топает к двери по коридору.
Закрываю свою сумку, в последний раз быстрым взглядом окинув содержимое, и направляюсь в детскую, где на пороге сталкиваюсь с Алиской с набитым рюкзаком в руках.
- Так, вы готовы?
- Да, ма-ам, - тянет, проходя мимо меня.
- Точно не будем завтракать? - спрашиваю в третий раз за утро.
- Мы хотим на заправке! - дружно орут дети.
Закатываю глаза. На заправке они хотят. Ладно...
Тем временем приоткрытая входная дверь распахивается полностью, и в проёме материализуется Сашка, по ощущениям занявший сразу половину коридора. Не знаю, как это происходит, но мы сразу встречаемся глазами, хотя я стою дальше всех от него. Чувствую на себе быстрый, ощупывающий каждый миллиметр моего тела взгляд. На моих губах в ответ на миг порхает нервная улыбка.
Сильнее сжимаю ручку сумки ослабевшими пальцами и ловлю себя на том, что тоже хочу вот так его рассматривать, не таясь. Проверять, изменился ли за эти неполных две недели.
На Сашке легкая черная куртка, черные джинсы, серый тонкий свитер с неглубоким V- образным вырезом, в проеме которого курчавятся рыжеватые волосы на груди. Он снова коротко подстригся, оставив лишь удлиненные волосы на макушке, побрился, и похож на модель для мужского журнала. Это мне уже необходимо тратить как минимум час, чтобы выглядеть свежо. Саше же достаточно вылезти из походных шмоток и немного причесаться.
- Всем привет, - улыбается мой бывший муж.
- Привет, пап! - Алиска с визгом бросается ему на шею, Левка мнется рядом, не зная куда себя деть - то в порыве подается к отцу, то снова отступает.
Саша наконец перестает пялиться на меня и полностью переключает внимание на детей. Сгребает второй рукой Лёвку и подтягивает к себе. Тот сопротивляется, но не сильно.
- Ну всё, пап, хорош, - ворчит.
- Так, банда, вы собрались? - интересуется Сашка, игнорируя его попытки выкрутиться.
- Да, вот моя сумка, - докладывает Алиска.
- Я сейчас, только зарядку положу, - Левка бежит обратно в детскую.
Воцаряется суета, одеваемся в прихожей, толкаясь.
- Как долетел? - бросаю Саше между делом, зашнуровывая ботинки.
- Хорошо, у вас как дела?
- Хорошо...
Ничего не значащие фразы под шум и толкотню собирающихся детей. Но и от них нервно, и внутри клокочет странное возбуждение.
Высыпаем толпой на улицу, залитую весенним солнцем. В последнюю неделю резко потеплело, будто весна решила прийти строго по календарю. Обезумевше радостно щебетали птицы, грязный снег из последних сил держался только в тени и воздух был пропитан мокрой землей, подгнивающей прошлогодней листвой и особенным ароматом просыпающихся деревьев. Я стянула с головы шапку и вдохнула поглубже, щурясь на раскаленный солнечный диск.
- Погода - кла-а-асс! - констатировала идущая рядом Алиска.
- Ещё бы луж поменьше, и все какашки всплыли! - Левку, как всегда теперь при Саше, мотает от раздражения к беспечной радости и обратно.
- Весна покажет, кто где срал, не слышал? - хихикает Алиска и тут же получает от заулыбавшегося отца шуточный подзатыльник.
- Лиз, я поведу, - Сашка протягивает руку за ключами от моего вольво, и я отдаю их раньше, чем успеваю подумать.
Такой привычный естественный жест, отработанный за много лет до автоматизма. Когда мы были семьей, Сашка очень редко пускал меня за руль в совместных поездках, и неважно, на чьей машине мы были. Просто так было заведено. Казалось бы, мелочь, но неожиданно она погружает меня в глубокую рефлексию, как и мимолетное прикосновение наших пальцев во время передачи ключей.
Ощущение дежавю тянет в груди, обволакивает…
Мы уже выехали со двора, Саша включил музыку, Алиска принялась рассказывать отцу о новой постановке в школьном театре, которую они должны будут отыграть уже летом, а я все так и плаваю в тумане своих бессвязных мыслей. Слишком знакомая атмосфера вокруг, чтобы не накатывали волнами воспоминания. Голоса детей, Сашкина музыкальная подборка, моя машина, я на переднем пассажирском, и рядом с моим левым бедром, так близко, перевитая венами смуглая мужская рука с обручальным кольцом на безымянном пальце. Зависаю на этой гладкой полоске белого золота, которую когда-то давным -давно сама надела мужу на палец. Я своё больше не ношу...
Шестым чувством улавливаю брошенный на меня косой взгляд и поднимаю глаза. Сашка смотрит на меня урывками, то и дело переключаясь на дорогу. И это как мимолетные прикосновения острого лезвия к коже.
- Не проси снять, - говорит тихо, улыбнувшись одним уголком губ со скрытым вызовом.
- И не думала, - розовею и отворачиваюсь к окну, чувствуя неловкость, - Это твоё личное дело.
26. Лиза
7 марта.
- Ну, за встречу, - Галя, жена Алика, привстает со своего плетеного кресла, протягивая к нам с Сашкой свой наполненный бокал, - Лиза, спасибо, что приехала!
- У тебя же юбилей, как я могла пропустить, - улыбаюсь ей в ответ, тоже привставая со своего места, чтобы дотянуться до ее бокала, потом встречаюсь фужером с самим Аликом и заканчиваю Сашкой, снова утопая в подушках, накиданных на мой диван, - Много людей будет?
- Да нет, сестра моя с семьей завтра приедет, Прохоровы, знаешь же их? Потом Алиевы еще сегодня вечером обещали, Кристинка, подружка моя, Галеевы, Юрковы, Куницына Юлька, ее ты вряд ли видела, да в общем и все.
- Твоё «немного» по мне – целая толпа, - смеюсь.
Галя подхватывает.
- Места много, чтоб не пригласить, - улыбается.
- Саш, а на Камчу с вами Юрка едет? – спрашивает Алик у моего мужа, перебивая нас.
- Говорил да, но как обычно у него ближе к делу. Он же депутатом стал, знаешь? От больницы двинули. Вот пока мутит что-то с расписанием. А что?
- Да если не поедет, может, меня возьмешь?
Сашка смеется на это, разваливаясь
