С удивлением Алисия обнаружила, что яркость солнечного света смягчается густой листвой деревьев за окном.
На мгновение ее сознание отказалось воспринимать реальность. Она вновь закрыла глаза. Резкая головная боль заставила содрогнуться. Когда она смягчилась, Алисия попыталась взять себя в руки.
Мысли по-прежнему блуждали, но порой ей удавалось воссоединить их разрозненные нити в некоторое подобие простых утверждений.
Кое-что становилось очевидным. Это уже немало, устало подумала Алисия.
Голубое небо и легкие белые облака. Последнее из того, что она запомнила, были низкие грозовые тучи, протянувшиеся вдоль горизонта.
Осмысляя эту странную метаморфозу, Алисия наткнулась на еще более невозможное несоответствие. Зеленая листва деревьев за окном! Невероятно! В ее памяти вспыхнула картина, на которой голые ветви деревьев, росших вдоль шоссе, гнулись под порывами ветра, налетавшего с океана.
Головная боль вновь сдавила виски. И неожиданно Алисия наткнулась на объяснение. Да, конечно. Она, несомненно, получила нечто вроде сотрясения мозга при столкновении с грузовиком — и теперь страдает от галлюцинаций.
Сама мысль об этом показалась ей ужасной. Быть не в своем уме — что может оказаться страшнее?
Сердцебиение, поднявшееся из глубины желудка, только усилило головную боль.
Аспирин. Внезапно Алисия вспомнила об упаковке аспирина, которую положила утром в свою сумочку. Если бы она смогла оглядеться и найти ее…
— Алиса, дитя мое. Ты очнулась?
Ошеломленная и испуганная, Алисия замерла, затаив дыхание, пытаясь понять, к кому обращен вопрос. Кто эта Алиса?
Она не одна? Эта мысль отчасти утешила ее.
Но кто с ней рядом?
Голос определенно принадлежал женщине. Нянечке в больнице?
Голос был тихим, мягким, с едва различимым акцентом, характерным для южан.
Алисию охватил жар. По мере того как ее сознание крепло, она начала замечать, что укрыта чем-то неудобным. Или это мешает одежда? И почему так жарко, когда погода была такой мерзкой и холодной?
Что происходит? Где она?
Ее мысли были прерваны очередным грубым сотрясением. Боль в затылке, возникшая после столкновения с твердой поверхностью, на которой она лежала, была невыносимой.
В ней разрасталось раздражение.
Как можно сосредоточиться при этой жуткой тряске, под скрип колес и упряжи, под стук копыт? Стоп!.. Скрип колес? Стук копыт? Что за сумасшествие?
Ужас заставил широко распахнуть глаза. Блуждающий взгляд Алисии обежал вокруг, пытаясь проникнуть в реальность окружающего. Сознание сопротивлялось увиденному, не желая смириться с невероятным фактом: она лежала на жесткой скамье в какой-то несуразной повозке.
Нет, даже не в повозке. Скользнув взглядом по внутренности экипажа, Алисия поняла, что находится в дорожной карете, схожей с той, которую видела в детстве, во время поездки на Кони-Айленд во время каникул. Допотопная дорожная карета, раритет времен войны за независимость.
И вновь она услышала мягкий женский голос.
— Ты уже пришла в себя, моя дорогая? Сие случилось в точности так, как я говорила прежде. Сознание вернулось к ней. Теперь она пойдет на поправку.
Алисия внутренне застонала. Сознание на мгновение вновь померкло, будучи не в силах вынести несуразности происходящего. Что за идиотская манера выражаться: «сие случилось», «говорила прежде»?
— Утешься, дитя мое. Вскоре мы будем дома.
Дома?
Ее путаные мысли зацепились за это слово. Дом. Пенсильвания. Шон.
Дурное предчувствие пронзило Алисию. Она вновь открыла глаза и повернула голову на голос. Зрелище, представшее ее изумленному взору, непременно сбило бы с ног, если бы она была способна стоять на них.
На скамье напротив нее сидели мужчина и женщина средних лет, рассматривавшие Алисию с выражением живейшего участия. Но вовсе не это повергло ее в шок.
Их внешний вид был совершенно невероятен, неописуемо нелеп. Их наряды в точности соответствовали фасонам времен войны за независимость!
Застонав, Алисия откинулась на скамью. Ужасная боль пробуравила голову. Она все еще галлюцинирует! Алисия попыталась собраться с духом, подыскивая рациональные объяснения происходящему.
Ей удалось отчасти продвинуться на этом скользком пути, когда мужской голос вновь вывел ее из равновесия.
— Истинно, говорю вам. Вскоре мы прибудем домой.
«Истинно»? Что за сумасшествие? Домой? Куда домой? Сознание отказывалось подчиняться.
С возрастающим отчаянием Алисия поняла: это не галлюцинации, а гораздо хуже. Она сходит с ума.
— Где я?
И содрогнулась от звука собственного голоса, показавшегося ей чужим и незнакомым.
— Теперь уже весьма неподалеку от дома, — ответила женщина.
— До Уилльямсбурга осталось не больше десяти миль, — подтвердил мужчина.
Уилльямсбург? Алисия повторила название города про себя. Ей показалось, что это может объяснить странный наряд попутчиков. Но каким образом?
Нахмурившись, Алисия предприняла мучительную попытку припомнить дорожный знак, который видела последним перед столкновением с грузовиком. Все верно. Она подъезжала к Ричмонду.
Но как она оказалась здесь, за несколько десятков миль от трассы?
Словно в ответ на ее вопрос, карету подбросило на очередной рытвине, и Алисия едва не скатилась на пол. В изнеможении она опустила веки.
Всем сердцем желая, чтобы наваждение рассеялось, она вновь открыла глаза, втайне надеясь, что так и случится. Ее разочарованию не было предела. Все оставалось по-прежнему: невероятные костюмы конца восемнадцатого века, нелепая карета, головная боль, ужас сумасшествия.
Собрав оставшиеся силы, Алисия произнесла единственное слово:
— Уилльямсбург?
— Да, моя дорогая, — ответила женщина мягким, участливым голосом. Хорошо, сказала себе Алисия. Пусть будет так. Возможно, ничего страшного не происходит. Они направляются в Уилльямсбург, городок неподалеку от побережья, восстановленный и бережно сохраняющий все черты древней старины. Это имеет коммерческий смысл. Туристическая Мекка. Ежегодное паломничество публики, желающей прикоснуться к суровому быту первопроходцев.
Прекрасно. Это многое объясняет. Местные жители подыгрывают туристам, обряжаясь в идиотское тряпье и коверкая свою речь в соответствии с архаическим языком тех лет. Восхитительно.
Алисия почувствовала огромное облегчение. Она не безумна и даже не сходит с ума. Это утешило.
Однако вопросы оставались. Неразрешимые вопросы.
Откуда взялась зеленая листва деревьев, мелькавших за окном кареты?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
