— Отлично. Теперь следующий вопрос, — Ожог подал незаметный знак Ярости и напарница сделала движение столь стремительное, что заметить его было невозможно. У кадыка Штифта замер зазубренный трофейный кинжал. — Ты жить хочешь?
Кадык пленника судорожно дернулся, он сглотнул, с ужасом глядя на Инкарнаторов. Конечно, техмастер не знал, кто они такие, но подсознательно очень хорошо ощущал — с ними что-то не так.
Ожог решил, что небольшая демонстрация силы не повредит. Штифт ему не нравился — слишком подозрительно бегали его глаза, слишком сильно пахло от него страхом: такой предаст при малейшей возможности. Или заведет в ловушку, сдаст людям Длани — если страх, внушаемый новыми спутниками, не перевесит потенциальную выгоду.
— Хочешь, — удовлетворенно кивнул Ожог, — Хорошо. Платой за твою жизнь будет небольшая работа. Ты проводишь нас к Центру Эвакуации. Покажешь, где обитает эта ваша… Длань.
Через некоторое время они двинулись в дорогу. Мир-Кольцо — огромно, и пеший переход до ближайшего Круга, по словам Штифта, займет не меньше суток, а судьба Льдинка висела на волоске. Если загадочный Длань — Инкарнатор или сильный азур-одаренный, кто знает, что придет ему в голову.
Ржавый, затхлый лабиринт Изнанки казался бесконечным. Они шли, лезли, карабкались и ползли, порой пробираясь жутковатыми крысиными лазами. Штифт вел их тайными тропами техмастеров, приглядываясь к старым отметкам, с помощью специальных ключей открывая технические колодцы с древними, доисторическими механическими замками. Сами, без проводника, двигаясь наугад, Ожог и Ярость потратили бы в несколько раз больше времени. А так — уже через десять часов они выбрались сквозь шлюзовую камеру и оказались в длинном, заваленном хламом коридоре, в конце которого виднелись огромные обесточенные гермоврата. В узкую щель лилось мрачное багровое сияние.
— Там — начинается Второй Круг, — пояснил Штифт, — Нам надо его пройти. Включить Подъемник. И подняться в Обсерваторию. Оттуда попадем в ближние радиусы Центра Эвакуации…
Они прошли по коридору, протиснулись между разжатыми створками, навстречу неприятному тусклому свечению.
— Астра фатида! — выругалась Ярость, когда наконец осознала, где они очутились. А Ожог ни произнес ни слова — просто жадно смотрел. Они стояли в начале дороги, огромного ажурного моста-виадука, идеальной стрелой идущего к центру города, чтобы влиться там в кружево себе подобных.
Город. Огромный мегаполис прямо внутри орбитального кольца. На взгляд Ожога — ничуть не меньше того единственного Города на Земле, который он видел. Спроектированный и построенный в виде идеальной окружности, и стало ясно, откуда взялись все эти странные термины — Круги, Радиусы, Отрезки. Строгие геометрические формы. Стоэтажные мегабашни, идеально прямые стрелы шоссе и кружево виадуков между ярусами. Пространство, где находился город, представляло собой огромную полость — наверное, толщиной в сечение орбитального обода. Его края терялись в туманной дали, а «небо» хитроумные создатели Мира-Кольца спроектировали таким образом, что оно казалось (или было?) громадным окном в открытый космос. Настоящим — потому что вид на убегающую дугу разрушенного кольца и трепещущий огонек иглы взорванного реактора был абсолютно достоверным, и создал атмосферу настолько мрачную, что у Инкарнатора на мгновение перехватило дыхание.
Город был разрушен и брошен. Мертв уже давно, очень давно — а может, никогда не начинал жить по-настоящему. Небоскребы зияли черными провалами выбитых окон, мосты, разъезды и ажурные виадуки щерились оборванными краями. На пустых улицах лежали груды хлама и обломков, перевернутые мобили, внутренности некоторых ярусов казались вывернутыми наружу. Ожог заметил и следы боев — воронки, полностью выгоревшие здания, и даже скелет скоростного вагона монорельса, сорванный с опор и забаррикадировавший проспект.
— Как назывался этот город?
— Город? Это Круг. Второй Круг.
— Здесь живет кто-нибудь? — спросила Ярость.
