– А я являюсь его изобретателем, так что запретить мне пользоваться своей задумкой никто не может, – развел парень руками, ехидно усмехнувшись.
– Оружие у ваших казаков тоже необычное, – еще больше помрачнев, напомнил подполковник.
– Тут все еще проще. Казаки оружие свое всегда сами покупали, как и припас огненный. Тут им никто ничего запретить не может.
– И оружие это тоже ваше изобретение? – поинтересовался подполковник, тяжело вздыхая.
– Именно так, – спокойно кивнул Шатун.
– Ловко у вас это выходит, – неожиданно возмутился офицер. – Оружие свое, орудие тоже свое, а мы должны повторить ваши действия, ничего подобного не имея. И где прикажете на это солдат брать?
– Уж простите великодушно, ваше высокопревосходительство, но это не моя головная боль, – вскинувшись, жестко отрезал Руслан. – Мне приказали навести тут хоть какой-то порядок, и я это сделал. А что дальше делать, это вам решать. Данный вопрос не в моей компетенции.
– В таком случае вам придется вернуться в ту долину и продолжать нести службу по охране, – зашипел подполковник в ответ. – У меня на это нет людей. Это приказ.
– Осмелюсь доложить, господин подполковник, но я служу по другому ведомству и, ваши приказы на меня не распространяются, – взяв себя в руки, спокойно напомнил Шатун. – Вы можете собрать ополчение и перекрыть эти проходы, временно. А одновременно с тем отправить людей для приобретения нужного оружия в Пятигорск. Но должен вам сразу сказать, что орудия они все одно там не купят.
– Это почему же? – насторожился подполковник.
– Потому что данные орудия существуют всего в пяти экземплярах. Три отправились на фронт, с казачьим воинством, одно является дежурным в десятке охраны предгорий и одно с моей командой. Это вооружение летучего отряда. А самое главное, снарядов для тех орудий очень мало.
– Я так понимаю, что помогать нам вы более не собираетесь, – зловеще уточнил подполковник.
– Ну, если уничтожение ста семидесяти османов на нашей территории это не помощь, то да, больше не стану, – пожал Руслан плечами, глядя ему в глаза. – Вас назначили на защиту и охрану рубежей государства, а значит, вам за это и ответ держать.
– Послушайте, вы… – вскочив, резко начал подполковник, но Руслан не дал ему договорить.
Вскочив со своего стула, он навис над Митрохиным и, положив ладонь на рукоять кинжала, зашипел:
– Делом заниматься надо, подполковник, а не по балам да приемам ходить. Солдат у тебя нет, собирай ополчение. Выкупай оружие и вооружай им людей. Местные знают, что турки их уничтожат, так что драться будут до последнего. А вы все за правила цепляетесь. Не о правилах надо думать, а о том, как дело сделать.
– Господин подполковник, – откашлявшись, негромко окликнул майор. – Иван Степанович. Как ни прискорбно это признавать, но князь прав. Иного выхода у нас нет. Придется собирать ополчение и готовить их к драке с турком.
– В поле османы их попросту размажут, – беря себя в руки, отмахнулся подполковник. – Ополчение, это даже не солдаты первого года службы. Ни дисциплины, ни умения строй держать, да и стрелять они толком не умеют.
– Так научите, – развел Руслан руками. – Пороха не жалейте. Отберите лучших стрелков. А строем ходить им и даром не нужно. Вот тут и тут, – он указал подхваченным со стола карандашом на карте, – мои казаки поставили что-то вроде редутов. У самой границы посадить по паре наблюдателей, и как только турки пересекут границу, посыльный должен скакать к редутам с сообщением. Выходить против башибузуков в поле чистое безумие. Потому бить их надо из засады, не подпуская близко. Мы одним десятком управились, а с ополчением придется не меньше чем по три десятка в каждом редуте держать.
– Зачем? – удивленно спросил майор.
– Оружие, – вздохнул Руслан. – У моих казаков магазинные многозарядные винтовки. По пять выстрелов на каждого, с возможностью быстрой перезарядки. У вас ружья однозарядные.
– Ну да, – помрачнев, устало кивнул майор. – Дульнозарядные винтовки с капсюльным воспламенением.
