Читаем без скачивания Хищный клан 2 - Виктор Молотов

дверь и оказались в магической лаборатории. Я ожидал увидеть некий аналог исследовательского центра в моём мире, но не угадал. Здесь не было никаких белых халатов, профессора ходили в форме академии.

Как я понял, это их дополнительное занятие. И исследованиями занимаются только те, кому это действительно интересно, эдакий бонус от нашего директора. Поэтому преподавателя по рунной магии здесь не было. Такие, как он, предпочитали отдыхать всё свободное время.

Это было помещение со стенами, отделанными под серый камень. Его освещали магические светильники на стенах. В целом создавалось ощущение, что я попал в средневековую алхимическую лабораторию.

Здесь было представлено много образцов для изучения всевозможных форм. Это были и кристаллы, и кости, и украшения. В основном они лежали на столах, прикрытые стеклянными крышками. Но не простыми, а сдерживающими магический фон, как мне объяснил магистр.

Мой оживший манекен стоял прямо посреди этого большого зала. Вокруг него столпились, наверное, все местные профессора и что-то бурно обсуждали. Но в создаваемом ими шуме было не разобрать целых предложений.

— Коллеги, попрошу расступиться! — громко попросил Иван Иванович. — Я привёл к нам создателя сего чуда.

Преподаватели отошли подальше, и я заметил среди них Марью Ивановну, которая учила нас проклятьям.

Наконец-то голема стало видно. Я поднял на него взгляд и не смог сдержать удивления. Моя челюсть отвисла чуть ли не до пола, а брови ускакали на лоб.

В аквариуме плавал уже не манекен, а настоящий человек. У него постепенно отрастали волосы, придавая брутальности внешнему виду. Появились мужские половые органы. Но главное — он осуждающе смотрел на меня. А руки держал скрещёнными на груди.

— Почему вы не выпустите его? — обратился я к магистру.

— У нас нет уверенности, что он сможет поддерживать жизнь без связующего раствора.

— Так можно же его аккуратно достать и проверить. Если начнёт умирать, обратно засунем, — предложил я, чем снова вызвал бурное обсуждение.

— Это может быть опасно, — громко заявил один из профессоров.

— А вот мне интересно, что выйдет. Согласна с предложением Акулина, — прокомментировала Марья Ивановна.

— Это моя находка, значит, последнее слово за мной! — остановил разговоры Иван Иванович.

— А ничего, что это я его создал? — ухмыльнулся я.

Мне не понравилось подобное присвоение моей работы. Пусть и случайной.

— Да, но манекен изначально покупала академия.

— Хорошо, я его выкуплю. Мы сейчас его достанем или мне сначала к директору сходить?

— Сергей Александрович, сомневаюсь, что Аркадий Викторович продаст вам столь ценный экземпляр.

— А я вот в этом не сомневаюсь, — хмыкнула Марья Ивановна.

— Ладно, с продажей артефакта предлагаю потом разобраться, — отмахнулся Иван Иванович. — А сейчас время экспериментов!

— Идея хорошая, тем более, если голем не выживет после вашего эксперимента, — иронично подметил из профессоров. Это был полный мужчина в очках, которые он постоянно поправлял.

— Выживет, — заверил его я.

Хотя сам не был в этом уверен. Но если голем сможет существовать без этой связующей жидкости, то обязательно выкуплю его у академии. Такой экземпляр мне самому пригодится.

— Лев Контимирович, попрошу вас, — обратился магистр к худому молодому парню, который вздрогнул, когда назвали его имя, и чуть не выронил из рук книгу.

— А, а что сделать надо? — неуверенно спросил он.

— С помощью левитацонного заклинания вытащите нас экземпляр из аквариума. Крышку сейчас сниму.

— Позвольте мне, — попросил я.

Магистр кивнул, и я приблизился к аквариуму. Мне подали стул, так как летать я ещё не умел. Забравшись на него, я снял деревянную крышку, которая на защёлках крепилась к верху аквариума.

Когда спускался, то столкнулся взглядом со своим творением. В его тёмно-зелёных глазах читалась благодарность.

Лев Контимирович поднял руки и сделал несколько жестов пальцами. Воздух пузырьками начал опускаться в связующую жидкость и скапливаться вокруг голема. И так до тех пор, пока его не стало достаточно много, чтобы заключить оживший манекен в воздушный пузырь.

А затем воздух поднялся из аквариума, из которого за края уже стала вытекать склизкая связующая жидкость. Наш голем поднялся и чуть не ударился головой о потолке, но воздушный маг вовремя опустил его.

