40. Катастрофа.
...Это было самое невеселое зрелище из всего того, что довелось повидать Андрею за свою жизнь, а повидать ему довелось всякого, и немало. Советский флаг они не тронули – очевидно, он был для них невкусным. Но на том месте, где Андрей оставил свой 'Буран', теперь лишь копошилась гора "крабов". Кое-где виднелись остатки каркаса корабля, впрочем, быстро исчезающие. Бак с хлореллой они, конечно, сожрали. Разумеется, не хлореллу, а сам бак.
Кислорода в скафандре оставалось на пол-часа. Андрей повернулся, и пошел прочь. Он не знал куда он идет. Он знал только одно: зачем-то он все-таки преодолел эту сотню миллионов километров пути от Земли до Марса, и все не может кончиться так глупо...
41. К вопросу о "половом" размножении роботов.
...Взойдя на ближайшую песчанную дюну, Андрей застал врасплох "влюбленную парочку". Еще четверть века назад, в самом начале марсианского эксперимента была замечена тенденция к появлению в ходе эволюции двух типов роботов. Эти два типа получили условные названия "самцы" и "самки". "Самцы" представляли из себя обычных боевых роботов-солдат, утративших однако способность собирать других роботов – приспособления для сборки увеличивали вес робота, что ухудшало его боевые характеристики. Поэтому произошло разделение функций: появились "самки" – роботы, не участвующие в сражениях, а занятые только воспроизводством других роботов. "Самки" были самым желанным трофеем во всех сражениях.
Андрей застукал эту парочку в самый интимный момент: шла передача "генетической информации", закодированной в программе сборки, от робота-солдата к роботу-сборщику (или точнее, сборщице). Идущий от "самца" кабель с высокой пропускной способностью был подключен к специальному разъему на корпусе "самки". Для того, чтобы перекачать всю необходимую информацию, потребовалось не более трех секунд. После этого робот-солдат отстыковал свой кабель от разъема, включил двигатели, и улетел.
"Самка" же побрела по пустыне, все время глубоко опуская в песок специальный щуп. Время от времени она вытаскивала из песка "крабов", держала их секунду-другую в своих лапах, очевидно исследуя их какими-то приборами, и некоторых из крабов потом отпускала. Однако большинство "крабов" она бросала внутрь себя в специальный вместительный отсек.
Андрей воспрял духом. Он знал: если в этих краях пасется "самка", значит где-то неподалеку должен быть так называемый "марсианский лес". Надо только идти за ней, и она обязательно приведет его туда. У Андрея появился шанс на спасение. Он взглянул на часы – кислорода осталось на пятнадцать минут...
42. Третий "пол" марсианских роботов.
Термины "растения" и "марсианский лес" появились в жаргоне специалистов, работавших на марсианском эксперименте, почти одновременно со словами "самец" и "самка", и отражали еще одно разделение функций между роботами в процессе эволюции.
Первые поколения роботов для получения энергии сжигали водород в кислороде. Но ни водорода, ни свободного кислорода в атмосфере Марса нет – их еще надо добыть, и эатратить для этого немало энергии. Пока роботы не обнаружили секрет холодного термоядерного синтеза, эту энергию можно было взять только у солнца. Но уловители солнечного света (зеркала или солнечные батареи) должны иметь большую площадь, чтобы уловить достаточно энергии, а это вступало в противоречие с боеспособностью роботов-солдат.
И тогда появились роботы-"растения". Как и обычные растения, они накапливали энергию солнечного света в веществе-энергоносителе. Используя солнечный свет, они расщепляли содержавшиеся в атмосфере Марса углекислый газ, метан и пары воды, и выделяли из них кислород и водород, накапливая эти газы в специальных емкостях. Роботы-солдаты никогда не нападали на роботов-"растений", они только снимали с них "плоды" – полностью заполненные емкости с водородом и кислородом.
Так появились целые "леса" марсианских роботов-"растений". В один из таких "лесов" и привела Андрея "самка" – ей нужно было много энергии для создания нового робота. На залитом солнцем склоне холма расположилось огромное количество самых разнообразных сооружений. Общим у всех них было только одно огромные площади поверхностей, обращенных к солнцу. Во всем остальном они были совершенно разными. Здесь были и иссиня-черные поверхности солнечных батарей, похожие на гигантские листья, и сверкающие серебристые параболические зеркала, концентрирующие жар солнца в одной точке, в которой установлен приемник энергии. Емкости для газов были самых различных размеров – от крошечных, для топливных элементов, до огромных, для ракетных двигателей.
Андрей сразу же отличил "растения", производящие кислород от тех, что добывали водород. Атмосфера Марса на 95% состоит из углекислого газа, и поэтому добыча кислорода – дело сравнительно простое. Гораздо сложнее добывать водород: метана и водяного пара в марсианской атмосфере очень мало, и "растениям", добывающим водород, приходится прогонять через себя огромные количества воздуха. Поэтому водорододобывающие "растения" были обвешаны насосами и криогенными установками для сжижения атмосферного газа.
Кислорододобытчики были устроены гораздо проще, и их было гораздо меньше – после открытия роботами холодного термоядерного синтеза спрос на кислород сильно упал, и его использовали теперь лишь в небоевых машинах. Соответствие между спросом и предложением обеспечивалось тем, что "растения", в отличие от настоящих земных растений, не могли размножаться сами: их изготавливали "самки" по чертежам, полученным от "самцов" вместе с другими чертежами, так что "растения" были своего рода "третьим полом" марсианских роботов. Такой механизм размножения обеспечивал эволюцию "растений", хотя непосредственно на сами "растения" факторы естественного отбора не действовали: естественный отбор шел на поле боя, где преимущество имели те роботы, которые, помимо всего прочего, сумели обеспечить себя хорошим источником топлива.
Андрей переходил от одного кислорододобытчика к другому, разглядывая емкости с кислородом. Ни у одной из них выпускное отверстие не совпадало по размеру с разъемом на кислородном шланге скафандра. Кислород в баллоне скафандра кончался, и дышать становилось все труднее. Наконец он отыскал то, что нужно. Емкость отделилась от "растения" удивительно легко, это было легче, чем сорвать яблоко с ветки. Выпускное отверстие на емкости было затянуто тонкой металлической фольгой, вспучившейся от давления. Рядом, на горловине выпускного отверстия, располагался рычажок перфоратора – достаточно нажать на него, и фольга будет пробита изнутри.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