— Не, — Штифт мотнул головой, — Энергии давно нет. Когда-то кто-то жил, говорят. Потом разбежались…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Опасности есть?
— Под ноги смотрите, — бросил проводник, — Много провалов. Иногда забредают серчеры из Радиуса или Уроды. Могут быть патрули Длани. Или твари из Длинного Леса. Но мы должны их услышать.
— Серчеры? — переспросил Ожог, поймав незнакомое слово.
— Люди из дальних Радиусов. Ищут всякие штуки. Но тут давно все выгребли. Этот Круг ближайший к Эвакуации. Проходной.
Здесь было ощутимо холоднее, а воздух казался разреженным и будто пощипывал горло. На ходу Ожог проверил с помощью «теневого локатора» окрестности. Дальности хватило лишь на часть сектора, в нем было пусто. Кажется, техмастер не врал. Однако Инкарнатор продолжал наблюдать за каждым его шагом — сейчас они находились на хорошо знакомой Штифту территории. Видно было, что проводнику не по себе. Он нервничал — то ли из-за их присутствия, то ли по другой, пока непонятной причине.
Манипуляторы и кошки техмастера оказались хорошим подспорьем. Он двигался едва не быстрее их, легко преодолевая провалы и техногенные разломы. Но и Ожог и Яростью не отставали, используя хорошо развитые и очень ловкие тела. Спуститься по фермам рухнувшего виадука с головокружительной высоты — нет проблем. Преодолеть трехметровый разлом — легко. Инки и сами наслаждались свободой и силой новых организмов. Плохо было другое: слабое А-излучение постепенно сошло на нет, а значит, их дальнейшее развитие временно остановилось.
Город выглядел огромным сверху и оказался еще больше в реальности. Он состоял из нескольких вложенных друг в друга колец — паркового, сейчас пустого и мертвого, производственного, жилого, развлекательного…Их пронизывали радиальные спицы проспектов и восьмерки запутанных хайвеев. Наверное, здесь могли жить миллионы людей. Несколько часов они шли в тени огромных и мертвых зданий, поднимаясь и спускаясь с яруса на ярус, и им не было конца. Штифт вел их известным только ему маршрутом. Ожог и Льдинка косились на непривычные конструкции и архитектурные формы, отличавшиеся лишь степенью запустения. Здесь все было разграблено, очень многое — разбито и демонтировано, кучи хлама и разнообразного мусора виднелись повсюду. Как и в древних мегаполисах Утопии, добычей мародеров стало все, что может быть пищей универсальных Репликаторов. Металл, пластик, дерево, ткань, керамика, и особенно — электроника и сложные устройства давным-давно исчезли из жилищ и общественных пространств. Ярость и Ожог вертели головами, пытаясь отыскать что-нибудь полезное, но увы — до них тут побывало множество охотников.
Ничего ценного. Никого живого. Вымершие, разграбленные каменные мешки. Сложно было даже представить, сколько ресурсов пошло на создание всего этого. Ожог хоть и понимал, что все на Мире Кольце, от винтика до небоскреба, создано с помощью завезенных Репликаторов, а основной материал для них, скорее всего, добывали в астероидном поясе, а не тащили с Земли, голова шла кругом от невероятного масштаба города, пребывавшего в запустении. Как высоко находилась человеческая цивилизация, способная на такое, и как низко она пала…
На привале проводник неожиданно попытался завязать с ними разговор. В пути он молчал, в пустом городе эхо разносилось очень далеко, но сейчас неожиданно спросил, глядя, как они жадно подкрепляются сушеными насекомыми, прихваченными в пещерах каннибалов.
— Значит… вы с Земли?
— Да. С нее самой, — усмехнулась Ярость.
— И как… там?
— Примерно как у вас здесь. Где-то хуже, где-то лучше. Но в среднем — так же, — ответил Ожог.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Но вы… прилетели… значит…
— Что?
— Что нас спасут. Эвакуация…
— Что ж, это, наверное, возможно, — сказал Ожог, размалывая очередную сушеную «блоху» крепкими челюстями. — Хотя я не уверен на все сто процентов. В любом случае это решать не нам. Наша задача: добраться до вашей Длани.
— Длань… может вас убить. Он… не любит Уродов.
— Ничего страшного, — зевнула Ярость, — Нам уже не привыкать.