Поставил на ноги, только тот не удержался и упал. Все ринулись к нему. Только вот большинством руководил один лишь интерес, а не желание помочь.

Я снял с ближайшего стола тканевую белую скатерть и протиснулся сквозь толпу.

— Попрошу не мешать, — громко сказал я.

Благо, что профессора и магистры были понятливые ребята и быстро расступились. Я накинул скатерть на голема и обнаружил, что он совершенно сухой. Воздух оттолкнул от него всю склизкую жидкость.

А ещё через секунду я услышал вздох. Голема скрутило, как от боли.

Нет, ему по-настоящему было больно, когда раскрылись лёгкие.

— Вы можете помочь ему? — обратился я к Ивану Ивановичу.

— Эм, но что я могу сделать? — пожал плечами магистр.

— Наложите на него обезболивающее заклинание!

Мужчина кивнул и что-то протараторил себе под нос. И уже через секунду судороги моего голема прекратились.

Я помог ему перевернуться так, чтобы он лежал уже на спине. Мужчина на вид не старше тридцати смотрел прямо на меня.

— Ты меня понимаешь? — спросил у него я.

Он слегка кивнул в ответ.

— Поразительно! — раздался восхищённый голос магистра. — Но где ты взял душу, Сергей?

— Спросите, что полегче. От своей я точно не отбирал, — ответил я.

Снова начался шум и гам. Кажется, что если местным исследователям дать волю, то они смогут говорить бесконечно. И на этот раз к оживлённому спору присоединился и Иван Иванович.

— Можешь что-нибудь сказать? — задал я очередной вопрос голему.

Он открыл рот, но оттуда вырвалось лишь невнятное мычание.

— Может, кто-то знает заклинание быстрого изучения языка? — громко спросил я у толпы.

— Я знаю, — поднял руку полноватый профессор, а второй поправил очки.

— Прошу вас, — я кивнул на голема. — Тогда мы получим гораздо больше ответов.

Мужчина подошёл к нам и начертил над лежащим руну. Она зависла в воздухе белым пламенем. А затем опустилась на голову ожившего.

Лежащий закашлялся. Поднялся на локтях и осмотрелся.

— Как я сюда попал? — сразу спросил он.

Все покосились на меня. Одной этой фразой стало понятно, что я выцепил душу из другого мира, а по закону это делать было категорически запрещено.

— Сергей Александрович, вам в самом деле лучше выкупить манекен у академии, — намекнул мне Иван Иванович, что у него из-за меня могут быть проблемы.

— Я выкуплю, но при одном условии. Прошу выслушать всех!

Воцарилась тишина, которую перебивал лишь редкий кашель ожившего.

— Уважаемые, прекрасно понимаю, какие у вас могут быть проблемы. Поэтому собираюсь выкупить этого человека. И надеюсь, что в дальнейшем он либо станет свободным, либо примкнёт к моему клану. Но я это сделаю, только когда вы все принесёте мне клятву о неразглашении случившегося сегодня. Ведь я тоже не хочу проблем.

Когда я закончил, никто не посмел прервать тишину.

— Я не желаю быть рабом. Лучше убейте, — подал голос бывший голем.

— Да никто тебя не собирается рабом делать. Успокойся, потом всё обсудим, — ответил ему я. — Кто первый принесёт клятву?

На моё удивление вышла Марья Ивановна. Она поклялась своим тотемом барсука, что никогда и никому не расскажет о случившемся. За ней вышел Иван Иванович. А там и остальные профессора подтянулись.

— Сергей, но что вы с ним будете делать? обычные люди не могут долго жить на изнанке, — предупредил магистр.

— В каком месте он обычный? В этом теле даже тонкие магические каналы прослеживаются.

Иван Иванович широко улыбнулся. Его радовало то, что я научился хотя бы диагностике.

— Давайте поищем вашему новому другу одежду. Он не должен привлекать внимания, — предложила Марья Ивановна.

— Сейчас решу этот вопрос, — выдал я.

Достал мобилет и набрал Мишу. Слуга ответил сразу, и я указал ему принести в исследовательский корпус комплект одежды, который мне велик. Один такой у меня имелся. Портной накосячил, а мне было лень нести на переделку. Видимо, не зря.

— Кто ты такой? — снова задал вопрос оживлённый.

А я не спешил начинать отвечать в присутствии посторонних.

— Мы попозже поговорим, и я расскажу тебе всё о себе и этом мире. Идёт?

— Ладно, — неохотно согласился он.

Миша примчался уже через пятнадцать минут, но в саму лабораторию его не пустили. Один из профессоров забрал у него одежду и передал мне.

— Вот, одевайся, — протянул я комплект