лучшего. Два комплекта доспехов, пусть и паршивеньких, растащили сразу на месте. Только кирасы не тронули. Они даже на первый взгляд были хуже родных. Ну и ещё с десяток разнообразных панцирей и шлемов нашлось.
Что же до холодного оружия: ржавое, гнутое, тупое, обломанное… Даже несколько копий с просто заточенными древками, то есть — без наконечников! Понятное дело, что их не взяли. Хотя, была бы баллиста, сошли бы за какие-никакие боеприпасы.
В общем, как бы не хотелось тащить весь этот хлам, но пришлось! Ведь даже медяки — это деньги. Ну а покупатель во время войны всегда найдётся.
И только с огнестрельными раритетами вопросов не возникало. Фитильные ружья чистили, смазывали где надо и упаковывали в специальные чехлы. Последнее, кстати, изобрёл Лайонел. Чтобы приобрести хоть какое преимущество в предстоящем торге, он предложил создать иллюзию новизны.
— Мужик, не гони! Ткань большим рулоном дороже продать получится, чем на этих твоих конвертах выиграть. — возмущался придумке Батя, но Лай был непреклонен:
— Папаш, это ты не гони! Куда ты столько ткани сбагрить собираешься? Ты если на рынок одной твердыни единовременно столько выбросишь, то мигом цену обрушишь.
— В смысле?
— У тебя один шар торгаши местные заберут, на части его порежут и будут продавать их поштучно. Цена в общей сложности больше чем у тебя получится, но при этом челяди всякой удобнее будет у них покупать. И вообще, ты представляешь себе кого-то, кто у тебя купит такое количество специфичного материала? Оно же с пропиткой какой-то! Ни платье пошить, ни рубаху скроить…
На это у старого вояки аргументов не нашлось, но сдаваться в споре он не привык:
— Гляди какой ты умный, слухай! Значит твой взвод эти самые сумки шить и будет. Давайте-давайте, хлопцы, садитесь, шила в руки берите и работаем…
— Я тоже один шар заберу. Самый светлый. — откуда не возьмись появился и Кеншин. — Зима на носу, мы маскхалаты пошьём. Остальным тоже рекомендую. Хотя бы накидки непромокаемые сделайте. Но если что — я выкройки дам.
— А вот это ты хорошо сфантазировал! — Батя аж в ладоши хлопнул. Непромокаемое снаряжение, ещё и белого цвета — самое то, чтобы по сугробам валяться.
— Кен, ну ты сам напросился. Наказываю изготовить эти твои халаты на всю бригаду, по выполнении доложить. И это… Зайдёшь ко мне потом, мерки снимешь.
В общем, жизнь в крепости заиграла новыми красками. Однако не на долго. Быстро выяснилось, что большая часть бойцов и знать не знает, что такое эти самые «сантиметры». Бывшим фермерам были привычнее такие единицы измерения как гектары, акры, ары, на худой конец — сотки…
И тогда, внезапно, чистка ржавчины и заточка лезвий трофеев стала куда как более желанной работой. Какой-то части, конечно, удалось отлинять, но лишь малой. Остальным же оставалось осваивать искусство швеи.
И так, день теперь разделился на две части: желанные занятия и ненавистное «производственное обучение» (как выразился мастер-закройщик Кеншин).
Кстати, на утренних пробежках и разминках стала появляться и Венга. Правда, ни пробежать полную дистанцию, ни подтянуться нормально у неё не получалось. Женщина — есть женщина, да и слишком уж долго она бездельничала, пока остальные собой занимались. Лайонел, и тот иногда ходил на фехтование, а реже — заявлялся повыпендриваться даже на атлетику.
В общем, что именно сподвигло девушку на самоистязание — осталось неизвестным. Но Макс допускал, что она просто хотела доконать его совесть.
Будто мало было негодующих взглядов во время приёмов пищи, на разводах и при случайных встречах в коридоре. Так теперь ещё и на тренировках зыркает!
Действительно, что ли, бутылку ей купить? Лишь бы не бесилась…
Тут-то и выяснилось, откуда ноги выросли! Лай встречал с улыбкой до ушей и блеском в глазах. Огня во взгляде больше чем у него, было только у Венги, когда ей с порога было презентовано игристое вино.