– Вот об этом я и говорю. Разница в скорострельности. И потому вам придется использовать по три ваших стрелка на одного моего. Пока один стреляет, второй готовится к стрельбе, а первый перезаряжается. Выстрелил, ушел в сторону на перезарядку. В это время стреляет второй, после него третий, и такой каруселью османов можно положить, не давая подойти к редуту. Главное, чтобы стрелки толковые были.
– Гм, а ведь может сработать, – задумчиво проворчал майор.
– Может, – помолчав, нехотя согласился подполковник. – Но это в том случае, ежели посыльный сумеет до редутов добраться. А ежели нет?
– А что с ним может случиться? – не понял Руслан. – Наблюдателям надо сидеть тихо и видеть далеко. Выдать в каждый секрет по оптической трубе и строго-настрого наказать на глаза османам не лезть. Вот и вся штука, – повел Руслан плечами.
– У вас еще и трубы оптические имеются? – растерянно возмутился подполковник.
– А как же? Задачи у нас самые разные бывают, и потому разведка на местности нужна обязательно.
– И где вы их взяли? – не унимался Митрохин. – Тоже сами сделали?
– Зачем? – удивился Шатун. – В Краснодаре купил.
– У вас подобные эскапады финансируются? – не поверил майор.
– Нет. На свои брал, – нехотя признался князь.
– На свои? – дружно переспросили офицеры.
– А что делать прикажете, ежели задач нарезано на полк, а в наличии два десятка? – в свою очередь возмутился Руслан. – Вот и приходится выкручиваться. Не имей мои люди толкового вооружения и оптики, нас бы давно всех вместе похоронили, – добавил он, махнув рукой.
– Ну, пару труб я, положим, найду, – помолчав, вздохнул Митрохин. – А как прикажете мне столько народу в той засаде кормить, и кто ими командовать станет? Про припас боевой я уже и не вспоминаю. Тут его купить просто негде. Есть пара лавок, которые оружием и всем полагающимся к нему торгуют, но этого крайне мало. Да и с оружием в арсенале полный швах. Выгребли все, из чего стрелять толком можно. Остальное, без слез не взглянешь, – он обреченно махнул рукой и опустил голову.
Только тут до Руслана дошло, что подполковнику откровенно стыдно за подобное положение вещей. Подумав, Шатун осторожно предложил:
– Господа, сей момент я ничего точно сказать не могу, но завтра буду готов дать расклад по всему трофейному оружию.
– Неужто заставите своих казаков продать его нам? – удивился подполковник.
– И заставлять не придется, – отмахнулся Шатун. – Мои казаки вооружены так, что солдатам регулярных войск и позавидовать не грех. Винтовки многозарядные, револьверы, белое оружие булатное. Так что воевать им есть чем. Без этого нам не выжить. Так что трофеи все, после осмотра, отдадим по средней цене. К нему все пороховницы и остальной припас. Кажется, там еще и винтовки господина Бердана были, но это проверить надо. А в лавках выкупайте все. И порох, и свинец, и капсюли. Пригодится, – твердо закончил Шатун, глядя подполковнику в глаза.
– В таком случае я жду вас завтра тут же, князь, – поспешил закруглить майор разговор. – Ваши знания и умения в этом деле нам очень пригодятся. Надеюсь, вы не сразу уедете?
– Ну, на несколько дней мы задержаться можем, но опять-таки, мы пользуемся гостеприимством князя Голоянца, и мне не хотелось бы лишний раз беспокоить его.
– Вот тут можете не беспокоиться, – дружно рассмеялись офицеры. – Вы только смотрите, чтобы он на радостях не споил вас до полного изумления. И не делайте такие глаза, Руслан Владимирович, – продолжал смеяться майор, – князь Голоянц от османов пострадал серьезно, и после ваших дел вы для него настоящим героем будете. Уж поверьте. Соберетесь уезжать, станет уговаривать еще погостить.
– Ну, про племянницу его мне известно, – задумчиво протянул Руслан. – А что там еще было?
– Скоро сами узнаете, – усмехнулся майор, прощаясь.
* * *
Застолье затянулось далеко за полночь. Казаки, получив команду на проверку всего трофейного оружия, привели его в порядок за один вечер, и уже к ужину Руслан точно знал, что может передать местным властям сто тридцать два ствола, со всем боезапасом. Из них восемь однозарядных винтовок системы Бердана. С учетом всех своих выкладок парень понял, что способен обеспечить оружием почти все местное ополчение, которое местные соберут.
