26 августа в воздух поднялся гидросамолет рейдера с британскими опознавательными знаками. В 12.50 с него заметили танкер без признаков национальной принадлежности. Летающая лодка прошла над судном на бреющем полете и сбросила письмо. В нем старший британский морской офицер района (будто бы) приказывал танкеру изменить курс и соблюдать радиомолчание, под предлогом близости германского рейдера. Танкер подчинился. Он теперь шел прямо навстречу спешащему к нему «Пингвину», но к 17.00 его еще не было видно с рейдера. Германский самолет вновь вылетел на поиски. Обнаружить танкер не удалось, а немного позже перехваченные обрывки радиосигналов показали, что танкер не выполняет полученные инструкции, а пытается скрыться. Крюдер решил, что, несмотря на близость берега, стоит попробовать снова отыскать его. Самолет получил приказ оборвать антенну танкера и не покидать его больше.
В военном дневнике Крюдер написал:
«Я понимал, чего требую от самолета и его экипажа, когда посылал его непосредственно перед наступлением темноты с приказом сесть в темноте, при волнении рядом с неизвестным, возможно неприятельским пароходом, и не терять его из виду до прихода корабля, но это был единственный способ наверняка найти танкер ночью».
В 17.48 самолет обнаружил танкер, оборвал его антенну и сбросил приказ «Немедленно остановитесь» (написанный по-английски). Одновременно он открыл огонь из пушки и пулеметов по мостику и по курсу танкера. Танкер сразу же остановился. Летающая лодка приводнилась и, двигаясь по воде к танкеру, передала по-английски морзянкой:
«Остановитесь здесь. Крейсер «Кумберленд» пойдет с вами, – и затем добавила: – Зажгите огни».
В 18.26 «Пингвин», ориентируясь по этим огням, появился, и с самолета передали по радио: «Мы оба здесь. Хи-хи».
К 19.20 на борт танкера высадилась «призовая» команда. Танкер – норвежский «Филефьелль» (7616 брт) – вез 10 000 тонн бензина и 500 тонн нефти из Персидского залива в Кейптаун по заказу британского правительства. Оружия на танкере не было.
Пока все это происходило, «Пингвин» перехватил сигнал с торгового судна. Судно под названием «Бернес» сообщало, что его остановило какое-то пассажирское судно. К «Пингвину» это отношения не имело, но Крюдер догадался, что под «пассажирским судном» подразумевается на самом деле какой-то британский вооруженный торговый крейсер. Позже «Бернес» опроверг свой сигнал и сообщил, что продолжает путь. Было ясно, что инциденты такого рода, когда дело касалось британцев, должны приводить только к росту путаницы и общего напряжения.
От «Филефьелля» еще не успели избавиться, и «Пингвин» все еще лежал в дрейфе рядом с захваченным судном, когда в три часа следующего утра в поле зрения появилось затемненное судно. «Филефьеллю» велено было оставаться на месте, а «Пингвин» пустился на перехват нового судна. После получасовой погони стало ясно, что это тоже танкер. В 4.18 ему передали приказ остановиться. Танкер подчинился, одновременно передав в эфир:
«QQQ 29°37 ю. ш. 45°50 в. д. Остановлен неизвестным судном. «Бритиш Коммандер».
«Пингвин» открыл огонь, и «Бритиш Коммандер» передал: «Теперь судно нас обстреливает».
Этот сигнал был повторен радиостанцией в Уолфиш-Бей. Повтор через Портисхед был получен в Германии, и SKL наконец узнал, что «Пингвин» начал работать.
В «Бритиш Коммандер» попали несколько снарядов, и экипаж покинул судно, хотя радиооператор не прекращал работы, до последнего момента повторяя свое сообщение и координаты судна. Танкер уничтожили снарядами и торпедой. Это судно вместимостью 6901 брт направлялось с балластом из Фальмута в Абадан через Кейптаун. По всей видимости, радиопередатчик судна в результате обстрела начал работать непрерывно, сам. Немцы ошибочно решили, что работает оператор, о чем и сообщили в своем докладе. Сейчас совершенно ясно, что последним свое судно покинул капитан Торнтон.
Через пять минут после гибели «Бритиш Коммандера» в поле зрения рейдера появилось новое судно со скошенным носом и крейсерской кормой, шедшее со скоростью примерно четырнадцать узлов. Было очевидно, что судно идет порожняком.
«Пингвин» произвел предупредительный выстрел, судно остановилось и подняло норвежский флаг. Экипаж приняли на борт, а сам танкер тут же потопили. «Морвикен» (5008 брт) шел из Кейптауна в Калькутту.
