в груди. Расплываться лужицей от ласки того, кто меня похитил.
Он ведь стольких людей убил! Этими же руками, которые сейчас моё тело поглаживают. Валид сжимает мою грудь, мнёт её. Грубо, пальцами впивается пока сладостная боль не начинает пульсировать под кожей.
– Расслабься, маленькая, – говорит вроде тихо, но на просьбу его слова не похожи. Приказ. – Такая тугая, что едва два пальца в тебя входят. Если сейчас трахну, то порву нахрен.
– Так может – подождём?
– Я тебя в любом случае натяну. Или ты от боли кайфуешь?
– Нет.
Я поворачиваю голову, стараясь взглядом остановить мужчину. Слов он не слышит, так может… Не может. Валид пользуется возможностью, ловит мои губы в плен.
Я сейчас вся в его власти, везде прикасается. И это проходит неожиданной дрожью по телу, как будто такое может нравиться.
Мы терзаем друг друга этим поцелуем. Я кусаюсь, Валид кусает сильнее в ответ. Наши языки сталкиваются, меня током бьет. Всё сильнее закручивает вихрем превратных ощущений.
Мир кружится перед глазами, словно на карусели. Не понимаю, как мужчина может так быстро и бесшумно действовать при своих габаритах. Но я теперь лежу под ним, Палач нависает.
– Ноги в коленях согни, – меня прошибает от давления, его слишком много. – Сейчас, Александра. Ещё немного и моё терпение лопнет.
Я чувствую. Его напряженный член упирается в моё бедро. Кажется, становится всё больше, крепче. Представляю, как он окажется во мне, и сильнее сжимаюсь на пальцах Валида.
Делаю так, как приказал мужчина. Смущение душит от мысли, что он всё видит. Всю меня. Задирает мою футболку до самого горла, я обнажена перед ним, нечем прикрыться. И вместо того, чтобы оттолкнуть мужчину, я цепляюсь пальцами за простынь.
– Валид! – его имя легко вылетает, словно так и должно быть. – Ты… Боже… Сильнее.
Прошу, не следя за языком. Возбуждение все мозги вышибает. Оно течет лавой по венам, скручивает нервы, собирается между ног. Моя дырочка словно горит и пульсирует. Настолько сильно хочется продолжения, болезненно нехватает разрядки.
Отчаянно хватаюсь за мысли, но они ускользают. Исчезают с треском. Валид своими губами собирают все мои рваные вдохи. Снова целует, лишая меня даже кислорода.
Терзает. Губы, моё лоно. Замедляется, втягивая нижнюю губы. Снова напирает. По кругу, пока я не теряюсь в этом потоке различных ласк. Стону открыто, не выдерживая того, как желание разрастается.
– Блядь, как ты заводишься легко, – поощряет прикосновениями, до грани ведёт. – Хочу увидеть, как ты кончаешь. Порадуй меня, Александра.
Я из принципа хочу поспорить. Сдержаться, побороть это грешное влечение. Пусть не думает, что так легко может меня получить.
Но всё бахвальство лопается мыльным пузырем, когда Валид снова прикасается к моим губам. Слишком много всего, голова кружится.
Приятно. Горячо. Сильно.
Удовольствие сносит всё на своем пути, накрывает меня с головой. Перед глазами темнеет, тело будто молнии пронзают. Бьют за разом, выгибаюсь.
Всё внутри наполняется легкостью и наслаждением. Тягучей сладкой эйфорией от которой пальчики поджимаются. Будто личный рай. И так хочется растянуть его подольше.
– Нет!
Я всхлипываю, когда вместо блаженства получаю вспышку боли. Такую же яркую и прошибающую. Валид входит в меня рывком, не церемонясь.
Царапаю его руки, слёзы жгут глаза. Боже, это невозможно! Никогда не думала, что первый раз может быть настолько болезненным.
– На месте будь, лапуль.
– Валид, – хнычу. – Я не смогу… Ты меня убьешь. Больно.
Ерзаю под ним, но Валид – бетонная плита. Придавил собой, лишая возможности двинуться. А меня распирает. Спазмами сжимаюсь, словно стараясь уйти от проникновения.
Но мужчина не позволяет.
– Догадываюсь, что не щекотно, – рычит. – Потерпишь, сейчас пройдёт. Никто ещё от этого не умирал.
– Ты не знаешь. Это… Я…
Мужчина проталкивает ладонь под мой затылок, удерживая. Поцелуем пытается отвлечь от пульсирующей боли, который становится только больше.
И у Валида… Получается. Губу пронзает тонкими иголочками от укуса, и всё внимание переключается. На жадные развязные поцелуи. На то, как мужчина поглаживает мою грудь. Куда ласковее, чем раньше.
Перед глазами пелена слёз, не различаю лицо Валида, когда тот отстраняется. Смотрит прямо на меня, делая новое движение. И тут же снова возвращаются плохие ощущения.
– Хватит, – прошу. – Валид.
– Не зажимайся, – велит. Мягко толкается глубже. – Можешь царапаться.
– Что?
– Царапай, кусай. Больно? На меня переноси. Толку от того, что я закончу, не будет. Всё уже произошло. Сейчас подстроишься под меня и снова кончишь, лапуль.
– Я не смогу!
– Разве? – губами касается моего уха, сам укладывает мою ладонь себе на спину. – Попробуй. Обещаю, тебе понравится.
Если Валид обещает, то выполняет. Он сам сказал. И я выбираю поверить ему. Изо всех сил стараюсь расслабиться, прикрываю глаза, когда мужчина касается моего лона. Пытается прогнать боль.
Я сама тянусь за новым поцелуем. Хочу чувствовать приятное, не плохое. Намеренно царапаю шею мужчины, видя, как в его черной бездне вспыхивают огоньки. Вот-вот сожгут меня.
Валид давит языком на мои губы, проникает внутрь резко, агрессивно. В одном ритме двигается. Врывается в меня. Языком, членом. Быстрее с каждым разом.
А после замедляется.
По-другому меня берет.
Неторопливо, медленно. И словно карамель растекается внутри. Липко и сладко, жутко приятно. Возбуждение нарастает, пощипывает под ребрами. По капли проникает в кровь, бросая меня в новый омут удовольствия.
С головой погружает.
И я тону.
Дурман окутывает все сильнее, плотным облаком ложится на меня. Все прикосновения мужчины – яд. Особый вид казни, выбранный Палачом.
Касаюсь спины Валида. Глажу, царапаю, впиваюсь ногтями. Чувствую, насколько мужчина напряжен. Все его мышцы свинцом забиты, дрожат от напряжения. Понимаю, как он сдерживается. Лишь изредка загоняет в меня член резким движением, а после снова тормозит себя.
Терпит.
Между ног ноет от его проникновений, но уже не так сильно. Боль смешивается с наслаждением, испаряется от жара, который охватывает нас двоих.
Температура в комнате поднимается, дышать нечем. Словно мы снова в сауне, кожа покрывается капельками пота. Только в этот раз мы сами создаем всё это.
Валид и я.
Соединенные в эту секунду.
Как одно целое.
Мы целуемся без остановки. Наши руки изучают друг друга. Не знаю, что руководит Валидом, но я… Мне словно нужно всем телом его касаться, каждой клеточкой.
– Сучка, – стонет, когда я слишком сильно царапаю его лопатки. – Хорошо?
– Да.
Признание вылетает мгновенно, будто ждало своего часа.
