— А если я ошибся, и он не придет? — одними губами спросил Ивальдо.
Его дыхание заколыхалось серебристым облачком вокруг лица.
— Странный холод. Он не похож на простой мороз, — тихо ответила Арла и сделала поспешный жест, призывающий к молчанию.
По другой боковой дорожке из противоположной части сада к аллее двигалась черная фигура. Она тоже куталась в бесформенный плащ и не шагала, а словно плыла в стылом воздухе над землей. Ивальдо беззвучно охнул и юркнул за снежный бугор с краю от дорожки. Арла последовала за ним, не отрывая взгляда от неизвестного, скользящего среди деревьев.
— Я же говорил! — торжествующим шепотом воскликнул Ивальдо Рун, приникнув к уху директора, — Смотрите, вон еще!
Он указал рукавицей вперед. По ближайшей от них дорожке со стороны школы быстро кралась еще одна фигура в черном.
— Это же историк! — округлив глаза от изумления, прошептал Ивальдо и едва не встал во весь рост.
Вглядевшись во второго незнакомца, Арла Кан узнала Ульвейга. Одетый в теплую черную накидку бывший темный маг поспешно пробирался за деревьями к главной аллее. Он не отрывал глаз от таинственной черной фигуры, явно стараясь незаметно следовать за ней.
— Только этого не хватало! — Арла всплеснула руками, — Надо его остановить!
— Тогда нас заметит тот, другой, — шепотом возразил Ивальдо, — Они идут к пруду, туда, где стоит башня, я уверен. Единственное, что мы можем сделать, попытаться обогнать Ульвейга. Бежим напрямик через фруктовые посадки!
Он подхватил полы плаща и бросился вперед через аллею. Сопровождаемая волшебным световым шаром, Арла устремилась за ним. Чародеи перебежали аллею и, пробираясь через сугробы, углубились в ряды яблоневых деревьев, между которыми были протоптаны узкие дорожки. Дорожки образовывали подобие клеточек на шахматной доске. В центре каждой клетки вместо фигуры стояло фруктовое дерево. Это было удобно, ибо во фруктовом саду, устроенном столь симметрично, даже в темноте трудно было заблудиться. Чародеи как могли быстро пробежали весь яблоневый сад насквозь и остановились, переводя дух и всматриваясь в темноту. Стройные ряды фруктовых деревьев вели к берегу замерзшего пруда. Он был очищен от снега и превращен на время зимних каникул в каток для учеников и преподавателей Аструмы. Правильной формы ледяной овал мерцал в свете звезд, окруженный могучими старыми дубами. На другом берегу пруда темнело высокое узкое строение, увенчанное шпилем без флага или флюгера. То была башня, в которой проводили алхимические опыты. За матовыми стеклами ее окон, похожих на бойницы, плясал неровный свет, словно внутри разгорался тусклый огонь.
— Колдовское пламя! — шепотом воскликнула Арла, вглядываясь в окна.
— Там, глядите! — испуганно вскрикнул Ивальдо, указывая вперед.
Посреди пруда, на молочно-белом стекле льда чернело пятно. На катке лицом вниз лежал человек в темном балахоне.
— Это Ульвейг! — узнала Арла, — Мы опоздали!
— Еще нет! — возразил Ивальдо, бросаясь вперед.
Когда Арла, вбежав на лед, остановилась и склонилась над лежащим преподавателем истории, алхимик, не замедляя бега, помчался на другой берег.
— Нет! — предостерегающе крикнула Арла.
В окне башни мелькнул черный силуэт, и пламя взметнулось выше. Ивальдо всплеснул руками и помчался назад. Он затормозил на льду перед директором и лежащим Ульвейгом.
— Дайте вашу палочку! — не дожидаясь позволения, Ивальдо схватил Арлу за локоть и вытряс волшебную палочку из рукава накидки.
— С ума сошел! — ахнула Арла, поднимаясь на ноги, — Нельзя идти туда одним. Надо дождаться, пока он выйдет, проследить за ним, а потом позвать подмогу.
Торопливо подобрав упавшую на лед палочку, алхимик поднял глаза к окнам башни. Черная тень в окне разрасталась, теряя очертания.
— Он что-то задумал, — взволнованно прошептал Ивальдо; его дыхание вырывалось изо рта клубами густого пара, — Мы можем не успеть. Его надо остановить!
Ивальдо сделал движение, чтобы бежать вперед. Директор волшебной школы схватила его за рукав.
— Останьтесь с Ульвейгом! — обернувшись к ней, проговорил преподаватель алхимии, — Я проникну в башню и хотя бы посмотрю, кто это, и что там происходит.
Стряхнув руку директора со своего рукава, он сжал в руке палочку и побежал к башне.
— Я запрещаю! — крикнула Арла вдогонку, но алхимик уже вбежал под арку входа и скрылся в темноте.
Проводив его встревоженным взглядом, она склонилась над бывшим магом и перевернула его на спину. Лицо Ульвейга было мертвенно бледным в тусклом свете повисшего над ним волшебного шара. Но он дышал, хоть и едва заметно. Арла соскребла с поверхности льда немного инея, намерзшего к вечеру, и растерла Ульвейгу виски, произнося лечебные заклинания. Прошло несколько мгновений, и преподаватель истории волшебства задышал громче, прерывисто и хрипло.
— Холодно, — сказал он и приоткрыл глаза.
Взгляд Ульвейга был мутным и не мог ни на чем сосредоточиться.
— Где я? — слабым голосом сказал он.
— На пруду возле башни, — тихо ответила Арла и приподняла Ульвейга за плечи, усаживая, — Что вы делали в саду?
— Не помню, — отрывисто проговорил Ульвейг, бессильно повиснув у нее на руках.
— Вы следили за кем-то, — напомнила Арла, помогая ему не упасть, — Кто это был?
— Не помню, — повторил Ульвейг, — А вы? Вы одна?
— Со мной Ивальдо Рун. Он пошел в башню.
В эту минуту грохот пронесся по саду, и одновременно с ним столб огня взметнулся на месте башни. Земля содрогнулась, снег посыпался с деревьев, тяжелые валуны, из которых состояла кладка стен алхимической башни, полетели во все стороны, точно мелкие камешки. Нестерпимый жар опалил лица Арлы и Ульвейга, а лед под ними покрылся трещинами. В следующий миг сад почернел от копоти, а от башни осталась лишь бесформенная груда обгоревших обломков.
* * *
Рассвет, который робко поднимался над островерхими крышами Аструмы, застал Арлу Кан в директорском кабинете, на диване, где она ненадолго забылась прерывистым тяжелым сном. Стоило директору школы волшебства ненадолго сомкнуть глаза, она почувствовала в рядом чье-то присутствие. Чародейка открыла глаза. Лучи утреннего солнца заглядывали в кабинет сквозь раздвинутые портьеры на окнах. Розовый свет восхода лежал на снежных вершинах гор, простиравшихся вокруг. Все казалось безмятежным и мирным, но Арла знала, что это не так. На деревянном табурете возле дивана сидела худощавая девушка, одетая во все черное, закутанная в теплый дорожный плащ. Ее черные глаза были серьезны и пристально глядели на Арлу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