Часом позже «призовая» команда с «Филефьелля» сообщила о приближении еще одного сухогруза. Чуть позже он появился и в поле зрения «Пингвина». Перспектива захватить всего за шесть часов четвертое судно была очень соблазнительна, но Крюдер решил не начинать погони за новоприбывшим судном, поскольку «Бритиш Коммандер», как известно, успел поднять тревогу. По этому случаю видно, что решительность капитана и радиооператора этого судна, выполнивших свой долг под огнем противника, принесла немедленные плоды.
В то время в том районе действовал и «Атлантис». Услышав сигнал «Бритиш Коммандера», Рогге был обеспокоен, поскольку сам он совсем недавно здесь же потопил «Кинг-Сити».
Крюдер снял с «Филефьелля» все свежее продовольствие, которое смог найти, и потопил судно. Впоследствии SKL критиковал его за это решение, поскольку дома норвежский «приз» очень бы пригодился.
Позже один из офицеров Крюдера, лейтенант Хеммер, говорил, что после того как «Филефьелль» затонул, капитан сожалел о принятом решении. В то время, однако, он считал, что «приз» будет ему сильно мешать.
В самом скором времени немцы узнали, что тревога, поднятая радиосигналами «Филефьелля» и «Бритиш Коммандера», привела в этот район британские силы.
Утром 28 августа немцы услышали радиосигнал какого-то самолета, находившегося так близко, что запеленговать его было невозможно. В военном дневнике значится: «Сандерленд» или самолет с крейсера или вооруженного торгового крейсера очень близко».
Крюдер, как мог, утешал себя тем, что находится теперь в двухстах милях от последних переданных в эфир координат «Бритиш Коммандера» и что, кроме всего прочего, видимость составляет всего около десяти миль. На следующий день Крюдер из осторожности воздержался от атаки на большой лайнер компании «Блу Фаннел Лайн», легко узнаваемый по рисунку мачт и трубы. Капитан чувствовал, что находится в этом районе уже слишком долго. Существовала также вероятность того, что лайнер этот может оказаться вооруженным торговым крейсером. В военном дневнике в тот вечер Крюдер изложил свое мнение, касающееся того, что с этого момента вражеские суда будут стремиться любой ценой, даже с опасностью для жизни моряков, подать сигнал RRR или QQQ. Поэтому еще большее значение приобретало успешное срывание антенн неприятельских судов, которым активно занимался гидросамолет «Пингвина».
В то же время, заметил Крюдер, перехваченные приказы судам союзников не заходить в этом районе в 100-фатомную зону означают, что минирование здешних вод не имеет смысла. Подойти же достаточно близко к берегу, чтобы установить мины в местах, через которые корабли обязательно проходят при заходе в порт или выходе из него, было бы чрезвычайно трудно.
От капитана «Морвикена» Крюдер узнал, что норвежцы сначала приняли его корабль за судно компании «Вильхемзен Лайн» и начали что-то подозревать только тогда, когда увидели, что оно несет греческий флаг. Капитан сказал. «У греков мало хороших судов, да и те, что есть, находятся не здесь, не на востоке».
Воспользовавшись этим намеком, Крюдер замаскировал рейдер под «Трафальгар» – лайнер компании «Вильхемзен» – и остался в том же районе. Позже SKL попенял ему за это решение и указал, что этот район должен был стать для «Пингвина» всего лишь районом подхода. Соответственно, рейдеру следовало покинуть его сразу же после потопления «Бритиш Коммандера». Его присутствие в этом районе мешало «Атлантису», поскольку два рейдера при этом разделяло не более 100 миль.
5 сентября был потерян гидросамолет – сильное волнение повредило на нем крепление двигателя. Примерно то же самое произошло и с «хейнкелем» «Атлантиса», что говорит о малопригодности «Не-114» для работы такого рода. Это происшествие на некоторое время положило конец надеждам на «срывание антенн».
10 сентября Крюдер решил еще раз пройти к Мадагаскару, а затем покинуть этот район и переместиться в австралийские воды. В тот же день «Пингвин» перехватил радиопереговоры по поводу нападения «Атлантиса» на «Бенарти».
На рассвете, двумя днями позже, с «Пингвина» был замечен дым. Через час рейдер приказал неизвестному судну остановиться и открыл огонь. Противник, однако, развернулся к «Пингвину» кормой и тоже открыл огонь. Он даже попал один раз, но снаряд не разорвался. «Пингвин» в ответ выпустил в цель несколько снарядов. Радиопередатчик судна был выведен из строя, и вскоре все судно уже горело. Остатки экипажа наблюдали за пожаром из шлюпок. Британское судно «Бенавон» (5872 брт) везло пеньку и каучук из Манилы и Сингапура в Лондон. Капитан и несколько офицеров были убиты; из экипажа в 49 человек уцелело всего 28. Судно было вооружено одним 4-дюймовым орудием и одним 3-дюймовым зенитным орудием. Его потопили орудийным огнем, и 15 сентября Крюдер доложил SKL, что следует в австралийские воды.
